Ребята повернули направо но леса не нашли


Физрук о ЧП в Кисловке: я подумать не мог, что мы так далеко ушли

Depositphotos / dnaumoid

Происшествие в Кисловке с участием детей и учителя физкультуры облетело все томские СМИ и даже федеральные.

Напомним, 12 января на уроке физкультуры в школе поселка Кисловка группа детей из десяти человек и преподаватель ушли на лыжах в лес и сбились с пути. Их нашли через несколько часов в десяти километрах от поселка. Десять детей были госпитализированы с переохлаждением и обморожением легкой степени. Двоих родители забрали из медучреждения практически сразу, оставшиеся восемь школьников были выписаны чуть позже.

Чиновники от образования сразу же инициировали служебную проверку, а следственный комитет возбудил уголовное дело. Директору школы грозило увольнение, учителя физкультуры, который был с детьми во время злополучного урока, отстранили от работы до завершения разбирательства.

После происшествия в школе Кисловки прошло общешкольное родительское собрание, на котором директор Орал Мусабеков и один из местных жителей, участвовавший в операции по спасению детей, Евгений Степанян рассказали свое видение произошедшего. Сам физрук в собрании не участвовал. Родители между тем начали собирать подписи в поддержку директора и физрука.

По просьбе портала vtomske.ru учитель физкультуры в школе Кисловки Александр Квинт рассказал свою версию произошедшего.

«Вообще, ранее в школе поднимался вопрос о том, чтобы не проводить физкультуру на улице у начальной школы первыми уроками. Я сам об этом говорил. И дело даже не в темноте, а просто представьте, каким после этого ребенок придет на остальные занятия — весь мокрый, вспотевший, одежда намокшая. Но переносить уроки в итоге не стали.

В тот день мне, можно сказать, повезло: перед началом урока я взял отвертку и каждому ребенку подтянул крепления, еще раз их проверил. Потом это оказалось немаловажным фактом. Во-вторых, когда вышли на построение, был проведен инструктаж, а я лично осмотрел, насколько тепло был одет каждый ребенок. Мне задают вопрос, что якобы одна девочка была в лосинах. Я говорю: вы что, лосины — это 15-20 минут, и ребенок замерз.

После инструктажа и построения мы в колонне по одному отправились к месту старта в сосновый бор. Пришли на горочку, одели лыжи. Всем было сказано, что мы сегодня первый раз идем на дистанцию в два километра. Потом мы спустились с горочки, повернули направо и стартовали. У нас там лыжня проложена, и там совершенно невозможно заблудиться, если держаться следа. Всего там три дистанции — один, два и три километра, там нельзя запутаться — все равно ты придешь к тому месту, откуда ты стартовал. Мы пошли два километра прокатиться просто так, без учета времени. Про погоду, кстати, нужно отметить, что утром тогда было 8-9 градусов мороза, а то промелькнула информация в СМИ, что чуть ли не при -20 градусах проводился урок физкультуры. Такого быть не могло, мы всегда выдерживаем СанПиНы, которые предусматривают для начальной школы при уличных занятиях температуру не ниже -12.

Когда дети по одному в колонну выстроились, я еще спросил: дистанцию знаем, куда поворачивать, помним? Все ответили — да, и мы пошли. Я шел замыкающим, то есть в конце колонны, ведь там обычно идут дети, которые хуже передвигаются на лыжах, они могут упасть, у них может расстегнуться крепление, им может потребоваться помощь. Когда мы приблизились к повороту, ни одной лыжни справа не было. Я начал звать ребят, и четыре девочки, что шли последними, вернулись обратно — остальные ушли на лыжню, которую даже я сам не знал.

Дело в том, что по этому месту ранее проехал «Буран», после которого появилась «буранница», которую ребята приняли за лыжню. Правильная лыжня», которая двигалась прямо, предусматривала поворот направо, но «Буран» ее переехал и ушел дальше, по этому неверному следу и пошли ребята.

Мы по очереди начали догонять ребят — сначала двух человек, потом еще двух, наконец все собрались в колонну. То есть не было такого, что дети разбрелись по лесу, их где-то искали, хотя в СМИ мелькало, что дети без меня находили бог знает сколько времени — этого не было. И когда я детей догнал, следы были такие — «Буран», на котором ранее кто-то ехал, развернулся и пошел в обратную сторону. И у меня выбор такой был — или развернуться и пойти в обратную сторону, что надо было, скорее всего, сделать, или ехать по тому пути, который мне казался верным, в сторону Кисловки. Погода была отличная, красивый сосновый бор, лыжи катились с небольшим уклоном, я увидел поворот в обратную сторону и думаю: закончился первый урок у нас, впереди еще один, ну за урок мы всяко-разно доедем. И направление движения представлялось ясным: раз оно из Кисловки, значит, идет в Кисловку, дальше-то ехать некуда.

Но, как я потом посмотрел по нарисованному маршруту нашего пути, мы потихоньку уходили в правую сторону. Но я этого не знал. Я думал, за второй урок доедем, может немного опоздаем. А что, по горке катимся да катимся. Потом смотрю — время уже к концу второго урока идет, я позвонил своему напарнику Алексею Алексеевичу, говорю: так и так, мы опаздываем, но будем в школе через какое-то время. У меня мысли о том, что мы куда-то не туда идем, даже не было.

Во время нашего движения никто из детей не жаловался, я через каждые 100-200 метров спрашивал, не замерз ли кто, о такого даже близко не было. А вот когда мы подошли к реке, и я увидел, что поворот пошел в правую сторону от Кисловки, а не влево, сразу понял, что мы пришли к такому месту, где можем уйти вообще очень далеко. У меня впервые в жизни такое... Я просто принял решение двигаться вдоль речки к тому месту, откуда мы стартовали. Предполагал, что это четыре километра, а там расстояние было чуть ли не десять километров. Я этого не знал.

Пока мы шли, дети все время были у меня под наблюдением, никто не мерз, было довольно тепло. Стало сложнее потом позже...

Я понимал, что мы уже серьезно задерживаемся, но был на постоянной связи с директором и завучем. Они меня спросили, через какое время мы вернемся, я не мог, конечно, им точно это сказать, когда мы подойдем, а нас уже ждали на горке там. Вот какая ситуация. Самое главное, у меня даже тени сомнения не было в том, что мы рядом находимся. В один из моментов мелькнуло между деревьями здание, я подумал, что это Кисловка, а это было Головино, как потом выяснилось.

Потом, когда Женя Степанян (житель Кисловки, участвовавший в поиске детей — прим. ред.) подключился, мы пытались карту GPS запустить на телефоне, ребятишки мне тоже пытались помочь, но ничего не получилось. В 14:30-14:40 нам сказали, что за нами выехали «Бураны». Что касается МЧС, я, если честно, не могу ничего сказать.

Все это время мы двигались на лыжах, шли потихонечку, чтобы не замерзнуть. Остановились мы в тот момент, когда за нами поехал «Буран», и это было самое сложное время, потому что, во-первых, я понимал, что дети уже устали, а во-вторых, они начинают мерзнуть. Я очень переживал, я снял с себя рукавицы, куртку, все отдал детям.

Меня многие спрашивают, почему я обратно не пошел хотя бы от реки. Отвечаю с полной уверенностью — обратно подыматься в горочку было бы очень сложно. Там небольшой наклон, но кто катался на лыжах, тот меня понимает, потому что постоянно идти вверх на фоне усталости, еще и в пластиковых лыжах, которые все время скользят назад, было бы очень тяжело.

Когда Женя Степанян приехал к нам на «Буране» в первый раз, начались самые трудные минуты. Можете представить, как все замерзли к тому времени, и как каждому ребенку хотелось уехать. С собой Женя смог забрать только двух человек. К сожалению, при нем не было ни горячего чая, ни пары одеял для детей, чтобы переждать те 40 минут, которые были до приезда «Бурана» второй раз. Приехал — еще двоих забрал, и снова ждем 40 минут. Вот самый трудный период был.

Пока ждали, нужно было как-то держать в тонусе ребятишек, греть их, заставлять двигаться, поэтому я заставлял детей маршировать, прыгать, мы обнимались кучками, прижимались друг у другу, чтобы немного согреться. Тем, кто сильнее замерз, я говорил засовывать мне руки под кофту, греть, потому что руковички намокли и уже не согревали. Чтобы подбодрить и отвлечь детей, я рассказывал им присказку о том, как два лягушонка попали в сметану, один сказал, ну и все, конец, а второй сучил-сучил ногами, взбил масло и вылез наружу из банки. Так и мы...

Потом Женя (Степанян) приехал в третий раз, говорит — выбирайтесь поближе к хорошему месту, а мы же вдоль берега шли а там через каждые 15-20 метров речка виляет, и рельеф сложный, там «Буран» почти не едет. Я говорю: Жень, дети на лыжах уже двигаться не могут. Он забрал еще двоих, и только после этого пришло еще три «Бурана», на них уже всех детей смогли посадить. Кстати, сильнее всего я замерз, именно двигаясь на «Буране», потому что скорость, ветер, снег. Про детей вообще молчу...

Примерно в 17:20 мы уже были в Кисловке, проезжали мимо нашего Дома культуры, потом подъехали к школе. Когда я зашел, ног под собой уже не чувствовал, рук тоже. Директор вызвал «скорую», медики приехали, оказали мне первую помощь, хотели забрать, я отказался. И сразу же за мной приехала полиция. Меня отвезли в отделение на Иркутском тракте на допрос, вышел я оттуда в 12-м часу ночи. У меня также изъяли телефон.

Про детей хочу отдельно сказать. Я, конечно, перед ними страшно виноват, но дети повели очень и очень здорово в этой ситуации. Ни один не сказал, что все, я устал, замерз, ничего не буду делать. Все выполняли мои указания. Я вообще этими ребятишками всегда был очень доволен, они учились у меня с первого класса. Мне в какой-то момент начало казаться, что это не четвертый класс, а десятый, так они себя вели.

Первые два дня я не спал, не ел, одна мысль была — что с ребятишкам? Это главный вопрос был для меня. Когда детей выписывали, я приехал в больницу на Олега Кошевого. С детьми мы тогда очень хорошо поговорили и с родителями. Многие из них у меня учились когда-то.

Через три дня полицейские мне вернули телефон, и там было больше 120 не принятых звонков. Столько людей отовсюду звонило, столько было СМС со словами поддержки. Я не ожидал, если честно...

Что сказать... На мне вина огромная... Да, я долго говорил, что мы скоро придем, но получилось, что я не знал точно, на каком мы расстоянии находимся, и, получается, вводил всех в заблуждение, сам будучи заблуждающимся. Но наверное, если нас нет столько времени, то надо было сразу бить тревогу, звать помощь, искать. Я так думаю. Но никого не виню, я сам виноват.

Добавим, что на момент написания материала стало известно, что директору школы будет объявлен выговор после случившегося. В отношении учителя физкультуры решение еще не принято.

Мы не нашли его | Смотритель маяка / писатель

Мы не нашли его

"Люди не пропадают, Дин, просто другие перестают их искать". Сэм Винчестер, Сверхестественное

«Мы не нашли его, но нашли это...» С этих слов Денис хотел начать, но так и не придумал, что сказать дальше. Он стоял на крыльце подъезда и курил, держал в руке пакет с детской красной ветровкой. Он знал, что наверху, в этом старом панельном доме, сидит и ждёт у телефона женщина. Вздрагивает от каждого звука и не знает, за что взяться. Просто сидит и ждёт, когда найдут её ребенка. И он идёт ей сказать, что его не нашли, но нашли куртку.

Искать начали сразу, как получили заявку. Дениса дернули из дома, он отсыпался после смены, поэтому по приезду на место был сердит и чуть не поссорился с участковым, вяло уверявшим, что камер поблизости нет, какие камеры, ну вы чего, ребята? Мальчик, 12 лет, ушёл от дома гулять, к вечеру не вернулся. Одет, приметы, есть ли заболевания: заплаканную мамочку уже допрашивали девчонки-инфорги и дело у них двигалось медленно. Джон и Ракета привезли ориентировки и сразу отправились заклеивать столбы и подъезды. Темнело. Лес, вплотную подступавший к домам, был мрачным, и слабо верилось, что мальчик где-то там. Значит, проверять лес наверняка придётся.

Ближе к полуночи, когда были обзвонены все бабушки и дедушки, приятели и друзья, а окрестные улицы раз по десять исколесили полиция и волонтеры-поисковики, командир напомнил, что в лесу не искали. Через час на пустырь перед лесом зарулили три машины: реношка, лада и газель, разрисованная оранжево-черными цветами поискового отряда. Денис радостно поднялся им навстречу и замахал, щурясь в свете фар и облегченно улыбаясь. Леса он не боялся, но сидеть здесь, даже у первого ряда деревьев было неуютно. Холодом и сырым ветром несло из леса. Несмолкаемый шелест листьев был не то, что днём, когда солнце, и даже жарко, и вокруг люди. Сейчас деревья шелестели тревожно, и орала какая-то птица в глубине леса.

Задачи и квадраты нарезали быстро, процесс этот был настолько отработан, что все делали свои дела и параллельно слушали. Юрка разматывал кабель и ставил световой столб, командир сидел с ноутом в газели и заливал карту в навигаторы. Дэн с Лисом пили чай и меняли батарейки в фонарях, Раджа шнуровал берцы и шёпотом ругался на комаров. Нерпа сидела в своей реношке и вызванивала полисов, но, похоже, безуспешно. Пашка «Расмус» спал на заднем сидении гранты и его пока не будили. 7 человек. И ребенок где-то в лесу. Наверное.

Дениса это всегда бесило больше всего. «Наверное». Проклятое слово, которое во время каждого поиска слышишь десятки раз. Что оно значит? Что кто-то не уверен в том, что он видел, знает, думает. Что надо проверить всё, потому что можно тупо не заглянуть в тот подъезд, не заехать на ту улицу, где мальчик сейчас сидит, идёт, бежит или спрятался и не понимает, что ему делать. Хотя 12 лет, должен понимать… Должен знать свой район, знать местные подвалы, гаражи, этот чёртов лес, будь он неладен, который начинается в ста метрах от домов и уходит в темноту.

Первой двойкой ушли они с Лисом. Денис шёл, подсвечивая фонарем под ноги, Лис неслышно ступал сзади. Лес был несложный. Обычная, исхоженная местными территория. Шли около получаса, Лис с навиком сзади подсказывал направление, если отклонялись. Останавливались, звали и долго прислушивались, пытаясь в шелесте и потрескивании уловить хоть какой-то отклик. Снова шли. Каждый раз казалось, что вот сейчас мальчишка отзовётся, выбежит из-за деревьев, испуганный и продрогший, и всё кончится. Но слышно было только ветер в кронах берез и ещё каких-то непонятных деревьев, осин? Дэн плохо разбирался в растениях. Работа бригадиром на мультимодальном складе не оставляла времени для чтения книг, а когда выбирался с друзьями в лес, то на деревья и кусты не смотрел пристально. Каждый раз это оказывались либо шашлыки, либо поиск. И в том, и другом случае было совсем не до природы.

— Стоп, — сказал Лис сзади, — конец квадрата.

Они как раз миновали низинку и поднялись на небольшой холм. Деревья здесь были пореже, но много кустов. Ещё покричали, стараясь не сорвать голос раньше времени, но тоже безрезультатно. Денис всё смотрел дальше в том направлении, куда они шли. Там было что-то вроде давно заросшей просеки, и он сделал несколько шагов, чтобы дойти до кустов. Показалось что-то тёмное под ними.

— Д-э-э-эн, — протянул Лис настороженно.
— Я сейчас, — пробормотал Денис, подходя ближе. Нет, показалось. Ни под кустами, ни за ними никого и ничего не было. Он тоскливо посмотрел дальше вглубь леса и вернулся на холм.
— Закрываем? – Лис отметил трек и посмотрел исподлобья. — Ну чего опять?
— Всё время кажется, что не дошли чуть-чуть.
— Покрестись, казаться не будет.

Реальный человек Сашка «Лис», как машина иногда. Зато с ним всегда чётко и спокойно. Однажды Дэн вывихнул ногу, и Сашка тащил его на себе шесть километров по лесу. Не пикнул даже.

Они повернули и двинулись через кустарник, закрывая квадрат поиска. Ветер стал сильнее.

Через полтора часа вышли к штабу. Нерпа забрала навигаторы, пошла сливать треки. Командир сидел злой. Денис уже знал, что больше никто не приедет, у всех, кто искал днем, работа кончилась, все сели в свои машины и автобусы и поехали домой. Мальчик только никуда не поехал. И где он был – никто не знал.

Денис сидел в газели напротив командира и пил кофе, который нацедил из Сашкиного термоса, противный и несладкий, но горячий. Вспоминал, где они сегодня смотрели. Улицу за улицей обшарили в радиусе трёх кварталов. Куда не заглянули? В какой двор или пустырь? Докуда не дошли? Горячая стальная кружка обжигала руки, в голове зарождалась боль, которая, если ничего не сделать, будет к утру рвать черепную коробку на части. А утром надо на смену.

Он был тогда статистом. Сидел в лесу с заряженным телефоном, со всеми навигационными программами, с компасом и фонарем. Даже не сидел, лежал, подстелив пенку, и смотрел на деревья, сходящиеся в небе в огромный шалаш. Слышно было железную дорогу за лесом, лай собак вдалеке. Он помнил, как заходили, понимал откуда пришли, знал, что аварийный азимут на запад. Помнил, что в лесу сейчас больше тридцати человек поисковиков, да ещё и с собаками, и ничего страшного с ним случиться не может. Здесь даже зверей толком нет, какие-нибудь кабаны да лоси. Но кабаны, как сказали, не ходят в эту часть леса (позже он узнает, что очень даже ходят), а лосей должен испугать лай собак.

Он знал об этом и помнил. Но уже через несколько минут после того, как пришлось выключить рацию и убрать телефон, чтобы не обнаружить себя раньше времени, по спине пробежал внезапный холодок. Почему? Непонятно. Просто очутился в полной темноте, к которой глаза сразу привыкли, и в ней стали различимы силуэты деревьев и ещё чего-то, что богатое воображение сразу оживило. И тишина, которая то и дело прерывалась то хрустом, то шорохом, то какой-то возней за соседним кустом.

«Это учебный поиск, — повторил он себе, — моя задача лежать, ждать, когда меня найдут. Вот и лежу. Я потеряшка. Я шел, шел целый день по этому лесу, продирался через кусты, перелезал бурелом, а потом устал окончательно, присел или прилег. Земля холодная, трава сырая от росы, очень неуютно, накидать бы лапника под спину, да нет его тут. Выбираешь участок посуше, укладываешься и ждешь рассвет. Многие потеряшки говорят о том, что до утра редко смыкают глаза, страшновато.

Непонятно, сколько времени прошло, по ощущениям — очень много, а на самом деле не больше получаса, когда вдалеке, между деревьями, показался свет. Сначала еле уловимый, потом всё ярче и ярче. И вот он уже четко видел, что прямо на него идут двое, с яркими лучами в руках. Сердце радостно подпрыгнуло: нашли. Он помнил, что поиск учебный, но очень хотелось, чтобы нашли поскорее. Лежал, улыбался, думал, что скажет, когда через десять – пятнадцать шагов на него почти наступят. Ждал. И в тот самый момент, когда уже расслабился, "фонари" вдруг остановились, постояли и повернули направо. Потому что по задаче им надо было свернуть. Квадрат закончился. И Денис всё ещё лежал, и ему было совсем не радостно. Разочарование и отчаянье разливались в груди, когда он смотрел, как свет фонарей освещает дальние деревья, меркнет, а потом исчезает вовсе.

Конечно, они найдут его буквально через десять минут. Найдет сначала собака, она впадет в транс, а потом примется рваться и потащит хозяина буквально волоком, пока не отломится карабин. Потом уже найдут люди. И все остальные собаки тоже найдут. И все сбегутся, но это будет уже позже, а пока он лежал и думал о том, что бы чувствовал, если бы действительно потерялся? Что обессилен до такой степени, что не может уже даже стонать, лежит и мысленно с жизнью простился, а тут свет, радость, сейчас найдут, вот прямо сейчас, через мгновенье… А до него не дойдут все те же двадцать-тридцать метров, потому что граница квадрата, а у группы задача этот квадрат прочесать, они её выполняют. Они не знают, что он тут, а следующий квадрат пойдёт чесать уже другая группа. И эта группа его обязательно найдет. Если приедет. Если будет кому идти по следующему квадрату. Иначе последним воспоминанием в жизни будет как раз тот свет фонарей, который повернул направо.

Это был жуткий момент. Он терпел, успокаивал себя, повторял, что всё хорошо, но паника накатывала сильнее, била дрожью. Словно тонешь, мутно в глазах, хочешь вдохнуть и не можешь. Страх выдавил из него такой жуткий крик, что он был уверен, слышно было на весь лес. Но это был не крик, знакомый врач потом назвал это обратной эмпатией. Беззвучной и настолько сильной, что собака, поймавшая его “зов”, дикий, панический страх быть не найденным, не отходила от него до конца учений.

Он проснулся от автомобильного сигнала. Фары ярко мазнули по стеклам машины, где он спал. Полицейский уазик разворачивался на пустыре, из него махал рукой Вовка Скворцов, классный парень, участковый из соседнего района. Приехал помочь после работы. Жена его ненавидит, наверное, как так можно? Хорошо, что приехал. Что дальше-то у нас? Нашли? Нет, не нашли, Нерпа злая, выговаривает кому-то в телефон, командира нет, тоже ушёл в лес чесать свой квадрат. Сколько времени-то?

В голове всё путалось. Ещё пульсировали на внутренней стороне век переживания короткого сна про учебный поиск, а он уже вылезал из машины. Разминая затекшие ноги и умываясь минералкой, подумал, что надо что-то с этим делать, повторяющийся сон не повод для психолога, но уже раздражает.

Поиск в лесу свернули утром. Накачанный кофейной бодростью до бровей, Денис уехал на работу, но следил за чатами в мессенджерах. Новой информации практически не было, полисы ищут, волонтеры ищут, но никто не видел, никто не встречал. Двенадцать лет, взрослый же человек. Похитили?

Поиски Дэн всегда воспринимал сложно, как коробку с пазлами. Не как цельную историю, скорее как череду вспышек. Каждый делает свой кусочек дела. Он ищет, Нерпа на телефоне сидит, Лис охотник, по лесу мастер, ему как СПГ* цены нет, кто-то подключается, кто-то уходит, все работают, у всех дела. Да и откуда взять время на всё? Забираешь там, где можешь забрать. У семьи, у детей, иногда у работы. Зачем это ему? Он никогда серьезно не задумывался об этом, может и делает.

Ему даже проще, семьи нет, девушка… девушка была, но последний раз они странно поговорили. Она две недели думала про переезд к нему, готовилась, а он взял и уехал на три дня на поиск в какой-то дурацкий дальний район области. Даже отгулы на работе оформил. Неудобный он человек для совместной жизни. Даже свой этот дурацкий “дар”, способность звать на помощь - не смог как-то приспособить для поиска. Потеряшке, испуганному и растерянному, только не хватает его ментального удара. Впрочем, на людях он не экспериментировал, неправильно это было как-то. Да и случая больше не подвернулось.

Брякнул вайбер. «Нужна помощь в осмотре гаражей и подвалов. Матросская, 8, сбор у трансформаторной будки. Кто может?». Посмотрел на часы. Можно, вечером всё равно делать нечего.

По гаражам лазили недолго, выяснилось, что рядом заброшенная котельная, открытые подвалы, в общем, фронт есть, пришлось достать фонари и лезть туда, куда лезть не особо хотелось. Именно там, за полуразобранным расширительным баком в котельной и нашли красную куртку.

Он поднялся в лифте, чувствуя, как тесные стены кабины сжимаются ещё сильнее. Незнакомый носатый опер из следственного комитета остался внизу, просил только не трогать руками и сразу после опознания нести вниз, надеялся отдать в лабораторию до закрытия.
Дверь она открыла почти сразу, словно сидела в прихожей и ждала. Усталая, потерянная женщина с потухшими глазами. Денис протянул ей пакет с ветровкой.

— Посмотрите, только аккуратно, не дотрагиваясь. Вашего?
Не смог сказать "мы не нашли". Трус. Трясущимися руками женщина раскрыла пакет, зашуршала полиэтиленом и вдруг сглотнула нервно и выдохнула:
— Не наша куртка, Даня любил, чтобы ярко, а эта почти розовая же... И молния, а у нас кнопки...

Денис сначала выдохнул, потом потер глаза и забрал обратно пакет. «С одной стороны, хорошо, конечно, что не его, потому что криминала вроде пока нет, с другой…»

— Это хорошо, — сказал он.
— Правда? – она подалась вперёд, и он чуть отступил к двери.
— Правда, — ответил он, — мы будем искать.
— Да-да, спасибо вам большое! Ой, давайте я хоть чаю… — спохватилась она, всплеснув руками и побежала на кухню.

Он отказывался, но она почти насильно усадила его за стол, заставила выпить чашку крепкого чая, скормила ему несколько конфет с сухофруктами в шоколаде из смешной коробки с трансформерами. Он видел, как прямо на глазах её отпускает жуткое напряжение и взгляд перестаёт быть таким больным, как у умирающей собаки. От предложения поесть он отказался твёрдо, обулся, ещё раз сказал «мы будем искать» и вышел.

Опер ждал на крыльце. Денис отдал ему пакет, покачал головой и пошёл к машине.
— И куда мне её теперь? – растерянно спросил парень в спину Дену. Тот пожал плечами.

В машине проверил чаты. Трепотня, стикеры, ага, вот… “Срочный сбор на поиск. Мальчик, 12 лет.” Ладно, значит, ты где-то всё ещё ходишь, парень. Или тебя кто-то увёл. Самый большой страх – узнать, что я был в той самой группе, которая не дошла до потеряшки пятьдесят метров и повернула в сторону.

Денис завёл двигатель и принялся сдавать задом, чтобы выбраться из узкого двора. Поворачивая к дороге, в промежутке между домами он увидел лес. Ветер не прекращался и деревья снова тревожно гнулись и словно всё время меняли цвет. Серебристые тополя. Денис погуглил вчера и узнал, у какого дерева листок с одной стороны зеленый, а с другой серый.

Просто они не дошли. Совсем немного не дошли до него. И мальчик бредёт где-то там, по улице, которой нет в наших навигаторах. Пока нет. Надо только подумать и сосредоточиться. Тоже мне спасатель, позвать на помощь может, а найти ребенка нет… Впрочем, это ничего. Мы не выбираем какими родиться, но точно можем решать — какими станем.

* СПГ —- старший поисковой группы

Надежда , спасибо за эмоции, слова и желание смотреть на поиск под другим углом. И за идею спасибо.

все истории автора смотритель маяка

Читать Мы читаем «Зеленую книгу» онлайн (полностью и бесплатно)

Сергей Голицын

МЫ ЧИТАЕМ «ЗЕЛЕНУЮ КНИГУ»

1. ПЕРВОЕ УПОМИНАНИЕ О «ЗЕЛЕНОЙ КНИГЕ»

По лесной дороге один за другим шагают туристы-пионеры.

В недоумении остановились они у развилки дороги. Час назад в последней деревне встречная старушка объясняла: «Идите все прямо, прямо и дойдете». А тут две дороги. Куда же идти — направо или налево? Левая дорога оказалась более наезженной, и туристы выбрали ее, но — вот незадача! — неожиданно попали на лесную вырубку. За вырубкой начиналось болото.

Пришлось возвращаться обратно. Потеряв напрасно уйму времени, проплутав несколько лишних километров, неудачники, наконец, добрались до ночлега.

Прошло несколько дней. На том же месте, в лесу, на развилке, остановился другой отряд туристов. Постояв несколько минут, подумав, ребята смело повернули по нужному направлению.

Почему же они не заблудились? Ведь им даже со встречной старушкой не пришлось разговаривать! Оказывается, у этих туристов была «зеленая книга». Они заглянули в нее, нашли нужную страницу, посмотрели на две расходящиеся дороги и решительно двинулись по правильному пути.

Без этой «книги» туристам приходится очень туго, они словно превращаются в слепых. А читая ее, можно всегда уверенно шагать вперед и знать, куда придешь, что увидишь, а самое главное — никогда не заблудишься.

Вы, юные пионеры, во время каникул наверняка отправитесь в туристские походы и, конечно, не на день, а на несколько дней. И вы должны уметь разбираться в лесных и всяких других дорогах, уметь ориентироваться в любой местности, даже в глухом лесу, — словом, должны уметь читать «зеленую книгу».

Что же это за «книга» да еще зеленого цвета?

2. ПЕРЕД ПОХОДОМ

Вы, конечно, много раз видели географические карты и хорошо знаете, что это такое. Карты вывешиваются на классной доске, они есть и в вашем учебнике географии.

На всякий случай напомню вам, что карта — это уменьшенное во много раз изображение земного шара или какой-нибудь его части на листе бумаги, на плоскости.

Уметь быстро и безошибочно «читать» карту должен каждый военный — от генерала до рядового солдата. Геологи, когда ищут полезные ископаемые, всегда имеют в руках карты. Строительство плотины, осушение болот, разбивка колхозных полей на отдельные участки, строительство городов, шоссейных и железных дорог, линий электропередачи — все это требует более или менее подробных карт. И туристы, когда отправляются в поход, обязательно захватывают с собой карты.

Если на большой школьной карте Европейской части СССР с помощью линейки с делениями вы измерите расстояние от кружка «Москва» до кружка «Ленинград», то получится примерно 20 сантиметров. На карте же из учебника географии это расстояние окажется равным 2,5 сантиметра.

Почему такая разница?

Да потому, что эти карты имеют разные масштабы. Фактически расстояние между Москвой и Ленинградом по прямой линии немногим больше 600 километров. Но на первой карте все линии местности уменьшены против действительности в 3 миллиона раз, а на второй — в 25 миллионов раз. Или, как принято писать, масштаб первой карты равен 1:3000 000, второй —1:25000 000. У второй карты масштаб более мелкий, и на ней изображены только самые главные города, самые большие реки.

Для туристов нужны карты крупных масштабов. На туристской карте Московской области масштаба 1:600 000 Москва будет не в виде маленького кружка, а в виде неправильного многоугольника размером с грецкий орех; на ней будут видны всевозможные подробности местности: небольшие населенные пункты, речки, основные шоссейные дороги и даже участки лесов, которые на мелкомасштабной карте невозможно было бы изобразить.

Если на предыдущей карте поместится вся Московская область, то на карте еще более крупного масштаба, например 1:100 000 (то есть в 1 сантиметре карты 1 километр земной поверхности), мы увидим только часть Московской области. Зато мы найдем на ней извилистые линии самых маленьких ручейков и дорог, в том числе полевых; мы отыщем не только неправильные контуры зеленых лесов, но даже значки отдельно стоящих больших деревьев и даже километровые столбы возле дорог.

Еще задолго до начала похода туристы должны позаботиться о картах.

Вы взяли в руки карту. Прежде всего обратите внимание на ее масштаб. Предположим, он равен 1:5000000. Это отношение обычно подписывается или наверху, у заголовка, или внизу листа. Разложите карту на столе и садитесь вокруг нее. Для похода такая карта слишком мелка. Из населенных пунктов на ней нанесены даже не все города. Она пригодна только для выбора маршрута похода.

Когда вы, наконец, после горячих споров выберете маршрут, отметьте красным карандашом точку «начало похода» и точку «конец похода» и попробуйте определить длину вашего будущего пути.

Можно, конечно, просто приложить линейку с делениями к карте и измерить с точностью до миллиметра расстояние между этими двумя точками.

Предположим, у вас получилось 32 миллиметра, умножьте на 5 000 000. Получится 160 000 000 миллиметров. Шесть нулей долой —160 километров.

Но каждый раз измерять длину отрезка, а затем умножать на число масштаба да шесть нулей откидывать слишком долго, поэтому на картах обычно дается масштаб линейный. Это горизонтальная прямая линия, разделенная черточками на равные сантиметровые отрезки. В каждом отрезке — определенное число километров местности. Обратите внимание на рисунок: ноль ставится не в начале, а у черты второго сантиметра, и первый отрезок делится на десять частей. С помощью циркуля-измерителя по линейному масштабу откладываются и измеряются расстояния, взятые с карты. А в условиях похода вместо циркуля можно приложить к линейному масштабу травинку или бумажную ленточку.

Линейный масштаб (слева). Курвиметр (справа).

На рисунке изображен линейный масштаб 1:100000. Циркулем берется расстояние, соответствующее 2 километрам 200 метрам. Если дорога между двумя населенными пунктами проходит по извилистой линии, узнать расстояние между этими пунктами тоже нетрудно: возьмите по линейному масштабу циркулем величину 2 сантиметра и прошагайте ножками циркуля по контурам дороги, нанесенной на карту.

Если хотите определить расстояние по извилистой дороге более точно, то приобретите специальный прибор — курвиметр. (Он стоит очень недорого.) С виду он похож на часы с делениями по кругу от 0 до 100; у края окружности находится колесико.

Пользуются курвиметром так: ставят его стрелку на ноль делений и «ведут» прибор на колесике по искривленной линии, нанесенной на картах. Сколько делений покажет стрелка, столько сантиметров прошло колесико. Зная масштаб карты, легко перевести сантиметры в километры.

Будет очень хорошо, если вы перед началом туристского похода для практики займетесь определением расстояний на картах различных масштабов, а также, наоборот, будете откладывать на картах заранее заданные расстояния.

Карты своей области масштаба 1:600 000 вы найдете в книжном магазине. Москвичи, отправляющиеся в походы за 200–250 километров от столицы, могут приобрести так называемую «охотничью карту» того же масштаба. На ней нанесены цветные кружочки и квадратики, обозначающие, где какой зверь или птица водятся. Некоторых туристов, возможно, заинтересуют такие подробности, но мы о них говорить не будем.

Для туристских походов эти карты в общем годятся. Но лучше, если вы сумеете достать где-либо более подробную карту, масштаба —1:200 000 или 1:100 000. С такими картами турист никогда не заблудится. Карты масштаба 1:200 000 существуют для отдельных туристских маршрутов по Подмосковью.

Может случиться так, что на туристской станции найдется карта масштаба 1:100000, но лишь в одном экземпляре; конечно, вам ее с собой не дадут; придется ее копировать на месте.

Dreams. Emotions. Words. Enjoy the silence... — ЖЖ

Привет и добро пожаловать в мой ЖЖ!

Меня зовут Павел, я из Красноярска. В основном этот дневник создан "для себя", но если Вы найдете здесь что-нибудь полезное для Вас или просто интересное, то я буду очень рад! :-) Я совершенно обычный человек... может быть с немного странными увлечениями, интересами и взглядами на жизнь.

Недавно закончил университет, получил специальность "Математик. Системный программист". Соответственно меня интересует все что так или иначе связано с математикой, программированием и компьютерами.

Из других моих увлечений можно выделить горный туризм, скалолазание (свободное), активный отдых, экстрим, фотографирование. Если интересно можно прочитать подробный отчет о походе на Алтай в 2010 году. Также есть множество постов (например этот или этот) о "походах" на Столбы. "Столбы" - это наш Красноярский заповедник. Основной его достопримечательностью являются скалы. Все скалы и даже некоторые камни имеют свои названия (например, Дед, Перья, Митра...). Подробнее можно почитать здесь или в википедии. Конечно, свободное лазание очень опасное дело, но мне наоборот это нравится. Вообще нравится экстрим и все его проявления. Один раз прыгал с моста. Тоже очень интересный вид отдыха.

Увлекаюсь фотографией. Почти все фото, которые Вы найдете здесь, сделаны мной. Фотоаппарат правда у меня пока непрофессиональный, но я стараюсь выжимать из него максимум. Также нравится обрабатывать фото в различных программах типа Photoshop или Gimp. Это уже больше под настроение. Начиная от простой корректировки баланса цветов и "красных" глаз и заканчивая художественной обработкой и коллажами. Все зависит от вдохновения и от идеи :-)

Чего бы еще написать... Безумно люблю свою жену ;-)

Какое-то время занимался старинными танцами (вальсы, польки, контрадансы там всякие). И это было очень здорово. Сейчас ностальгирую по ушедшим временам и иногда строю планы по возобновлению занятий. Эх...
По совместительству занимался в клубе исторической реконструкции и один раз ездил на ролевую игру, которая называлась "Волкодав-2007". Правда побывав там, понял, что это не совсем мое. В смысле именно игры. Вырос я как-то из этого, наверное. Да и, если честно, напрягало, что многие люди там просто бухали... или сначала бухали, а потом брались за оружие. Естественно, что ни о какой фиксации ударов речи не идет. Как впрочем и об отыгрыше ролей. Конечно, это не про всех. Говорят раньше ролевки лучше были.

Люблю читать. Хотя сейчас читаю мало. Вообще за последние пять лет читал в основном учебники по всяким матанализам, термехам ... и всякие справочные материалы по пограммированию. Раньше читал фантастику и фентези. Начинал с Толкиена. Потом перешел на Ника Перумова (блин, цикл "Хранитель мечей" так и не дочитал) и Юрия Никитина. Последний вообще очень здорово пишет. Вроде как-то просто, но в тоже время и интересно, и с юмором, и есть над чем задуматься... Недавно прочел несколько книг Сергея Лукьяненко. Небольшое мнение и цитаты здесь и здесь.

Про музыку. Наверное, как и все люди моего возраста начинал с MTV. Просто до тех пор пока оно у нас не появилось мне было совершенно всеравно что слушать. Ну а там уже пошло поехало... Сначала начал слушать rap (ну там эминемы всякие), потом рок и альтернативу, потом металл. Последним я увлекся очень сильно. Длинные волосы, футболка с надписью "Ария" и шмотник :-) Сейчас правда таких ребят много. Модно это все стало. Да, впрочем многое из этой музыки я и сейчас слушаю. Просто сейчас я не выбираю стили. Просто слушаю, а там уже по принципу нравится конкретная песня или нет. Многое - просто под настроение. Вообщем начиная от всякого рока и металла, заканчивая попсой и всякой электронной музыкой. Под всякий транс, хаус или ambient здорово бегать кстати, или программировать. Такая музыка просто как фон - не напрягает и не отвлекает. Единственное, наверное, что очень не люблю - так это шансон. Та еще жесть! :-) Увлекаюсь игрой на гитаре. Никакого музыкального образования у меня правда нет (а жаль...), так что пытаюсь сам себя научить, иногда советуясь с женой или с друзьями.

Периодически слежу за спортивными событиями. Так что здесь есть несколько постов про футбол и про последнюю зимнюю олимпиаду.

Вообщем, если чего еще вспомню - допишу! :-)

Спасибо что заглянули! Буду рад, если Вам здесь понравится! Удачи! :-)

Вторая Мировая Война » Моя жизнь в детском доме

Мы с отцом, как и все офицеры части, жили в деревне. Отец уехал раньше в Харьков, чтобы получить документы и ехать на фронт, на передовую. У меня было направление в специальное детское училище имени Дзержинского. Мы с хозяйкой дома, которая согласилась проводить меня, поехали попозже. Она быстренько продала молоко, и мы с ней приехали в Южный вокзал города Харькова. Я знал, что у отца был шестой вагон. У этого вагона мы встретились и: попрощались. Он меня обнял и сказал, чтобы я в училище учился хорошо. Поезд тронулся, и я со слезами отошел к хозяйке, сказав, что мы можем идти. Папа попросил водителя, который его привёз на вокзал, довезти меня до училища, но тот отказался, сославшись на спешку.

Мы с хозяйкой пошли вдвоём пешком. Транспорта тогда в Харькове, можно сказать, не было, и мы с ней прошагали всю Сумскую улицу пешком. За Сумской шоссе проходило вдоль аэродрома. Потом мы повернули направо, и пошли по лесу. И, наконец, увидели поселок. Я остановил одну женщину и спросил её: «Где здесь специальное детское училище?» На этот вопрос женщина почему-то ответила: «А, детский дом-то? Он дальше!» У меня было недоумение, почему «детский дом». Ведь у меня в направлении написано «специальное детское училище!»

Потом я увидел административное трехэтажное здание. Подошли к этому зданию и увидели надпись: «Специальный детский дом им. Дзержинского». Я хотел бежать, но тут из двери вышла женщина, и я сказал ей: «Вот у меня направление в специальное детское училище им. Дзержинского, а на самом деле здесь написано «Специальный детский дом», но это ошибка». Она говорит: «Нет. Это специальный детский дом».

Хозяйка из деревни быстро со мной распрощалась и ушла. Ей было некогда.

Тогда меня повели к директору. Директор говорит: «Да, это наш специальный детский дом, а не училище». Я ему говорю: «Тогда как же мне быть?» А он мне в ответ: «Как быть? Давай пойдем, тебя переоденем, оденем, помоем тебя в ванной. Сходишь в душ, обмоешься, и потом пойдешь со всеми обедать. Определим тебя в группу, где ты будешь жить». Я сказал, что не буду: ни переодеваться, ни мыться, что уйду. Но куда идти? Я не знал! Если только мне возвращаться назад в деревню и в часть? А до деревни надо было ехать. До станции далеко… Но оставаться в детском доме мне не хотелось. Я тогда быстренько оделся, взял вещи, надел свою шинель и побежал. За мной погнались несколько человек. Догнали, схватили за руки. А я говорю им: «Нет, я не буду в детском доме». И опять побежал. Меня опять догнали, взяли за руки, и повели обратно. Я сопротивлялся. Меня привели к директору. Директор говорит: «Нет, если у тебя направление, то давай оставайся у нас. А отец приедет с фронта и тебя возьмет опять в часть. Наверняка это будет скоро». Я подумал и решил повиноваться.

И вот пришли в душ, меня помыли, дали детдомовскую одежду и повели в отряд. Представили воспитательнице Марии Васильевне. Это была молодая женщина в возрасте около тридцати лет. Симпатичная. У неё была очень хорошая фигура. Единственным недостатком её был правый глаз, который смотрел вниз. Она сказала подождать, пока отряд придет с занятий, показала мне место, где я должен спать.

Площадь комнаты была около 30 метров. Напротив входной двери находились окна, забитые досками, а между досок лежала солома. Посреди комнаты стояла маленькая круглая железная печурка. Труба от печи вела в проём среднего окна. Проём был в каждом из так называемых окон. Он представлял собой армированное металлом стекло размером приблизительно 50 х 50 см. У печки на табурете сидел детдомовец и топил печь, пока отряд был на занятиях.

На стене висела стенгазета, которую выпускал отряд. Все заметки были написаны воспитанниками. Там были критические заметки, шутки, новости. В целом, газета мне понравилась.

Но вот я услышал шум в коридоре. Мария Васильевна вышла и попросила отряд остаться на месте. После этого она вывела меня из комнаты и представила отряду, сказав, что в отряд прибыл еще один воспитанник, и попросила всех со мной дружить. Одна из девочек сказала: «Сметана!» И это стало моей кличкой за моё белое лицо.

Мария Васильевна сделала какое-то объявление и ушла. Все разошлись мыть руки.

Отряд стал подчиняться председателю совета отряда, который подавал команды: «Равняйсь! Смирно! Направо! В столовую шагом марш!» Так я оказался в строю воспитанников детского дома.

После обеда отряд пришёл в спальный корпус. Все ребята стали заниматься своими делами. Меня окружили и стали расспрашивать, где мой отец, мама, братья, сестры, как я учился и где воевал? Потом, через некоторое время была команда строиться, и отряд пошёл на самоподготовку в учебный корпус. Мне указали парту и место, где и с кем я должен сидеть.

Так началась моя жизнь в детском доме.

Иногда отряд посылали на работы в колхоз. Ходили на склады, перебирать фасоль, кукурузу, горох и другие крупы. Более подходящими считались работы по переборке картофеля, который начинал гнить. После работы каждый пытался что-нибудь взять себе: или картофелину, или кукурузы, или фасоль. При этом фасоль, например, мы засыпали за подвязки кальсон. Картошину или еще что-нибудь засовывали в одежду так, чтобы при обыске не нашли. А обыскивали нас всегда после работы очень тщательно. Воспитанники выворачивали карманы, показывая, что они у нас пустые, но колхозные женщины были опытные и старались найти запрятанное. Часто это у них получалось.

После ужина мы приходили в спальный корпус, доставали спрятанное, и начинали готовить дополнительный ужин для себя. При этом старались делиться с неудачниками, у которых отняли при обыске запрятанное, и учили прятать лучше. Особенно нам нравилось есть жареную кукурузу.

На печке выкладывали слой кукурузы и ждали, пока она треснет. Сидевшие вокруг печки ребята подхватывали треснувшие зерна и поочередно поглощали их.

Иногда кто-то из ребят шёл в деревню и просил жителей сварить фасоль или горох, который удавалось «скоммуниздить» на складе. Обычно жители отказывались варить, говоря: «Дитятко, у мэнэ ж соли нэма!» Такой женщине мы говорили: «Та, ладно, тётя, варите без соли». Но часто нам соль давали. Довольные, мы приносили эту фасоль в отряд и после ужина делили на всех.

Иногда наш отряд назначали в оцепление для охраны привозимых на кухню продуктов. Мы стояли, взявшись за руки, от самой двери кухни до машины, и никого не подпускали к переносимым продуктам. Иногда воспитанники младшего возраста пытались прорваться мимо нас и стащить что-либо из переносимых продуктов. Мы не подпускали их, а если кому-то удавалось что-то схватить, мы вырывали украденное из рук и «наказывали» воришек. Нам приходилось и самим быть такими же воришками. Я сам несколько раз прорывался мимо двух воспитанников, взявшихся за руки, хватал переносимую картошку и пытался прорваться назад через оцепление. Меня, помню, догоняли, отнимали картошку, несколько раз шлепали в виде наказания и отпускали. Но «героизм» заключался в том, чтобы, схваченную картошку успеть запрятать так, чтобы при обыске её не нашли. После ужина в спальне эту картошину я должен был отдать старшему отряда. Под приветственные возгласы, её начинали поджаривать, а меня расхваливать.

С наступлением тепла голодуха становилась меньше. После занятий отдельными группами мы убегали в сад и устраивали налеты на еще не совсем зрелую раннюю вишню-шпанку. Набивали полные карманы, чтобы угостить товарищей — мальчиков и девочек.

Позже, в течение всего лета, мы устраивали набеги на горох и другие вкусные овощи. Всем это очень нравилось. Ребята, приносившие ягоды, пользовались большим авторитетом у остальных ребят, особенно у девочек.

После окончания учебы детей направляли целыми отрядами на полевые работы — на прополку и окучивание. Это было самое тяжелое время, особенно в жаркие летние дни. Бывало, пропалываешь грядку, а конца её не видно, весь обливаешься потом. При этом товарищи тебя подгоняли, если ты отстаешь от «цепи». Надо было не только успевать идти в линии, но и обращали внимание на чистоту прополки. Всем хотелось, чтобы по окончании работы воспитатель похвалила не только за быстроту, но и за качество.

Очень нравились ребятам занятия на тракторе, которые проводил колхозный тракторист. Двое его детей были воспитанниками в младших группах нашего детского дома, их взяли, чтобы облегчить материальное положение тракториста. Занятия проходили очень оживленно, тракторист проводил их интересно, увлекательно. Нам обещали, что будет экзамен, а лучших ребят допустят к управлению трактором.

В нашем отряде были дети 11-12 лет. В старшем отряде пользовался большим авторитетом Сучков Коля, ему было уже лет 14. Как-то он подошёл ко мне и попросил отойти с ним в сторону «поговорить». Мы отошли от нашего отряда, и он попросил меня после обеда отпроситься у воспитательницы к нему на час.

В назначенное время я пришёл к Коле Сучкову, и он, оглядываясь по сторонам, повёл меня в лесной овраг. Не входя в лес, он остановил меня, и потребовал, чтобы я дал клятву, что никому, никогда не скажу о том, что он мне покажет. Естественно, такую клятву я дал. Через несколько минут ходьбы по тропинке Коля открыл мне дверь, ведущую в помещение в вертикальной стенке оврага. У меня захватило дыхание, когда я увидел то, что он мне стал показывать. Здесь были немецкие гранаты различного вида и взрыватели к ним. Всё лежало в аккуратно расставленных ящиках, готовых к погрузке.

После показа одной комнаты Коля повёл меня в другую, где так же аккуратно были расставлены ящики с минами небольшого калибра. Коля сказал, что надо создать группу из ребят — фронтовиков и партизан для использования того, что мы видели в этих ящиках. Затем Коля повёл меня к другим дверям. В одном из помещений в открытых ящиках лежали стеклянные линзы для фотоаппаратов. До войны их использовали при производстве фотоаппаратов «ФЭД». Сейчас эти линзы были никому не нужны.

Мы поспешили обратно в детский дом. По пути Сучков уговорил меня привлечь в группу фронтовика Никулина и партизана Алехина из нашего отряда. Но чтобы всё это было в тайне.

Естественно, в нашем отряде воспитанник-фронтовик Никулин и партизан Алёхин согласились войти в состав группы Сучкова, дали слово никому ни о чём не говорить.

Так была создана группа, которой стал руководить Сучков. Никто из нас даже не представлял, какому риску мы подвергаем себя и своих товарищей.

Через несколько дней мы зашли в овраг на склады, набрали в карманы мин, гранат и пошли к краю оврага на окраине детского дома. Здесь Сучков показал нам, как надо бросать гранаты и мины. Он очень ловко бросал мину так, что она начинала крутиться при падении. Мы все ложились на землю при взрывах мин и гранат. В последующие дни каждый из нас стал бросать мины и гранаты самостоятельно по очереди. Всего в группе Сучкова было около десяти человек. Ходили на метание гранат и мин через день — два, при этом мы отпрашивались у воспитательницы, чтобы не было подозрений, куда и зачем мы ходим.

Иногда было так, что трое из нашего отряда уходили, а Сучков с другими оставался на складе.

Однажды мы узнали, что Сучкова отвезли в больницу. Он стал с помощью линзы расплавлять взрывчатое вещество во взрывателе. Произошёл взрыв, и ему оторвало фаланги всех десяти пальцев. Лишь после этого я и двое моих товарищей из отряда не стали ходить на склад в овраг, но взрывы из оврага на окраине детского дома, где Сучков с нами бросал гранаты и мины, продолжались длительное время.

Самым интересным занятием весной была охота на ящериц. Несколько ребят из нашего отряда ходили в овраг, где было много ящериц, ловили их и потом жарили на костре. Мы очищали шкуру с жареной ящерицы и с большим удовольствием ели белое мясо. Жареные ящерицы считались для нас лакомством. Уже тогда мы знали, что ящериц и змей едят китайцы, и мы очень жалели, что змеи нам не попадались, а то бы мы жарили и ели их.

Изредка мы ловили разных птиц, в том числе воробьев. Разделывали их и жарили. Это для нас было не только занятием, но и пиршеством. На пиршество иногда приглашали избранных девочек и мальчиков. Заговорщически договаривались о встрече, заготавливали топливо, разводили костер, разделывали живность, подготавливали её к съедению.

Съедение живности происходило по установленному ритуалу. К нему привлекали девочек и доверенных мальчиков. Ритуал включал в себя сбор на определенной территории детского дома, разведение костров, разделывание живности, распределение её между участниками «пиршества». Все действия сопровождались шутками, весельем. На «пиршество» стремились попасть воспитанники всего отряда. Дополнительно к живности доставали вишни, смородину, малину, яблоки и другие ягоды и фрукты. В целом, пиршество было не только утолением голода, но и развлечением.

Как-то в июле меня подозвала воспитательница и сказала, что принято решение на собрании у директора отмечать воспитанникам дни рождения. Поскольку ближайший день рожденья мой, то через несколько дней предложено отметить его всем отрядом.

На день рождения во время обеда ко мне подошла повар и поздравила меня с днём рождения, сказав, что она уже испекла для всего отряда пирог и будет сварен специальный компот.

Повар была полная, улыбающаяся молодая женщина, но её все называли «маты». Обычно после того, как съедали первое или второе, отдельные воспитанники подходили к стойке, где стояла повар, и, обращаясь к ней, просили: «Маты, дайте добавку». Если у неё были остатки, то она всегда их давала. Увидев меня в очереди, повар подзывала меня к себе, и угощала вне очереди. Мне было часто неудобно перед ребятами, что меня подзывает повар, и я старался не подходить к стойке.

После обеда в мой день рожденья воспитательница отпустила отряд на некоторое время, а затем, собрав всех, повела отряд купаться на речку. После купания она направила отряд в столовую. Все были удивлены тому, что стол был накрыт, и у каждого места стояли стакан с компотом и блюдечко с кусочком фруктового пирога. Воспитательница поздравила меня с днём рождения, к ней присоединились все остальные ребята. Всё выглядело очень торжественно, и мне было приятно, что впервые отмечали именно мой день рождения.

Чаепитие уже заканчивалось, когда вдруг прогремел взрыв. Все повыскакивали из-за стола и бросились к окнам, выходящим на пригорок перед столовой. Там был виден дым от взрыва. Несколько воспитанников бежали вниз. Ребята из нашего отряда выскочили на улицу и побежали навстречу тем, кто бежал с места взрыва. Двое из бежавших ребят входили в состав группы Сучкова. Они были в крови. Ребята их подхватили и повели в санитарную часть к врачу. По пути они рассказали, что группа ребят стала играть с миной. Старший ударял камнем по взрывателю и смеялся над теми, кто убегал. Во время одного такого удара мина взорвалась в руках у старшего воспитанника. При этом убегающие были поражены взрывом. Одному оторвало ногу, другим осколки попали в спину и голову. Всего было поражено миной шесть человек, из них трое оказались убитыми.

Так трагически закончился мой день рождения. Перестала существовать группа Сучкова, состоявшая из детей-фронтовиков и партизан.

Спальный корпус детского дома находился на возвышенности. Это было трёхэтажное капитальное здание. При входе дежурил охранник. В двенадцать часов ночи двери закрывались и открывались ранним утром. В каждой комнате были дежурные, которые топили печь всю ночь.

Как-то ночью раздался стук в дверь нашей комнаты, и мужской голос спросил: «Женя Сосновских не в вашей комнате?» Дежуривший открыл дверь и позвал меня. Я увидел на пороге папу, с вещмешком за спиной. Я бросился к нему на шею: «Папа, папа!» Радости моей не было конца. Проснулась вся комната. Папа снял вещмешок, развязал его и достал солдатские сухари. Положил их на стол. Из вещмешка достал котелок, налил в него воды из ведра и поставил на печку. Рядом с сухарями положил сахар и сказал детям: «Угощайтесь». Солдатские сухари были очень вкусные, они даже пахли по-особенному. Мы разобрали сухари и стали грызть их с сахаром. Через некоторое время в комнату вошёл дежурный по корпусу и директор детского дома Павленко. Вместо правой ноги у него был деревянный костыль, который отстукивал каждый его шаг. Директор стал звать папу к себе домой, но папа сказал, что он переночует в этой комнате, потому что ему рано утром надо ехать в город.

Утром папа разбудил меня и попросил помочь ему умыться. Он взял ведро с водой, кружку, и мы пошли на улицу. Падал снег. Я стал поливать папе воду на спину и на руки. Папа мылся с удовольствием. После умывания он стал растирать полотенцем спину и грудь.

В комнате дети готовились к подъёму, взбивали соломенные матрасы, накрывали их одеялом, а сверху в изголовье ложили соломенные подушки. Папа попрощался со всеми, пообещав приехать к концу дня.

После обеда мы пришли в комнату. Кто-то из ребят воскликнул: «Ох, сколько машин приехало!» С внешней и внутренней стороны окна были забиты досками, между которых насыпана солома. Свет пробивался только через маленькое стекло, внутри которого была тонкая проволока.

Все побежали в коридор, а затем вниз по лестнице на улицу. В кузове первой машины сидели рабочие. Они уже слезали на землю. Тут же стояли завуч и директор детского дома вместе с моим папой и старшим из рабочих. Они обсуждали, что и как будут делать. Рабочие разгружали с машин стекла для окон и стали относить их в спальный корпус. На одной из машин лежали одеяла, белые простыни и наволочки. Одна машина была загружена ватными подушками.

Я слышал, как директор сказал окружавшим его воспитателям: «Всех детей помыть и положить в чистые постели».

Приехавшие рабочие отдирали доски от проёмов окон, выметали солому и вставляли стекла. Я попросил папу вставить стекла в первую очередь в нашем отряде. Он обратился с этой просьбой к директору.

Комната нашего отряда находилась на втором этаже, но её стали стеклить вне очереди. Когда через некоторое время я зашёл в комнату, то радости моей не было предела. Комната была такая светлая, стекла в окна вставили в коридоре. Заходящее солнце, освещало коридор и комнаты на противоположной стороне. Ребята с энтузиазмом выносили солому, подметали и мыли полы в комнатах.

Не жалея дров топили печурки. Принесли и положили на каждую кровать по две чистых, новых, белых простыни, и по одной наволочке. В нашу комнату, очевидно, в виде исключения, выдали новые байковые одеяла.

Из спального корпуса уже выходили отряды и направлялись в баню. Воспитатели торопили ребят с уборкой комнат. Рабочие работали очень быстро, сноровисто. Чувствовалось, что работа для рабочих доставляла удовольствие. Они радовались вместе с детьми тому, что в комнатах стало светло и чисто.

Но вот раздалась команда «строиться» и нашему отряду. Ребята выполняли все команды и указания воспитательницы, звеньевых и председателей совета отряда с особенным подъёмом. Воспитательница попросила мыться быстрее, чтобы дать возможность помыться другим отрядам.

По комнатам ходил папа вместе со старшим рабочим. Они осматривали, как вставлены стекла, делали какие-то замечания. И рабочие тут же доделывали, что им говорили сделать.

Быстро помывшись, отряд возвратился в спальный корпус. Рабочие уже садились в кузов машины. Папа и директор благодарили их за быстро выполненную работу. Вскоре машины были заведены и тронулись, увозя рабочих.

Папа подошёл к директору и сказал ему: «Ну, а сегодня я буду ночевать у вас, потому что у детей тепло и светло». Директор спросил папу: «Александр Максимович, как же вам удалось достать для детского дома такое богатство и привезти рабочих?» На что папа ответил: «А я зашёл в кабинет начальника областного отдела народного образования, достал пистолет, загнал патрон в патронник и, держа пистолет перед носом начальника ОблОНО, сказал ей: «Я только вчера был на фронте. Вот у меня пулей пробита шинель, мы воюем, а вы не можете создать человеческие условия для наших детей. Завтра я опять уеду на фронт, а вы обязаны сегодня вставить стекла в детском доме, дать детям наволочки, простыни и одеяла. Если вы этого не сделаете, то я вас застрелю, поеду на фронт, мне терять нечего. Я вас не выпушу из кабинета, пока вы не дадите то, что я вам сказал. Я поеду в детский дом вместе с рабочими, стеклами, наволочками, простынями и одеялами». Зав.облОНО стала обзванивать, куда следует, при этом говорила, что она сидит под дулом пистолета и её лейтенант застрелит, если ей не дадут то, что она просит. Уже к обеду она мне сказала, что колонна готова ехать в детский дом, а всё то, что я просил, находится в машинах».

Когда папа вышел, то увидел, что действительно всё готово и можно ехать в детдом. Папа ругнулся и сказал: «Оказывается, ведь всё есть в городе, а в детском доме нет ничего».

Папа ушёл к директору детского дома, а мне он сказал, что завтра уедет опять на фронт. Как возвратится, то сразу же ко мне приедет.

После отъезда папы прошло более десяти дней, но он ко мне так и не приезжал. В какой-то день я не выдержал и сбежал из детского дома в часть, откуда я поехал в детский дом. Не знаю, что меня повлекло в часть именно в тот день. Я приехал на станцию Рогозянка и направился в штаб части. Надо же было такому случиться, что в штабе я встретил папу, который только-только вышел из кабинета командира. Я бросился к нему и рассказал, как я прибыл в часть. Он меня обругал.

На следующий день он меня направил в детский дом одного. Через несколько дней мне воспитательница сказала, что в моё отсутствие обсуждали, кого послать в Артек на одну смену. Оказывается, на детский дом выделили одно место. Меня не было, и вместо меня в Артек направили Красникова Колю, мальчика из другого отряда.

Так я пострадал за свою недисциплинированность.

Был погожий осенний день 1944 года, когда меня вызвали в кабинет завуча детского дома, где я находился вместе с сестрой Юлей и братом Аликом. Папа ехал в командировку в Москву и в Курске пошёл на «толкучку». Там неожиданно он встретил Нюрку-Рыжую. Оказывается, она ехала к нему в Харьков и везла Юлю и Алика. По словам Нюрки-Рыжей, она везла детей к папе потому, что мама сама ехать к папе не могла, так как занималась оформлением продажи дачи. Мама должна была приехать позже в течение месяца. Папа и Нюрка-Рыжая быстро побежали в вагон, в котором она ехала. Папа описал подробно, куда Нюрка-Рыжая должна привезти Юлю и Алика.

Далее случилось так, что в части Нюрке-Рыжей посоветовали поселиться в деревне у станции Рогозянка. Она решила дождаться папу. Вышло так, что Нюрка-Рыжая с Юлей и Аликом пошли купаться на близлежащую речку. Когда они пришли домой, то оказалось, что их обворовали, при чём не оставили ничего, взяли даже полотенца и алюминиевые ложки. Пришлось просить всё у хозяйки дома.

Через день приехал папа. Он отвёз Нюрку-Рыжую на вокзал и отправил её в Москву. Алика и Юлю папа привёз в детский дом, где находился я. У Юли и Алика не было даже белья, чтобы переодеться. Так Юля и Алик стали вместе со мной воспитанниками детского дома.

И вот я зашёл в кабинет завуча и оторопел от удивления, увидев сидящую рядом с завучем маму. Мама была одета в новое кожаное пальто, сапожки. На ней очень красиво сидела шляпка с широкими полями. От мамы исходил аромат духов. Мама встала, подошла ко мне и обняла. Не знаю почему, но я заплакал. Завуч сказала, чтобы мы пошли погулять. На улице встретили Юлю и Алика. Втроём сели на скамейку. Из сумочки мама достала пакет с арахисом и насыпала каждому из нас в руку, при этом сказала: «Ешьте». Мы стали шелушить арахис. Такие орехи я ел в последний Новый Год перед войной. Я жевал орехи и думал: «Эх, мама, мама! Лучше бы ты нам привезла обычного хлебушка, чтобы мы его вкусили вдоволь, а то — орехи, нужны они нам!» Но никто об этом маме ничего не сказал. Мама говорила, что она очень соскучилась и хочет взять из детского дома Юлю, Алик будет жить в интернате при папе, а я должен остаться в детском доме.

После обеда мама оформила документы на Алика и Юлю, и они ушли, а я остался в детском доме один.

В детском доме я учился в пятом классе. Школа наша находилась в двухэтажном здании, рядом со спальным корпусом. Пока было тепло, учиться было не так трудно. Очень тяжело стало с наступлением холодов.

В каждом классе топили железные печурки, как в спальном корпусе. Пока шли уроки, за печками следили ученики, но после занятий в классе становилось холодно. У каждого ученика была персональная чернильница, которая хранилась в парте. Когда дети приходили на занятия, то первым делом брали чернильницу и отогревали её за пазухой так, чтобы можно было пользоваться чернилами.

Контрольные работы писали в тетрадях, а в классе писали на газетных листочках. Тетради сшивали из книжных листов, и писали на белом поле между строк. Учебниками пользовались по очереди, договариваясь между собой. Иногда отдельные рассказы читали вслух для всего класса. Также коллективно учили стихотворения. После обеда занимались самоподготовкой. Как бы то ни было, но двоек у меня не было, только по украинскому языку я имел тройку, а по остальным предметам — четвёрки и пятёрки.

На 7 ноября я отпросился к папе. Он жил в Харькове на квартире. Брат Алик был у него на побывке в праздничные дни. Папа ездил за ним в интернат. Когда я пришёл, брат был дома один. Мы сели на диван и о чём-то разговаривали. В дверном косяке, немного выше уровня моего роста, находился крючок, а напротив него у стены висел репродуктор радио. Настроение у меня было очень подавленное. Не знаю почему, я спросил брата: «Хочешь, я повешусь?» Он спросил меня: «С какой стати? И чего это ты вдруг так решил? И как ты повесишься?»

На спинке кровати висел пояс от платья хозяйки. Я связал концы пояса, сложил его пополам и показал брату. Затем подошёл к косяку двери, накинул петлю на шею и хотел подвесить петлю на крючок. Но крючок был выше. Тогда я встал на носки и попытался закинуть петлю на крючок. В какой-то момент мне это удалось, но долго устоять на носках я не смог и рухнул на петле спиной к косяку.

В ушах у меня громко кричал репродуктор радио. Всё тело моё тряслось, будто от тока. Я был без сознания. Не помню, как меня сняли с крюка, кто и как положил меня на постель.

Очнулся я от растирания шеи, которое проводила хозяйка — Зинаида Устиновна. В какое-то мгновение, я посмотрел на сидящего на диване напротив брата и запечатлел его испуганный взгляд. Потом он рассказывал, что думал, будто я шучу.

Хозяйка сказала брату, чтобы он вызвал папу из части, до которой было недалеко. Сама же она продолжала растирать мне шею. Почему-то на глазах её были слёзы. Папа с братом появились очень быстро. Папа был напуган, брат в себя тоже еще не пришёл.

Хозяйка успела вскипятить чайник и посадила меня с братом пить чай с конфетами, которые она принесла домой. В свою очередь, папа дал банку тушёнки хозяйке и попросил её приготовить борщ. Надо сказать, что готовила она очень вкусно.

В течение двух дней папа допытывался, из-за чего я хотел повеситься. Так он и не поверил мне, что я с братом пошутил. Об этом случае я старался никому не рассказывать. Впечатление от чувства, которое я испытал, у меня сохранилось до настоящего времени. Я считаю, что повешение — самая легкая смерть, потому что нет никакой боли.

В детский дом после праздников меня повёл папа. Видимо, он рассказал о случившемся воспитательнице, завучу и директору. Очевидно, он пытался выяснить причины моего поступка. Не знаю, что ему говорили все, но отношение ко мне стало очень внимательным. Ко мне каждое воскресенье папа приходил один или с братом. Мы вместе ходили гулять. Папа старался приносить какое-нибудь лакомство.

Последний раз папа пришёл ко мне 22 апреля 1945 года. Помню, у нас было собрание, посвященное дню рождения Ленина. Я заметил его, когда он зашёл в зал, где проходило собрание. Я находился в президиуме, как председатель совета дружины.

После собрания папа оформил необходимые документы и забрал меня к себе. Я попрощался с ребятами, воспитательницей, завучем и директором. Уходя, я мысленно прощался с детским домом, в котором провёл год и два месяца, многому научился, многое почерпнул для себя. Пребывание в специальном детском доме имени Ф.Э. Дзержинского оставило неизгладимый след и воспоминание в жизни.


Продолжение следует.
Источник: Жизнь зеленая. Москва: издательство «Карпов», 2004. Тираж 100 экз.

Детский квадроклуб Grizzly

Квадроклуб повышенной безопасности для детей от 5 до 15 лет. Здесь учат кататься на квадроциклах и организовывают увлекательные приключения. Гостей ждут туры на квадроциклах, сплавы на байдарках и пейнтбол.

Автор: Официальная группа детского квадроклуба интересных приключений во ВКонтакте Детский квадроклуб Grizzly

О квадроклубе

Клуб находится в 7 км от МКАДа по Пятницкому шоссе в конно - спортивном комплексе "Отрада". Владельцы организуют мероприятия на свежем воздухе, детский день рождения с использованием техники. На территории базы есть беседки для отдыха, высотный городок, зоопарк, рестораны и отель.

В клубе обучают катанию на квадроциклах детей и взрослых. За каждым ребенком следит инструктор. Можно выбрать различные программы:

– детский день рождения до 12 человек;

– часовой квадротур по лесу;

– час семейного катания (взрослый и ребенок).

Каждый участник проходит инструктаж, получает экипировку и маршрутный лист, фото и видеосъемку в подарок. Заезды проходят в любой сезон при любых погодных условиях.

В рамках тура опытный инструктор обучит детей вождению квадроцикла, выдаст экипировку и будет сопровождать их на протяжении всего пути, чтобы помочь в случае возникновения трудностей. Безопасность детей полностью обеспечена.

Маршрут проходит через живописный лес, где ребята смогут испытать себя и проверить навыки вождения. Им предстоит преодолевать грязь, горки различной сложности, спуски и стремительные повороты. 

Как обещает организатор, каждый ребенок получит максимум положительных эмоций и впечатлений, а в конце поездки ребятам выдадут фотографии с маршрута. Кроме того, детский часовой квадротур по лесу — это отличный вариант для проведения детских праздников и других веселых мероприятий.

По желанию в любую программу можно добавить сплав на байдарках, игру в пейнтбол, баню или ночлег в уютных домиках.

Автор: Официальная группа детского квадроклуба интересных приключений во ВКонтакте Детский квадроклуб Grizzly Автор: Официальная группа детского квадроклуба интересных приключений во ВКонтакте Детский квадроклуб Grizzly

Как проехать

На автобусе № 367 от метро «Домодедовская» до остановки «Григорчиково», далее полтора километра пешком.

На автомобиле по Каширскому шоссе, далее по Володарскому шоссе, после остановки повернуть направо в деревню Григорчиково.

Сказка "Волшебный лес" — Вектор-успеха.рф

Жила-была одна семья. И были у них двое детей: Настенька и Костенька. И вот приближается долгожданный праздник Новый год. А самого главного  символа  Нового года – ёлочки, у них не было. Мама с папой говорят своим детям: «Мы уходим в лес за ёлочкой, сидите, ждите нас».

Собрались родители, и ушли в лес. Долго их не было. Ждали их дети, а родителей всё не было. Настенька Костеньке  говорит: « Пойдём, брат, встретим маму и папу». Дом закрыли на ключ и ушли.

Долго они шли, а маму с папой так и не нашли. Начало темнеть. Замёрзли уже, смотрят, бежит им навстречу зайчик.

- Здравствуйте, детки! Куда вы идёте? – спрашивает зайчик.

-Здравствуй, зайчик, мы ищем родителей, они пошли в лес за ёлочкой и не вернулись домой. Не видел ли ты их?- спросили дети.

- Нет, не видел,- отвечает зайчик, - а вы не замёрзли?

- Немножко, - ответили дети.

- Возьмите пуховые варежки, согреетесь, а про ваших родителей,  наверное, знает старушка, она вам встретится по пути, - сказал зайка.

- Спасибо тебе, зайчик, мы пойдём дальше, нам надо спешить, - поблагодарили зайчика дети.

Ребята пошли дальше. На пути им попался маленький домик. Зашли в него, а там жила старушка. Обрадовалась старушка гостям, говорит: «Вот будет мне с кем Новый год встретить». Ребята заплакали: «Бабушка, мы ищем родителей. Они пошли в лес за ёлкой и не пришли. Вы не знаете, как их найти?»

- Знаю, - ответила старушка, - я скажу вам, если сделаете мне работу: в домике приберётесь и вкусностей приготовите к Новому году».

Делать нечего, пришлось гостям быстренько все дела переделать, порадовать старушку. «Молодцы, детки, не охота мне вас отпускать, но ничего не поделаешь, выполнили мою просьбу, - говорит бабушка, - ваши родители попали к тётушке Лето. Она их заколдовала, и теперь они всё забыли. Вы их можете расколдовать своей любовью. Они сразу всё вспомнят. Только вам надо держаться крепко за руки, не расцепляйтесь, а то вас тоже заколдуют.  Идите сначала прямо, а потом поверните направо и выйдите на поляну». «Спасибо вам, бабушка, - сказали дети, - пойдём мы быстрее искать родителей».

Вот идут они сначала прямо, потом повернули направо и увидели удивительную картину: кругом зима, снег, а посередине леса-лето. Вот это да! Чудеса! И цветы цветут, и ягоды, и грибы. Всё в зелени! Стоят дети на волшебной поляне, держатся крепко за руки, видят родителей. А те их не замечают, забыли. Костенька с Настенькой подбегают к родителям, обнимают их, целуют. Тут тётушка Лето подошла к ним. «Вот и дети к вам пожаловали, а колдовство моё на них не действует, знать, любят вас сильно».

Тут родители словно проснулись, узнали своих детей.

-Ладно, спешите домой, как раз к празднику успеете, отпускаю я вас, - сказала тётушка Лето.

 Как только она произнесла эти слова, всё стало белым – бело, пришла зима, ни цветов, ни ягод, ни певчих птиц. Стоят посреди заснеженной поляны вчетвером, рядом лежит ёлочка, корзина с грибами, ягодами. Взяли они всё и быстрее пошли домой, чтобы успеть к празднику.

Вернулись они домой, украсили ёлочку и пирогов разных напекли к празднику. Тут и Новый год наступил, и все были довольны и счастливы, что всё так хорошо закончилось. Любовь всегда спасает!

"Посреди черного леса делаем ей УЗИ." Медики на границе о своей работе

Поспала недолго, едва успела прислонить голову к подушке, раздается смс - канцелярская кнопка, человек вне зоны. Она разбудила остальных, они собрались через четверть часа, я слышала, как они облили сладким чаем кипятком и топнули по деревянной лестнице.

Она вернулась утром и тяжело села на соседнюю кровать. Мы жили в одной комнате, я пришел к ним накануне днем. Я слышал, как она проснулась, я не спал, когда она вернулась.

"Сколько?" - Я попросил.

"Один. Гипотермия. Мы должны были отвезти его в больницу, за ним прислали свою скорую помощь. Прибыла пограничная служба. Я не знаю, дошел ли этот мальчик до палаты. Надеюсь, потому что следующей ночью он бы не выжил».

Рис. Медицина на Границии

Тогда я плакала [Анна]

Анне Борковской 36 лет, она специализируется на анестезиологии и интенсивной терапии. Она знает, что значит дежурить по триста часов в месяц, после окончания учебы работала в нескольких больницах Варшавы, а последние два года обезболивала пациентов в Ирландии, в старейшем родильном доме мира.

Вернулась в Польшу летом 2021 года. «Думала, отдохну. Возьму четыре, максимум шесть смен в месяц, отремонтирую квартиру, отдышусь. В сентябре я узнал об идее собрать медиков на границе».

Она была в третьей смене, когда мы встретились на их базе. Он помнит всех, кого встречает в лесу.

Ее первая поездка: тринадцать человек, включая 4-летнюю девочку. Она брыкалась и кричала, была бесконтрольна, боялась незнакомцев в форме. "Я был счастлив.Как защищать значит сильно. Лес еще не одолел ее.

Другой: тридцать два человека, из них шестнадцать детей.

«Первое, что я увидел, когда мы подошли к ним, были руки: маленькие, большие, все ледяные. Я увидел их в свете прожектора, вытянувшихся ко мне. И голоса: Еду! Вода! В течение первой дюжины или около того минут, только это.

А потом? Тогда работай как клиника:

Я понятия не имею, как все эти люди проделали такое большое расстояние от границы.А так как они шли по лесу - до них мы добирались почти час, они были очень глубокими.

И этот единственный звонок:

«Молодой мальчик, шансов почти нет. Активисты искали его пять часов. Они были без ума от GPS, уже собирались повернуть назад, когда услышали стоны. Его нашли под деревом, чтобы он не вставал. Они позвонили нам. У мальчика было переохлаждение, его пришлось доставить в больницу. Диспетчер почему-то заставил нас ждать скорую помощь. С ней приехал пограничник.Мы передали больного другой бригаде, они сказали, что везут его в Белосток.

Возвращались из этого леса после четырех утра, остановились на заправке. Кроме нас там было много людей - все в военной или пограничной форме. И тут я получил смс от одного из активистов — что они не знают, точно ли этого мальчика отправили в больницу. Тогда я заплакал. То, что мы даем этим пациентам, является заменой. Это не лекарство, которое я знаю. Это какие-то Голодные игры.

Рис. Медицина на Границе

И цветные наклейки для детей, с надписью "Смелый пациент" [Журнал]

С главной дороги сворачиваешь в грабовую аллею, которая ведет к воротам деревянного двухэтажного дома. Несколько небольших зданий разбросаны по широкому двору. Припаркованная между ними машина скорой помощи выглядит как случайный реквизит из этого фильма. За забором рыжий лес, лысеющий день ото дня. Принявший их дом стоит в нескольких сотнях метров от границы ЧП.Они живут здесь во время своего ростера.

Рис. Медики на границе

Всегда работают три человека: врач или врач, водитель-спасатель и второй спасатель/спасатель или медсестра/медсестра. Иногда они знают друг друга по учебе, разведке, по больничным коридорам, по общим машинам скорой помощи. Иногда они заканчивают тем, что разговаривают с кем-то, кого раньше не встречали. Они меняются каждый день, иногда раз в два.

Рис. Медицина на Граници

В одном из корпусов устроили склад для лекарств, оборудования и прочего, что спасает жизни в лесу по ту сторону забора, кроме медикаментов:

И цветные наклейки для детей, с надписью «Смелый пациент».

Смотри, это твой ребенок, у него тут голова, здесь ножка [Миколай]

«Стоишь посреди ночи перед лесной стеной и думаешь: без шансов, не пролезем. А потом смотришь на экран телефона и понимаешь, что выхода нет, нас ждут. Сходишь с дорожки и перелезаешь через стену, ходишь носом в телефон - мигающая точка - это ты и твоя команда. Пролезешь, пролезешь через поваленные деревья, снаряжение на спине, вода, одежда, еда в руках», — говорит мне Миколай Ласки.

"Смотришь на свои ноги, опять на телефон и вдруг - они! Меня всегда удивляет, что это об этом. И они почти всегда пугаются первыми.

Миколай 34 года, выглядит на десять моложе, работает спасателем пожарно-спасательного отряда Государственной противопожарной службы № 6 в Варшаве. Он прибыл на границу прямо из своего дежурства.

"Здесь все вверх дном. Когда я выйду из дома на дежурство, надеюсь, будет спокойно. Отсутствие звонков означает хороший день. На границе все наоборот — если телефон молчит, мы волнуемся, потому что наша помощь никуда не доходит».

Миколай прибывает в Подлясье в свободное от службы время.

"У меня круглосуточное дежурство в пожарной части и потом два выходных дня. Я часто провожу в это время занятия по оказанию первой помощи, но пока я могу быть полезен на границе, я хочу быть здесь», — говорит он.

За несколько дней до дежурства Николая на базу медиков прибыл курьер с портативным ультразвуковым аппаратом. Вы можете использовать его, чтобы проверить, есть ли у человека внутреннее кровотечение, или найти скрытую вену, когда вам нужно быстро проколоть канюлей обезвоженное и охлажденное предплечье.Также можно осмотреть живот беременной женщины.

«Первый раз это был девятый месяц, эта женщина боялась, что скоро начнет рожать. Ребенок был готов, в любом случае роды могли начаться в любой момент. После осмотра она поблагодарила ее и ушла вглубь леса, где ее ждали муж и старший сын.

Во второй раз мы обследовали девушку на полпути беременности. Как это выглядело? Как будто кто-то наложил две совершенно несовпадающие картинки. Gęstwina, мы действительно изо всех сил пытались туда добраться.Посреди этого леса девушка - ее осматривал врач, я стояла рядом с ней на коленях и держала экран.

Муж отошел в сторону, но когда мы увидели, что с ней все в порядке, я позвала его: Смотри, это твой ребенок, у него тут головка, здесь ножка. Они оба плакали, это был первый раз, когда они были на УЗИ. У меня есть двухлетний сын, я хорошо помню, когда мы с женой были на одном обследовании».

Все сидели на этой земле - точки на карте, которые сошлись и вот-вот разойдутся. А пока серое изображение на маленьком планшете их затягивает, стирает фон.

Нет больше деревьев и черного неба, а будущие родители, склонившись над экраном УЗИ, говорят то, что на каждом языке несет одну и ту же смесь надежды и ожидания будущей жизни: «Это мальчик или девочка?».

Рис. Медицина на границе

Беременная женщина с ребенком в сумке. Они берут их! [Мацей]

«Больше двадцати лет на скорой помощи, шестнадцать лет в диспетчерской, три волны Covid-19, посчитайте сами, сколько звонков от задыхающихся людей, которым я не могу отправить скорую помощь.У меня все на спине, и я еще так не злился», — говорит Мацей Котарба, приехавший на границу из Кракова.

Мы сидим за длинным столом на базе медиков. «Я привык более или менее знать, что происходит с человеком, которого я спасаю. Что он попал в больницу, что он в безопасности, что его лечат. Здесь это не работает. Раньше со мной такого никогда не случалось, а я всю свою сознательную жизнь работаю в спасательных службах».

Наш разговор прерывает телефон. Женский голос в трубке, она почти кричит, я ее хорошо слышу:

"Люди, группа людей.Дети. Беременная женщина и ребенок в сумке. Их берут!».

Звонок из Беловежи. Мацей может только сказать ей, что он должен позвонить по номеру 999 в главную диспетчерскую. Беловежа находится в зоне. «Мы ничего не можем сделать, — объясняет он. Женщина говорит что-то еще, наверное уже не в трубку, вешает трубку.

Мацей на мгновение смотрит на дисплей, мы встречаемся взглядами. «По пятницам у нас консультации с психологом. Я думал, что мне это не нужно, но, думаю, я буду использовать его».

Он кладет телефон на подоконник.В этот день сигнал прозвучит еще несколько раз:

Несколько дней спустя я нахожу в Facebook сообщение от женщины из Беловежи. Она описывает, как увидела нескольких человек на церковной стоянке, в том числе беременную женщину и четверых детей. Еще был ребенок, спрятанный от холода в туристической сумке. Пограничная служба забрала их всех.

На фото, приложенном к этой записи, виден свежий след ботинка, отпечатавшийся в лесной грязи. Женщина сделала это фото во время прогулки с собакой утром.

След небольшой, его оставила ступня нескольких лет.

Ковид и граница имеют нечто общее - бессилие [Орест]

Доктор Орест Стах - анестезиолог, и все, что принесли с собой прошлые волны пандемии, прошло через его палату в больнице Банаха в Варшаве. Ряды кроватей с больными людьми, сотни людей с потерей функции легких, много смертей, мало кислорода.

«Ковид и граница имеют что-то общее», — говорит он мне сегодня. - Бессилие.

Это чувство вернулось ко мне на границе. Только в последнем случае у нас есть все, чтобы помочь эффективно, это не сложная медицина. Инфекции, переохлаждения, отравления — люди не должны от этого умирать, не в этой стране, не тогда, когда мы стоим с машиной скорой помощи и лекарствами в нескольких километрах от них, — говорит он.

В свободное от работы время приехал на границу.

Девушка, которую они спасали, погибла бы. Она была без обуви, по ногам было видно, что она долгое время была в одних носках. Они были опухшими и очень красными, во время Великой Отечественной войны такие травмы называли «траншейными стопами» — от них страдали солдаты, часами бродившие по холодной воде. Девушка крепко спала, иногда нам удавалось ее разбудить, потом она что-то говорила и снова уплывала. Видимо она шла в большей группе, им пришлось ее оставить.

Медики сняли с нее промокшую куртку, потрогали лоб - вроде тепло, а в животе уже совсем холодно.

Гипотермия — рефрен, который повторяется в каждом втором пограничном отчете. Он приходит в установленном порядке, получает больше колючей проволоки в теле и голове, неудержим - пленных не берет.

Сначала тело слабеет, человек чувствует непреодолимое чувство холода. Тело хочет защитить себя, поэтому заставляет дрожать все мышцы, чтобы согреться. Температура падает до 32 градусов по Цельсию. Но человек все еще в сознании.

У вторая степень гипотермия, мышцы перестают дрожать.У них уже нет сил форсировать собственное тепло, температура падает еще на четыре градуса. Голова перестает работать — веки беременеют, сознание отключается, приходит апатия и в конце концов заглушает остатки воли к борьбе, чтобы пройти еще эти несколько шагов.

В третья степень, человек уже без сознания и температура его тела колеблется от 28 до 25 градусов. Возникают нарушения сердечного ритма, дыхание становится поверхностным, частота сердечных сокращений замедляется.

В , четвертом , тираж прекращается.

В пятом в свидетельство о смерти внесена форма "замораживание".

Девушка не замерзла, потому что к ней подошли активисты и вызвали медиков. Когда ее укрыли термоодеялами и подключили капельницу к температуре 37 градусов по Цельсию, она тихо заговорила на непонятном им языке. В пах кладут специальные пакетики с теплой жидкостью. Согрев ее снаружи и внутри, они отвезли ее в больницу. Все это время она не приходила в сознание.

У Ореста все время в глазах: Все стоят - он и два фельдшера из его бригады, трое активистов, два милиционера, а потом еще два фельдшера из ГЧС, которых диспетчер послал к ним для передачи больного им.Десять человек выше взъерошенной взъерошенной девушки, которая неделю ходила босиком по лесу.

Когда Орест пришел домой, его дети (ему трое, от 6 до 12 лет) спросили: «Папа, ты кому-нибудь помог? Он кивнул: «Да, такая девушка». Им этого было достаточно.

Он вспомнил, что ее зовут Фатима.

Рис. Медицина на Границии

Одному из моих коллег пришлось выключить свет. Он плакал со мной [Вероника]

Вероника Буйко-Кирсновска, как и Анна Борковска, работает анестезиологом.Они знакомы уже тридцать лет, у них есть группа друзей, они недолго работали вместе в Варшавском онкологическом центре.

«Мы вместе были на этой акции, где было более тридцати человек, в том числе половина детей. Наверное, это было наше самое большое вмешательство, и я рада, что Аня была тогда с нами», — говорит она. Я спрашиваю, что ей запомнилось больше всего.

"У меня целая голова этих картинок, думаю больше ничего не забуду."

Свежие следы зубров - зажатых огромными животами в лесной подстилке.

«Помню безумное солнце и такую ​​смесь восторга и страха, мы навострили уши, не наткнется ли где-нибудь за деревьями на нас стадо бизонов. Вместо этого мы услышали «Помогите мне!».

Следы собачьих зубов на ноге молодого человека. Шишка на лбу и голове его спутницы, синяк под глазом, синяки на туловище. Следы встречи с белорусскими пограничниками.

Вежливая улыбка других мужчин, когда они благодарили их за сухие штаны. «Не надо, опять промокнут», — сказали они.Это были единственные встреченные на границе люди, которые хотели раскрыться перед пограничниками и вернуться в Беларусь.

Они потеряли свои семьи недалеко от границы и должны были вернуться за ними. У одного из них были белые подошвы ног, как будто кто-то обмотал ноги мокрым пергаментом. Она сменила ему носки, надела сухую обувь и попрощалась, когда он сел в машину пограничников.

И, наконец, лицо мальчика, которому она хотела подарить шоколадку. Малыш покачал головой и продолжал повторять снова и снова: «Вода!»Возможно, в ту ночь малолетний ребенок выучил свое первое слово на английском языке.

Вероника вернулась домой через несколько часов после того, как накормила, напоила и выслушала шестнадцать детей посреди леса. Дома ее ждали трое своих. Муж повез детей в суд, помог друг, который договорился заранее.

«Я лег и попытался уснуть, может, на час получилось. В тот день у меня не было сил что-то ему сказать. Только через день. Это был первый раз, когда я плакала».

Второй - на онлайн-встрече с нашим психологом.Каждую неделю мы можем болтать со всей командой о том, что мы видели и чувствовали на границе. Пока я разговаривал, одному из моих коллег пришлось выключить свет в комнате, из которой он подключался. Он плакал вместе со мной.

Врачей больше нет. Однако войск больше. И еще смертей [Кайя]

«Каждый день медики терпят неудачу, — говорит мне Кая Филачиньска, — но то, что мы увидим на границе, никто не ожидал».

Именно из почтового ящика Кая на имя главы МВД и администрации пришло письмо, в котором медики просят у министра Каминского разрешения на вход в зону действия чрезвычайного положения.Его подписали 21 врач, врачи, фельдшеры и медсестры, в том числе и Кайя.

Врач-эндокринолог, один из координаторов всей акции и соавтор письма. - Министр нам ответил через несколько дней - согласия не дает. Мы обратились за помощью к примасу Польши, не помогло. Но нас уже было сорок человек и мы решили, что едем на границу и ждем там одобрения. А пока у нас его нет, мы работаем вне зоны.

"Знаешь, почему тебя не пускают?" - Я спрашиваю.

"Я знаю, что они нам говорят.Например, то, что наше присутствие будет обузой для Пограничной службы, которая должна будет обеспечивать нашу безопасность во время выездов на действия. Но та же гвардия все равно сопровождает машины скорой помощи. Благодаря нам эти машины скорой помощи могли сосредоточиться на местных вызовах. Мы думали, что пойдем туда: помочь государству принять систему в условиях кризиса, разгрузить местные медицинские службы, дать правительству время укрепить там больницы.

Проходит еще месяц, а мы ничего об этом не слышим.Врачей там больше нет. Однако войск больше. И больше смертей.

Рис. Медицина на Границы

В списке заказов наборы для согревания новорожденных [Пациенты]

Вернувшись домой, на работу и в семью, они думают о больных в лесу.

Какое-то время они думают о тех, кого встретили. Про мальчика, укушенного собакой, про его спутницу с разбитой головой. О женщине на девятом месяце беременности и ее старшем сыне. Об одиноком мужчине, которого брели по зубровым следам, о двух других, которые сдались пограничникам искать свои семьи в белорусском лесу.

Пишу Оресту, если он знает о Фатиме. Он немедленно отвечает: «Нет, но я все еще думаю о ней. Что еще я могу для нее сделать?» Вместе проверяем, что с ней происходит. У меня хорошие новости - когда она пришла в сознание, она подписала доверенность, а это значит, что у нее есть адвокат, который будет ее представлять. Она попросила международной защиты. У Ореста новости похуже - в больнице она заболела воспалением легких, ее пришлось подключить к аппарату искусственной вентиляции легких, отказали почки.

Говорят, исцеление работает.Должен подождать. Родители Фатимы приехали в Польшу – они легально живут в Германии ежедневно. Они навещали ее в больнице каждый день.

Могу сообщить Миколаю Ласки замечательную новость - девочка на пятом месяце беременности и ее муж подали заявление на международную защиту. Они вышли из леса, они в безопасности.

Мацей Котарба думает о пяти мальчишках, которых они спасли от простуды. Он лично отвез их в больницу. На следующий день он узнал, что их оттуда забрали пограничники.Они уже были в Беларуси.

На следующий день после вмешательства медиков из леса вышла большая группа из шестнадцати детей. В сопровождении камер, депутатов и адвокатов они просили международной защиты. Сейчас они находятся в одном из закрытых центров для иностранцев.

У этой истории может быть счастливый конец, но с каждым днем ​​происходит все больше.

«Все хуже и хуже», — говорит Кая Филачиньска. «Вначале были дни, когда у нас не было вылетов. Я сам впервые дежурил на границе, разделяя лекарства и оборудование.Теперь мы все время выходим на акцию, по-прежнему можем делать это только за пределами зоны. Недавно мы заказали оборудование, и в списке есть наборы для согревания новорожденных. Месяц назад я бы и не поверил, что понадобится родораздатчик, теперь я готов на все.

В мире, в котором я жил до сих пор, существовали некоторые правила. Например, что вода, еда и медицинская помощь — это тот минимум, которого заслуживает каждый в стране Евросоюза в 21 веке. Оказалось, что это не так.А я на это не согласен».

Кризис не закончится за неделю. Мы остаемся здесь до 15 ноября. Потом мы передаем эстафету другой медицинской организации, часть наших людей уже записывается на дальнейшие смены. Все это мы делаем вне работы, за счет семьи, праздников и отдыха. Только не пациентов - я не отменил ни одного визита с начала кампании.

Рис. Медицина на Границии

Почему Польша не человечество? [Новости]

Помимо сообщений от желающих присоединиться к акции и вопросов журналистов, на электронную почту Медиков приходят и другие сообщения.Написано на ломаном английском, иногда на польском, автоматическим переводчиком по телефону:

"Пожалуйста, помогите мне. Мы не раз въезжали в Польшу, но нас возвращают на границу с Беларусью. Я знаю, что Европа — это человечество. Почему Польша не человечество?».

"Моя мама находится на польско-белорусской границе. Ей не давали ни еды, ни воды семь дней. Она была в Польше и просила убежища, но ей отказали».

"Мой брат уже месяц находится в Польше, и я ничего о нем не знаю, вы можете помочь мне найти его и успокоить?"

«Они умирают от холода, а мы не знаем ни английского, ни польского. Они не могут двигаться. Пожалуйста". До последнего сообщения, фотографии. Несколько, может быть, дюжина человек прижались друг к другу, кто-то закутался в спальные мешки, кто-то лежал на голой земле. Ребенок сидит между коленями одного из мужчин. Из-под огромной шапки виден только розовый сосок.

Я тоже получаю сообщение. В день моего возвращения с медбазы в Варшаву мне пишет друг:

"Послушайте, это звучит как мрачная шутка."

Я нажимаю на прикрепленную ссылку. Это аккаунт президента Анджея Дуды в Facebook и пост, который я несколько раз читал, сидя на замерзшей скамейке на вокзале: «Во время встречи с премьер-министром Матеушем Моравецким я выступил с инициативой отправить гуманитарный конвой к границе с Беларусью. . Вы должны помочь иммигрантам, бродящим по белорусской стороне границы».

* Имя одной из героинь изменено. Я намеренно не указываю национальность пациентов, описанных в отчете - она ​​не имеет значения при оценке и оказании медицинской помощи службами экстренной помощи.

В 2022 ...

... в эти безумные и жестокие времена (мы все думали, что года хуже 2020 с нами больше не случится) независимые СМИ, контролирующие политиков, играют очень важную роль. Они радар, взгляд гражданина на власть. В яблочко. На глаз. В ОКО.пресс мы возвращаемся к истокам журналистики - к правде. Мы предоставляем только фактическую, проверенную информацию. Ссылаемся на достоверные данные и авторитеты, проверяем заявления публичных лиц, опровергаем теории заговора и фейковые новости.

Мы видим, что такая журналистика нужна. Из года в год нам доверяет все больше и больше читателей, что свидетельствует о правильности нашего редакционного выбора. Мы предоставляем достоверную и проверенную информацию для всех бесплатно. Мы считаем, что каждый, независимо от кошелька, достоин такого контента.

ОКО.пресс не имеет состоятельных владельцев и инвесторов. Мы независимая неправительственная организация, поддерживаемая вашими добровольными пожертвованиями. Каждый жертвует столько, сколько может, чтобы все мы могли читать. Благодаря этой модели мы независимы от партийных договоренностей, рекламодателей или бизнеса. Это дает нам свободу выбора тем, проведения независимых расследований и разработки новых журналистских форм. Каждый из вас может помочь нам в этом.

Особенно сегодня, когда нас беспокоит то, что происходит за нашей восточной границей, а пропагандистские фейки мгновенно набирают популярность, поддержка независимых СМИ так важна. Вы – сила, способная изменить к лучшему польские СМИ. Каждая оплата на ОКО.пресс для нас является доказательством доверия и мотивацией для дальнейшей работы. Работа для вас - наши читатели. Без вас это невозможно.

Поддержите OKO.press - крупнейшее общественное СМИ в Польше.

СПАСИБО!
Дорота Бородай

Репортер, автор интервью, опубликованных, в частности, в журналах «Дужи Формат», «Письмо» и «Контакт», выпускница Польской школы репортажа «Высокие Обказы» работает над книгой-репортажем о защите Беловежской пущи в 2017 году.


.

Тайна смерти Джейкоба. Было ли это самоубийством? Отчет

Четыре года назад в лесу недалеко от Голуб-Добжиня было найдено тело 19-летнего Якуба Шиманды. Полиция и прокуратура решили, что это было самоубийство. Сегодня в этом деле возникают серьезные сомнения, и родители подростка хотят возобновить расследование гибели их единственного сына. Репортаж Роберта Сочи «Тайна смерти Якуба» в «Надзирательнице».

Согласно выводам корреспондента Роберта Сочи, полицейские, прибывшие на место обнаружения тела 19-летнего Якуба Шиманды, не производили никаких процессуальных действий.Никаких следов они не собирали, экспертизы и вскрытия не было. Никто не фотографировал. Сразу было решено, что это было самоубийство. Тело Якуба отвезли прямо в похоронное бюро, а потом на кладбище. Дело было закрыто через два дня. - Может быть, мы никогда не будем чувствовать себя хорошо. Оно всегда возвращается. Те, кто прошел через то, что пережили мы, наверняка поддержат меня в том, что это не проходит», — говорит мать Якуба, Мария Шиманда.

Он должен был отвезти друга домой

Якуб Шиманда был единственным ребенком. Он пошел в школу с компьютерным профилем.Он хотел изучать информатику. Музыка была его страстью. Иногда работал ди-джеем. Благодаря этому за несколько месяцев до смерти он купил свой первый автомобиль — подержанный Volkswagen Golf. В последний раз родители видели его днем ​​12 ноября 2014 года.

- Прибыл очень нервный. Я говорю: Куба, почему ты не был в школе? А папа, ты не знаешь, что происходит, отвечает Якуб, - вспоминает отец подростка, Лешек Шиманда. Он добавляет, что его друг Кароль был с сыном. Они уехали, потому что Якуб должен был забрать Кароль домой.Через три часа, около 18:00, родители попытались дозвониться до Якуба, но он не ответил. Они пошли в дом друга. Как вспоминает Лешек Шиманда, мать Кароля сказала, что мальчик только что вернулся и что он не знает, где находится Якуб. Семья Шиманд сообщила в полицию о пропаже сына. - На этой станции, когда мы вошли, стояли эти милиционеры, они как-то странно на нас смотрели, - говорит Мария. - Он ужасно расстроился (милиционер - прим. ред.). Он выкурил одну сигарету за другой и сказал, что Якуб умер, - говорит он.- Это было после нас. Я тут же встал со стула и потерял сознание. Жена тоже. Нас начали спасать. Позже я не знал, что происходит, — добавляет Лешек.

Никогда раньше не имели дела ни с полицией, ни с прокуратурой. Они никогда не были в суде. Цветы — их страсть, они уже много лет занимаются садоводством.

Никакой деятельности не проводили

Полиция и прокуратура решили, что это было самоубийство. Из материалов дела видно, что сотрудники милиции не производили никаких процессуальных действий.

- Технически ничего не сделано для повышения безопасности сайта. Они просто уехали оттуда как ни в чем не бывало, — говорит Лешек Шиманда. - Это было своего рода самоубийство, в котором я действительно не уверен сейчас. Как можно сделать так, чтобы, когда человек умирает, не было проведено никакого расследования? - он спросил. И он подозревает, что Джейкоб был «не один» в момент своей смерти. Согласно документам, тело Якуба было официально найдено после 21:00. Ранее к Каролю Й. Хлопаку приезжали полицейские. .Тело нашли трое коллег под руководством Кароля Дж. по телефону. Двое - Лукаш и Анджей - согласились на интервью с корреспондентом TVN "Супервайзер". Третий, Дамиан, находится за границей. - После работы я зашел в гости к Дамиану. Анджей все еще был там. (Кароль) сказала, что Шиманда умер, что он не вернулся домой из школы и что я пойду его искать. Я согласился, и мы пошли искать его в лесу в Гальчевке. Тем временем позвонил (Кароль) Дж. Он более или менее объяснил нам это место. Они вместе ходили туда.Мы пошли в это место, - вспоминает Лукаш Подлашевский. - Я заметил машину издалека. Я подошел к машине. В этой машине были ключи, и было включено только радио. Он не издавал ни звука, ничего. Было темно около 9 вечера поздней осенью. Я сел в машину, дал задний ход и повернул направо. Я видел, как висела Куба, - сообщает он. Они подошли. - Я подняла, а Дамиан расстегивал вверху, - вспоминает Подлашевский.

"Тайна смерти Якуба" - первая часть обсуждения Супервайзер ТВН

Кто-то очистил историю звонков

Прибыв на место, полицейские увидели тело, уже лежащее под деревом.Врач констатировал смерть. Офицеры не досматривали, следов не собирали, петлю никто не закреплял. Автомобиль Якуба - также без досмотра - был передан Каролю Дж., ключевому свидетелю, который последним видел Якуба живым. Телефон потерпевшего также никто не осматривал. Потом оказывается, что кто-то очистил историю звонков и смс с того дня.

Тело не подвергали вскрытию, а отправили сразу в похоронное бюро. Прокурора на месте не было, хотя он должен был быть.

"Я не верила, что он повесился"

Журналист "Надзиратель" связался с Данутой Ожеховской, которая уже много лет управляет похоронным бюро в Голуб-Добжине. Туда отправилось тело Джейкоба. Женщина лично позаботилась об организации похорон. Она помнила подробности, потому что знала Якуба с детства. Он был ее соседом. - Я не поверил, что он повесился, потому что вообще не было видно, что это повешенный человек. Обычно смерть наступила лежа, — говорит он.

Перечисляет характерные признаки повешения.

- Прежде всего борозда, руки сжаты и зажим челюсти (...). На Кубе ничего не было (…). Рот у него был открыт, глаза открыты, руки прямые и сфинктеры тоже напряжены, - отмечает он. На вопрос о следах на шее говорит: ареолы нет, она сдавлена ​​на уровне сонных артерий.

- Это было похоже на проволоку, что-то жесткое, потому что даже такой рисунок был смят. Это был изогнутый провод. Он полагает, что выпрямился и согнулся от силы.

"Тайна смерти Якуба" - вторая часть отчета Надзорный орган

Ярослав Косинский, районный прокурор в Голуб-Добжине, говорит, что тогда прокуратуру известили об этом деле.На вопрос, кто принял решение не выезжать на место обнаружения тела, отвечает: решение о том, что делать в данном случае, принял дежурный прокурор.

Он признает, что протокола осмотра нет, потому что, как он поясняет, то, что было обнаружено на месте происшествия, и то, что указывали заключения врачей, не оправдало подозрений в том, что эта смерть была преступной.

Через два дня после обнаружения тела полиция вынесла постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, и это решение было официально утверждено прокуратурой.Никто не слышал даже свидетеля, который указал место и последним видел Иакова живым, и свидетелей, обнаруживших тело.

Допросы состоялись только через несколько месяцев, по просьбе родителей Якуба.

- Пришли и прямо сказали: малолетке пиздец. Он накурился, он повесился. Вот как они себя вели – так Лукаш Подлашевский описывает поведение полицейских годы спустя.

- Считали дело ясным и закрытым в самом начале, когда приехали.Они ни о чем не спрашивали. Должен быть прокурор и так далее. Проверка следов. Поскольку он был таким молодым человеком, они должны были объяснить это во всех подробностях, - говорит Анджей Цебула, один из тех, кто нашел тело Якуба.

"Возможно, есть признаки умышленного действия"

Журналист "Надзиратель" попросил Мирослава Ружинского, офицера в отставке, ныне частного детектива, оценить работу полицейских. Он работал офицером по уголовным делам и почти десять лет возглавлял криминальный отдел Главного управления провинциальной полиции в Гданьске.

Расследование убийств, похищений с целью получения выкупа и грабежей с применением насилия.

- Основные действия не выполнены - оценивает Ружинский. - Где веревка, если это была подвеска? На каком основании полиция нашла - органолептически? - что деятельность третьих лиц не разглашается? - он спросил.

- Как определить, что в машине жертвы не обнаружено никаких следов? - это еще один вопрос от бывшего милиционера. Он указывает, что автомобиль был передан ключевому свидетелю.- Что стало с этой машиной после этого, мы не знаем. И именно поэтому я осмеливаюсь сказать, что это может быть не столько глупостью, сколько обдуманным действием, - говорит он.

"С этой машиной что-то делали"

Автомобиль Якуба, стоявший на месте обнаружения тела, так и не был осмотрен. Полицейские позволили ключевому свидетелю Каролю Дж., у которого в то время даже не было водительских прав, забрать их.

Оба подростка знают друг друга с детства. Они много времени проводили вместе.Они ходили в одну школу.

Машина несколько дней простояла во дворе Кароля Ю., после чего была передана родителям Якуба.

Удивило, что машину тщательно помыли. - Только что к нам приехала ароматная машина (...). Механики заявили, что машину разобрали и почистили так, будто следы были стерты, — утверждает Лешек Шиманда.

Машину Якуба с самого начала обслуживал один и тот же механик, он хорошо ее помнит. - Конечно, машина была не в том состоянии, в котором Джейкоб ее купил.Вы могли видеть элементы, которые были вытащены и разобраны. Что-то было сделано с этой машиной, говорит Гжегож Новаковски.

На вопрос, какие детали были заменены, он перечисляет: кожух КПП, пластиковые накладки на пороги, обшивки дверей.

"Мы делали то же, что и всегда: ехали и накачивались наркотиками"

Журналист "Супервайзера" связался со свидетелем, который на следующий день после обнаружения тела Якуба поехал туда с Каролем Дж.

- Мы поехали туда. Я сидел в машине, - говорит он.Он добавляет, что Кароль вышел из машины и через мгновение пришел с «узлом для связывания снопов», который, как описывает свидетель, был завязан в петлю и перерезан. - Одна вещь, которая заставляла всех удивляться, это то, что он знал, где искать, - вспоминает он.

Кароль Дж. в интервью журналисту "Superwizjer" утверждает, что отец Якуба "выгнал" сына из дома. - Он сказал, что им звонил директор школы, что у него есть "контракт" на подписание, на побеги и все такое. И мой отец (был) зол на него, что его снова нет в школе.Он выгнал его из дома, - рассказывает Кароль.

На вопрос, что он нашел в том месте, где было обнаружено тело Джейкоба, отвечает: удлинитель.

В день смерти Якуба, как он сам говорит, "мы делали то же, что и всегда: вели машину и принимали наркотики".

Как определили самоубийство?

Районный прокурор Ярослав Косинский утверждает, что «петля палача не является доказательством по делу», поскольку «самоубийство не является преступлением».

- Эта петля не заблокирована, потому что с самого начала было признано, что мы имеем дело с актом самоубийства, - подчеркивает он.

В ответ на предложение репортера провести проверку на предмет самоубийства для установления факта самоубийства Косинский поясняет, что дежурный прокурор постановил, что это было самоубийство, «на основании того, что он слышал от находившихся там офицеров, которые видели это место». . Прокурор также принял решение «на основании того, что он узнал от врача, констатировавшего его смерть».

Приехавший врач увидел тело, лежащее на траве. Он констатировал смерть и заполнил информационный лист.Других медицинских документов или медицинских заключений в файлах нет. Врач написал, что вероятной причиной смерти стало «самоубийство через повешение».

Документ выдан в 21.45. Родители утверждают, что они появились в отделении милиции намного раньше и полиция уже тогда знала, что их сын погиб.

Полицейские отказались от интервью перед камерой. Журналист «Ревизора» прислал вопросы по электронной почте. После 19 дней ожидания ответа его отправили обратно в прокуратуру.

"Тайна смерти Якуба" - вторая часть обсуждения TVN Superwizjer

Автор: js // rzw / Источник: tvn24

Источник основного фото: TVN

Supervisor.90 000 "Мы умрем, пожалуйста, сделайте что-нибудь!" Пограничник и ночной транспорт в лес
Около часа ночи зазвонил телефон, и я рассеянно шлепнул по нему, думая, что это сон. Через некоторое время снова гудит. СМС от Хамида: «Дорота, нас отправили обратно!». И следующий: «Мы умрем. Мы в лесу, пожалуйста, сделайте что-нибудь!» Забрали ночью из штаба погранвойск, через какое-то время высадили в лесу и увезли.

фото: личный архив

История 3 дня назад.

"Есть люди", сказала Ала.Мы должны были выйти из Беловежской пущи через несколько часов, в ней мы и провели последние дни с довольно большой командой. Прогулки, костры, грибы, поздние летние штучки.

Ал и Малго отправились на последнюю прогулку через луг к опушке леса, где стоят большие деревянные трубы. Они мегафоны. В них сидишь и слушаешь звуки леса. Они укрылись там. «Три человека», — добавила она.

Она быстро упаковала еду и одеяло. Через 10 минут мы были на месте. По дороге встретили пожилую пару, которая снимала квартиру неподалёку - тоже их увидели, принесли воды, одеяло и бутерброды.

Хамид лучше всех говорил по-английски. Мы спросили, нужен ли им врач, откуда они. Афганистан, сказали, из каких провинций и с каких пор они в пути. Я зафиксировал это - они представляются и просят Польшу о международной защите в связи с ситуацией, в которой они оказались.

Собрал их доверенности на адвоката, сфотографировал, чтобы были доказательства того, что господа находятся в Польше, позвонил в пограничную службу. Я записал, как в их присутствии люди, которых мы снова встречаем, просят Польшу предоставить им международную защиту.Потом было долгое ожидание - кто-то из офицеров записывал наши данные в машине, звонил начальству, делал пометки, звонил. Шел дождь.

Офицеры были спокойны. Я хочу подчеркнуть это, даже в контексте того, что будет дальше. Я разговаривал с одним из них, сюрреалистично - он с огромным котлом, оглянулся на ваших господ за спиной - "И вы им эти банки привезли?" Господин сосед покраснел под маской - "Да вы знаете - польское гостеприимство". Пиво, конечно, ребята даже не пошевелили, барин забрал обратно.

Наконец офицеры кивнули мальчикам. Хамид и его спутники упаковывались спокойно, тюбик уносили за собой венчиком, висящим на крючке. Я попросил охранников сказать, куда их везут, а потом, в последний момент, обменялся телефонами с Хамидом. Это тоже будет важно в этой истории.

Тем временем я получил сообщение - к нам едут Тадеуш Колодзей, адвокат Фонда Спасения, представитель задержанных, и Александра Хшановская из Ассоциации Правовых Вмешательств.Они были в Уснарзе, более чем в 60 км от нас. «Не успеют», — подумал я и стал смотреть на машину пограничников. А потом я прыгнула в машину, в которой остановился мой муж, все время собирая наши вещи и детей.

"Мы преследуем их!" Это было сюрреалистично, мы катились за машиной охраны, Ал и Малго за нами, как в каком-то паршивом шпионском фильме. Мне было сложно объяснить детям, что происходит. Перемешали все "Этот человек в форме, с винтовкой, сбежавший с войны?".О нет, сынок, не совсем так.

Раньше у меня все это было в голове. Мы сидели в этом отпуске неделю, на границе становилось все жарче. Наконец, я написал своему другу из Спасения: «Кася, а когда ты встречаешь таких людей, что тебе делать?» Да ГИПОТЕТИЧНО.

Я никогда раньше не был в такой ситуации. У меня есть только это. К счастью, за годы работы, сначала в НКО, а потом журналистом, у меня в телефоне и в голове очень много людей, которые занимаются самыми разными сферами.Среди прочего - юридическая помощь вынужденным переселенцам. Вот как я узнал, что я должен делать и о чем я должен заботиться.

В штабе Погранвойск в Наревке, облегчение - машина охраны свернула в ворота, чтобы не стемнело. Через двадцать минут к нам присоединились Тадеуш Колодзей и Александра Хшановска. Я сдал все документы и информацию, мы дали «пять», они пошли в пограничную службу требовать встречи с людьми (мы не справились), мы поехали домой.

Около часа ночи зазвонил телефон, я рассеянно шлепнул его, думая, что это сон.Через некоторое время снова гудит. СМС от Хамида: «Дорота, нас отправили обратно!». И следующий: «Мы умрем. Мы в лесу, пожалуйста, сделайте что-нибудь!» Забрали ночью из штаба погранвойск, через какое-то время высадили в лесу и увезли.

Пишу и звоню Оле и Тадеушу, они, должно быть, спят, уже несколько дней лажают на границе, должно быть, вымотались. Хамид пишет, что адвокат не пришел. Я объясняю, что его не пустили. Я пытаюсь его успокоить, пожалуйста, постарайтесь найти безопасное место на ночь. Что за совет - сейчас середина ночи и середина леса дядя знает где.

Я не сплю до 3:00, встаю в 6:00. Сообщение от Олы спрашивает, знаю ли я их местонахождение. Хамид: Мы недалеко от Беловежского национального парка. Доброе утро, Дорота!». Пуговица это доказывает. Их расстреляли в строгой резервации, где-то недалеко от границы. Дикий кусок леса. Но они все еще в Польше!

Иногда ловят дальность, посылают булавку. Тадеуш Колодзей из Фонда спасения, их полномочный представитель и Франек Стерчевски спешат из Уснаржа, я также сообщаю Марии, подруге, которая случайно оказалась в этом районе, к акции присоединяются Джоанна Павлускевич и ее лесная команда - они ждут Тадека и Франка. .

До 9:00 Хамид пишет: «Вот животные! Мы должны выбраться из этого леса, он так опасен!». Думаю, они видят бизонов. Я прошу их спокойно отойти от них, но не терять радиус действия. Куда они идут, там болота, заводи, им приходится быть осторожными.

Наконец-то они навсегда теряют прикрытие. Время от времени пишу "Ты в порядке?". Пропущенное сообщение.

После 15 часов укладываю сына вздремнуть, у него жар, теплое тело усыпляет. После 16:00 я встаю и смотрю на свой телефон.Сообщение 20-минутной давности от Хамида: «Здравствуйте, дорогая Дорота! Я в порядке! " И канцелярская кнопка. Господи, они так близко к команде на месте! Пишу им, через минуту смс: "Едем туда!".

Пишу Хамиду - "Стой там!".

Снова вне диапазона.

Я смотрю на экран двадцать минут. Я не моргаю.

17:00. Франек Стерчевски: «Они у нас есть!!».

Потом я узнал, что к трем мальчикам, которых я встретил, присоединились еще несколько человек. Младшему еще нет 18 лет, он в худшем состоянии, долго бродил по лесу, его забрала скорая помощь.На месте давно работают активисты - кормят супом, записывают сюжеты, успокаивают.

После вызова пограничников Тадеуш и Франек следуют за ними. С утра следующего дня они продолжают действовать – пытаются встретиться с задержанными. Подробностей здесь я уже не знаю - думаю, что они проваливаются, но, кажется, туда пускают кого-то из Офиса Защитника прав человека.

С тех пор, как я их нашел, у меня нет контакта с Хамидом - я не пишу, потому что не хочу смущать его, который сейчас занимается их соответствующими процедурами.Процедуры - не ночная перевозка в дикий лес и толкание прикладами.

Когда я пишу это, я думаю о группе, арестованной под Юровлянами в ночь на субботу/воскресенье, за несколько часов до нашей операции. Там был младенец, была девочка ровесница моей дочери - на фото у нее взлохмаченные волосы и уставшие глаза, были мальчишки, старушка. До сих пор неизвестно, что случилось с этими людьми. Машины СГ развезли их в разные стороны. Они заблокировали доступ для адвоката. Были люди, но не более того.

Пока я это пишу, в Польше в приграничной зоне вводят чрезвычайное положение. Это ограничит, если не полностью заблокирует, возможности правовой поддержки и кризисных вмешательств со стороны НПО. Напуганные жители приграничных городов, возбужденные средствами массовой информации, могут еще иногда дать воду найденным, а может, просто позвонить в пограничную службу и показать пальцем: «Вот!» Охранники отвезут этих людей к границе и оставят в лесу.Толкать прикладами, ткнуть пальцем в сторону Белоруссии: "Вот!"

солдата Лукашенко будут стоять в Беларуси. Возможно, те самые, что сопровождали беглецов. Есть записи, фото, ни у кого в здравом уме нет сомнений, как это все работает. Они покажут пальцем в сторону границы.

.90,000 Мы обязаны помочь беженцам

На Подлясье выпал снег, и температура значительно ниже нуля. В лесу пожары. Их видно с дороги. Солдаты греются рядом с ними. В масках, с винтовками на плечах. Местные жители говорят, что патрулей стало больше. Мундиры идут в лес, как на охоте на охоте. Они ищут людей.

Доктор Арсалан Аззаддин только что выписал своих пациентов из больницы в Бельске-Подляски - сирийца и молодую курдскую пару.Пограничники отвезли их на свой пост. Они прибыли при содействии СМИ и активистов, которые хотят быть уверены, что беженцев не вывезут обратно к границе.

В Бохониках курд с пятью детьми стоит над могилой будущего ребенка. В больнице в Хайнувке врачи борются за жизнь его жены.

38-летнюю курдскую женщину нашли в лесу активисты на 24-й неделе беременности. Она была переохлаждена — температура тела была чуть больше 27 градусов. Беременность умерла на 20 дней раньше.Это вызвало инфекцию. Врачи госпитализировали ее в больницу в критическом состоянии..

Авин умер 3 декабря. Ее сына должны были назвать Галикари.

До и после провода

Доктор Арсалан Аззаддин, заместитель директора по лечению больницы в Бельске-Подляском, тоже курд. Он живет в Польше уже 40 лет.

- Я счастлив и несчастлив, что могу говорить на языке пациентов, пришедших ко мне в последнее время. И именно поэтому я могу рассказать много историй, которые мы, вероятно, не знали бы.В польских больницах курдский никто не знает. Когда я начинаю разговаривать со своими пациентами, я вижу облегчение на их лицах.

Все просят об одном: «Лишь бы я туда не возвращался», — продолжает доктор Аззаддин. Потому что они делят мир на тот, что перед пограничным проводом, и тот, что за ним.

Большинство больных прибывают из Ирака и Сирии. Говорят, что визы в Беларусь покупали в турагентствах. За билет и визу заплатили около 5000 долларов.Еще 8000 долларов должны были быть зачислены на счет конторы после прибытия в пункт назначения, чаще всего в Германию. Для большой семьи такая поездка стоит десятки тысяч долларов. Вот почему некоторые люди закладывают дома. Когда семья уезжает на Запад, имущество нотариально заверяется и передается лицу, финансировавшему поездку.

- Они не знали, что с ними здесь будет, потому что не стали бы рисковать жизнями своих детей. И часто это даже годовалые малыши. Эти люди неделями сидят без крова в лесу.Они испытывают ужас. Потому что это было культурно только в начале, когда после приземления пошли в отель. Позже их, как животных, запихнули в грузовики, и с того момента, как они приземлились в лесу, началась драма, о которой трудно и слышать. Говорят, месяц почти не ели. Они не пили ничего, кроме грязной зеленоватой воды, дождевой воды. Потому что за бутылку воды белорусы должны платить 100 евро.

Не все могут вернуться в Минск и дальше домой.

- Сегодня принимал семейную пару.Они сказали, что хотят вернуться. Они заплатили кому-то 700 долларов, чтобы отвезти их в аэропорт. Он сделал, но обратно к польской границе. Там их избили белорусы. У нее есть следы на голове, шее и позвоночнике. Она была без сознания больше часа. Он кричал, что умер, но никто не обращал внимания.

Арсалан Аззаддин, врач, работающий с беженцами. Фото Агнешка Садовска / Agencja Wyborcza.pl 9000 3

Одна курдская женщина сообщила, что рядом с ней в течение трех дней умирала женщина с ребенком.Никто не отреагировал. Люди говорят, что в лесу много трупов. Их тела уже растерзаны животными.

У меня был мальчик в больнице, который шел со своими друзьями. Белорусы пускают на них своих собак. Они разошлись. Этот мальчик упал в болото, и его друг не смог его вытащить. Она сказала ему не ждать. Ведь он все равно умрет. Так тот пошел. И он медленно пополз и как-то вытащил себя из этого болота. Пограничники нашли его на дороге.

Молодой спортсмен рассказал, что белорусы забрали с собой все, что у него было, а когда увидели польские денежные знаки, сунули их ему в рот и приказали есть.Они приставили штык к его горлу и ждали, пока он проглотит.

Мне тяжело слушать, смотреть на эти страдания детей и женщин. Все плачут. Матери говорят, что им нечем кормить. Одна рассказала, что попросила у белорусского солдата воды, чтобы приготовить ребенку молоко. Он взял молоко, разлил его по земле и растоптал.

Когда мужчина на дежурстве, он не может заснуть. Он думает об этом и спрашивает: почему так?

Я поклялся сделать это

В больницах беженцев меньше, чем было.По словам активистов, пограничники перестали возить их напрямую в больницы. Сначала она отвозит их в полицейский участок и там сама «оценивает» их здоровье.

- Я не знаю, где они. Пограничных переходов так много или они где-то на белорусской стороне? А может их быстро ловят польские пограничники? - недоумевает Люцина Марчиняк. Он единственный врач в Беловеже. Он родом из Познани и с 2017 года руководит муниципальным центром здоровья. Как семейный врач, он знает большинство жителей.У многих есть ее номер телефона.

- Для нас лес как задний двор, - говорит он. - Мы гуляем с собаками в лесу, многие жители Беловежи работают в лесу. И вдруг в этом лесу мы встречаем людей — испуганных, холодных, голодных, обезвоженных. Которым просто нужна помощь. Сначала мы думали, что если мы окажем им первую помощь и вызовем пограничников, они продолжат заботиться о них и начнут процедуру предоставления убежища. Но быстро выяснилось, что самой распространенной процедурой было отвезти его обратно на границу.Это было трудно принять с человеческой точки зрения. Так что надо было быть быстрее пограничников. Поите, кормите, переодевайте и обращайтесь за помощью в специализированные организации. Кроме того, выяснилось, что многие люди нуждаются в медицинской помощи. Потом мне начали звонить жители и спрашивать: «Люцина, ты поможешь?» Я не могу сказать, что не помогу, потому что меня к этому обязывает даже профессиональная клятва.

Впервые в сентябре позвонили и сказали, что на въезде в Беловежу находится группа мальчиков, которым нужна помощь.Это была ее первая встреча с беженцами. Она могла видеть их с расстояния в несколько метров, потому что пограничники не подпускали их к себе. - Они сидели неподвижно. Они были истощены. Их лица были вялыми, а глаза запавшими — это типично для людей, которые не едят и не пьют. Я чувствовал ярость и беспомощность. Я ничего не мог сделать.

В другой раз кто-то позвонил и сказал: "В лесу мужчина, он не может идти дальше". Она как раз отдыхала от приема пациентов. Она пошла в лес. "И действительно", - говорит Люцина Марчиняк.- Было двое молодых людей. Они путешествовали вместе. Одному потребовалась госпитализация. Вот мы и решили - везем его в больницу. И эти два молодых человека прощались с нами. Вероятно, не зная, увидятся ли они когда-нибудь снова. И никто из нас не выдержал. Все отвернулись. Потому что они прижались друг к другу и мы услышали даже не плач, а только вой, голос откуда-то из глубины души. Я ношу этот образ и звук внутри себя. Это было невероятно. На следующий день я посетил его в больнице.Я не думаю, что кто-то когда-либо был так рад меня видеть, как он. И тут ты думаешь: ты должен продолжать это делать.

Списки: - Шестеро детей попали в детский дом в Беловеже после одной из ночных интервенций. Нам удалось найти для них место благодаря привлечению юристов и судей по семейным делам. Их мать попала в больницу с серьезной хирургической травмой. Это все, что я знал, когда меня призвали к ним. Я должен был изучить их. Старшая девочка очень хорошо говорила по-английски.Я пообещал, что вернусь к их матери и скажу, что они в безопасности. Я нашел ее. Она не знала английского, поэтому я нарисовал сердечко и шестерых ее детей. Я не могу описать ее эмоции в тот момент, когда она поняла, что я хотел ей сказать. Даже пограничник, охранявший ее, был тронут.

- Однажды я получил информацию, - продолжает доктор Марциняк, - о женщине, страдающей диабетом. Она была завернута в пять спальных мешков. Она была настолько переохлаждена и обезвожена, что я не мог выдавить из ее пальца ни капли крови, чтобы измерить сахар.Мои руки дрожали от холода и нервозности. Я поменял счетчик. Но в этих пальцах ничего не было. Совершенно ничего. Она была настолько слаба и обезвожена, что ее пришлось вытащить из этого леса. Мы несли ее пять человек. Была ночь. Мы не могли светить, чтобы не привлекать чье-либо внимание. То и дело кто-нибудь спотыкался или галоша застревала в грязи. Я думаю, что мало кто понимает, что лес – это не обычный лес. Это первобытный лес с большим количеством сухостоя и извилин. Поднять человека из местности, где иногда приходится пересекать болото, через воду, доходящую до бедер, крайне сложно.В ситуации, когда температура падает до нуля, это экстремальный опыт. Я не знаю, откуда у этих людей, которых там целые семьи, силы вынести это. В них есть решимость, но и большой страх перед больницей. Потому что много раз семьи были разделены. Они боятся, что никогда больше не увидят друг друга. Иногда трудно объяснить, что другого выхода нет. Между тем, это шанс для них. Потому что пребывание в больнице помогает завершить процедуру предоставления убежища. Попав в больницу, они также становятся пациентами по имени.Это уже не безымянный мужчина, упакованный в грузовик и увезенный обратно на границу. Они начинают существовать. В некотором смысле госпитализация спасла много жизней или открыла путь к лучшей жизни. Но мы не следим за их судьбой. У нас нет возможностей.

Люцина Марчиняк, врач, работающая с беженцами. Фото Агнешка Садовска / Agencja Wyborcza.pl 9000 3

65-летнего езида спасли активисты. Ее называют «наша бабушка». Группа оставила ее в болоте, потому что дальше она идти не могла.Его жители помогли.

- Кто-то вытащил ее из этого болота, - говорит Люцина Марчиняк. - Кого-то вывели на дорогу. Кто-то дал приют на время. Она не понимала, что происходит. У нее был сын в Германии и ей казалось, что когда она доберется до этих лесов, ее сын сядет в машину и вскоре она поедет с ним в Германию. Ей сказали, что она должна остаться в Польше и просить убежища здесь. И начались процедуры. Группа Granica была проинформирована о ее присутствии, и они позаботились о формальностях.Когда документы были готовы, бабушку пришлось передать пограничникам. Насколько нам известно, она пробыла на посту погранвойск около двух недель. Дальше тропа оборвалась, но мы надеемся на счастливый конец.

- Жители Беловежи? Мои пациенты? Они меня очень поддерживают. Я получаю только положительные отзывы. Однако, как группе активистов, нам не хватает более широкого признания и согласия с тем, что мы делаем, – говорит Люцина Марчиняк. - Потому что вокруг нашей деятельности создается атмосфера, будто оказание помощи - это преступление.Как будто мы занимаемся чем-то, что является предательством Родины. Или что-то против силовых структур. Нет. Это не против кого-то, это просто акция для людей, которые нуждаются в помощи. В лесах мы встречаем самых слабых, хуже всех справляющихся и обманутых. Конечно, можно сказать, что это был их выбор, но зачастую это драматический выбор. Никто не уезжает из дома и страны с тремя-четырьмя детьми, если там нет драмы.

Эти ребята, которые так драматично попрощались, оставили свои семьи в Сирии и отправились в мир в поисках лучшей жизни.И даже если мы предположим, что они здесь потому, что приняли плохое, глупое решение, мы не имеем права об этом судить. Ведь каждый из нас когда-то принял неправильное или глупое решение, а потому нельзя ни у кого отнять право на жизнь.

Всегда нужно надеяться

Паулина Боуник работает в отделении внутренних болезней больницы в Бельске-Подляски вместе с доктором Аззаддином. На вопрос, с какими медицинскими случаями ему приходится иметь дело в лесу, он перечисляет: - Травмы конечностей, кровоподтеки, отеки, растяжения связок голеностопного сустава, переломы, размозжение костей черепно-лицевой кости, побои, COVID, также был человек с перелом позвоночника, частые выкидыши, крайние случаи обезвоживания и недоедания.У большинства людей, которым мы даем еду и питье, возникает рвотный рефлекс. И все больше и больше переохлаждений. Даже глубокое. В результате у беременных возникает некроз плода.

Есть люди без обуви, потому что их забрали пограничники. Пройдя босиком около десятка километров, у них появляются сочащиеся раны и некроз. Поэтому группам помощи нужна одежда и обувь для них.

Паулина Боуник с самого начала поддерживала волонтеров группы Granica. В августе она пыталась связаться с группой афганцев, задержанных на границе в Уснарз-Гурни.- Люди, которых мы встречаем, напуганы до смерти. Они боятся очередной депортации. Они просят о помощи на месте. Например, если это открытый перелом, я объясняю, что я не ортопед и что без профессиональной помощи они могут остаться инвалидами на всю оставшуюся жизнь. Но на скорую соглашаются только тогда, когда кто-то действительно умирает. Вот почему я обучаюсь в ортопедии.

«Несколько дней назад мы нашли в лесу группу из пяти мужчин и женщины, — продолжает он. - Нам удалось найти их после нескольких часов поисков.Было много патрулей, и нас несколько раз останавливали. Мы видели военных и даже железнодорожников. Двое мужчин были переохлаждены. К счастью, после нагревания и дачи жидкости им удалось вернуться к какой-то форме. У женщины, с другой стороны, было вывихнуто плечо, и я не уверен, что у нее был перелом плечевой кости. Она была совершенно не готова к лесным условиям: очень ухоженная, в тулупе, такая девушка с бликами и длинными ногтями. И она умоляла меня о двух вещах - вправить ей плечо и отвезти на денек домой.Она хотела помыться. Но все, что я мог сделать, это опустить плечо, и я сделал это в меру своих знаний. Я думал о ней еще несколько дней. Она была потрясена. Совершенно не готова к тому, что она здесь переживает. Как христианка, преследуемая в своей стране, она не могла понять, что в Польше, стране христианской, она не может рассчитывать на помощь. Он не может пойти в церковь, где найдет убежище. Где помыть и переодеться.

— Боюсь, что ничем не смогу помочь, — признается Паулина Боуник.- Потому что другое дело ставить канюлю в больнице, а другое дело в 12 часов ночи после 17-часового хождения по лесу. Я боюсь, потому что я не специалист по вывихам плеч или выкидышам.

Паулина Боуник, врач, работающая с беженцами. Фото Агнешка Садовска / Agencja Wyborcza.pl 9000 3

А ведь именно она обследовала 29-летнюю конголезку, у которой после вмешательства пограничников случился выкидыш. Люди, с которыми ей рассказали, что польские офицеры схватили ее за руки и за ноги и перебросили через пограничную проволоку.

- В этой истории меня очень тронула реакция в интернете. Люди смеялись над этим. Писали, на что она напирала и прочие ужасные вещи. И я был с ней. Я осматривал ее. Беременный живот все еще был виден. Она сказала, что на третьем месяце. Мне кажется, это была гораздо более поздняя беременность, но в лесных условиях, без возможности сделать УЗИ оценить сложно. Она была очень истощена и, по моему мнению, у нее была тяжелая депрессивная реакция. Я знаю, что она бродила по лесу больше месяца.На одном из толчков она и ее муж были разлучены. Часто бывает, что пограничники по обе стороны границы разлучают семьи. Таким образом, у беженцев меньше шансов выжить. Но она была сильной. Я дал ей болеутоляющие и антикровоостанавливающие препараты, она встала и пошла.

Группа, с которой она ехала, была потрясающей. Когда мы их нашли, один из беженцев, который лучше всех говорил по-английски, взял мой телефон, поставил песню с YouTube и начал петь песню о свободе.Он рассказал нам, как он уехал из Конго и как он путешествовал на Запад в течение девяти лет. Потому что у него есть мечта о месте, где он будет жить в безопасности. Чтобы выполнить их, она в течение девяти лет нищенствовала, работала, путешествовала автостопом, автобусом, как могла. И мы сделали это. Добравшись до Запада, они прислали нам красивое и длинное спасибо, а этот человек, находившийся в пути девять лет, написал: «Помните, вы никогда не должны сдаваться. Всегда нужно надеяться."

Я помню все лица

Ранним утром зазвонил телефон.Она сказала: «Я как раз заканчиваю свою смену, буду сразу после тебя. Я хочу выбраться из этого ада как можно скорее."

- То, что происходит в больнице, психологически очень напряжно, - говорит врач, пожелавший остаться неизвестным. - Как говорят о сотне беженцев на границе, это анонимная группа. И я помню все эти лица. Все. И я помню их истории. Они приходят к нам испуганные, уставшие и не хотят говорить. Мы даем им свои личные телефоны, чтобы они могли связаться со своими родственниками, иногда нанимаем переводчика.Позже они обретают уверенность. Они рассказывают истории, показывают картинки. Они говорят: «Здесь был наш дом, а этого дома больше нет. Перспективы трудоустройства - нет. Обучение для детей - №

Сейчас к нам обратился 18-летний парень с простреленным бедром. Это рана из Ирака. Его мать была убита во время демонстрации, а отец остался в деревне. А он говорит: «У меня там нет перспективы. И я хочу учиться. Я хочу нормально жить..."

Нам попалась джезида, которую когда-то изнасиловали боевики ИГИЛ. Все было зашито.Это была гинекологическая драма.

Мальчик из Йемена сказал, что друг умер у него на руках. Он хотел остаться с ним, но белорусы избили его и приказали идти дальше. Он все время повторял: «Он умер у меня на руках, он умер у меня на руках». У него было депрессивное расстройство.

Люди все больше говорят о том, как погибли их близкие. Или что пограничники разделили семьи и не знают, что с ними происходит. Говорят, их толкают силой. Они часто бьют себя по ногам. У меня был пациент, которого бросили через колючую проволоку.Они просто бросали ее за руки и за ноги.

Всем холодно, поджелудочная железа раздражена - от голода и от питья грязной воды. Они катастрофически обезвожены. Но хуже всего их психическое состояние. Они не ждут добрых жестов. Они благодарят вас за все. Для каждого человеческого рефлекса.

Они только спрашивают: Почему с нами не обращаются как с людьми? Ведь мы хотим только безопасной, лучшей жизни. Почему мы не можем подать прошение о предоставлении убежища в обычном порядке?

Я тоже не понимаю, почему мы не относимся к людям как к людям.Я вообще не выношу: помогаешь кому-то, ставишь на ноги, а потом не знаешь, что с ними будет. Именно охрана решает, пойдут ли они на границу или в центр.

У меня был мужчина 44 лет с хроническими заболеваниями. И есть большая вероятность, что его увезли обратно на границу, и с моей точки зрения - как врача - он был в таком состоянии, что его не следовало туда везти. Потому что он может не пережить этого.

Женщина 36-ти лет выписана из больницы с пневмонией, на фоне антибиотика, и рекомендовано амбулаторное наблюдение.И в тот же день ее доставили на границу. Я знаю, потому что он пришел к нам во второй раз. А во второй раз это была человеческая авария. Муж приехал к ней из Германии. Но она ни с кем не говорила. Она лежала, уставившись в одну точку на стене. Я не знаю, что с ней было дальше. Надеюсь, она в безопасности. Муж последовал за машиной пограничников, которые забрали ее из больницы после выписки. Я не думаю, что он позволил ей причинить какой-либо вред.

У меня был пациент, которого я даже не обнял в конце.Потому что это было выше моих сил. Я знал, что она не пойдет ни в какой центр. Мне было так тяжело, что мне пришлось уйти. Не оглядывайся, просто уходи.

Безнадежность хуже всего. Ведь помогать и лечить - моя профессия. И я знаю, что у человека, которому я только что помог, нет шансов. И это пугает меня. Потому что нас постоянно спрашивают: «Только не Беларусь. Но не Беларусь». И эта просьба. Этот крик. Это складывание рук: «Не берите нас в Беларусь»… Это бойня.

Девушка в красной куртке

В опубликованном 1 декабря отчете группы «Граница» показано, что в результате массовых облав беженцы, даже в очень плохом состоянии здоровья, отказываются вызывать скорую помощь, опасаются, что их увезут из больницы на границу или разлучат семьи.

Активисты говорят, что к отрядам, патрулирующим леса, присоединились националистические группы, и избиений становится все больше. По сообщениям беженцев, их телефоны уничтожаются польскими службами. А без них они не могут вызвать помощь. И я не могу найти дорогу в темном лесу.

С 7 декабря волонтеры ищут четырехлетнюю девочку, которую ночью разлучат с родителями на 11-градусном морозе. Родителей увезли на границу. У пограничников сломались телефоны, поэтому они не могли даже прислать фотографии девушки.Известно, что он одет в красную куртку.

***

Подпишитесь на обзор событий. Каждое утро и вечер 90 129

.90 000 Тед Банди: обычный американский мальчик 90 001

30 декабря 1977 года серийный убийца Тед Банди совершил побег из тюрьмы в Колорадо с последующими убийствами и изнасилованиями. В годовщину этого события вспоминаем текст от октября.

Он был красив, но незаметен. Стоило ему надеть усы, и он становился совершенно другим человеком. Полиция назвала его человеком-хамелеоном. Когда СМИ обнародовали мемориальный портрет виновника похищения молодых женщин, коллеги посмеялись над Тедом и пошутили, что он похож на серийного убийцу.

Число погибших Банди неизвестно. Официально он признался в убийстве 30 женщин, но их могло быть в несколько раз больше. Он был типичным психопатом — за долю секунды мог превратиться из нуждающегося в помощи студента в безудержного зверя. Он убивал жестоко и действовал по шаблону. Обычно он использовал лом или душил женщин, которые чем-то были похожи. Он нападал только на молодых и привлекательных, с длинными темными волосами, разделенными пробором. Он заманил их в машину, оглушил там и вывез за город.Самый длинный путь с пострадавшим составил 400 км. После изнасилования и убийства он выбросил бы тело в уединенное место и какое-то время "пользовался" им, если бы у него была возможность. На допросах он признался, что отрубил ножовкой головы как минимум двенадцати женщинам и хранил их некоторое время находился в своей квартире. Одну из них он сжег в камине своей подруги. У некоторых черепов были сломаны передние зубы. Он собирал памятные вещи жертв - фотографии и предметы одежды. Схематичное поведение Теда Банди заставило полицию использовать термин " серийный убийца» впервые.

Почти обычная история

Он родился 24 ноября 1946 года в доме для матерей-одиночек в Берлингтоне, штат Вермонт, как Теодор Коуэлл. Его мать утверждала, что его отцом был ветеран войны Джек Уортингтон. Однако предполагалось, что Тед был плодом кровосмесительных отношений Элеоноры с его собственным отцом. Факт рождения внебрачного ребенка было решено скрыть. Родители матери усыновили мальчика. В 1950 году мать-сестра Теда отвезла его на западное побережье в Такому, штат Вашингтон.Она решила жить у родственников и по непонятному порыву сменила имя ребенка на Нельсон. Через год она вышла замуж за военного повара Джона Банди. Спустя годы Тед вспоминал, что вырос в заботливой христианской семье. Новые отношения матери казались очень успешными. Джон пытался завоевать любовь мальчика. Он уделял ему много времени, брал его в поездки, походы. Однако Тед никогда не доверял ему и не любил его в ответ. Единственным мужчиной, которого мальчик любил и уважал, был его дедушка в Пенсильвании.Даже имея в мире четверых братьев и сестер Теда, он все еще считал себя братом своей матери.

Психопатические расстройства проявляются у будущих убийц довольно рано, хотя они не всегда сразу склонны к причинению смерти или боли. Нередко в школьный период начинаются проблемы с учебой, склонность к правонарушениям, мелким кражам, поджогам. В детстве психопаты, как правило, застенчивы, замкнуты и имеют проблемы с заведением друзей. То же самое было и с Тедом.Сначала он хорошо учился, был активным членом методистской церкви и был убежденным скаутом, но друзей у него не было. В подростковом возрасте начал воровать, хотя дома ни в чем не нуждался. Он увлекался лыжным спортом, поэтому в основном воровал спортивный инвентарь. Будучи несовершеннолетним, ему это сошло с рук.

Большинство подростков в какой-то момент проявляют более сильный интерес к проблеме смерти. Отсюда иногда возникает странное увлечение учебниками судебной медицины. Эти увлечения обычно недолговечны, но только не для Теда.Он проводил время в библиотеках и искал публикации с фотографиями жертв изнасилования. Тогда на это никто не обратил внимания. «В 12 лет я наткнулся на мягкую порнографию, так называемое мягкое порно, в продуктовом магазине или на заправке», — сказал он позже в интервью. - Мальчишками мы с друзьями бродили по закоулкам квартала. Люди часто выбрасывают вещи в мусор. Мы наткнулись на порнографические книги более крупного калибра, более живописные и буквальные, чем те, что продаются в магазинах.Мой опыт связывания порнографии с насилием заключается в том, что, как только вы пристрастились к ней, вы ищете материал, который становится все более и более выразительным и осязаемым. Как и в случае с любой зависимостью, вам все еще нужно что-то более сильное, больше волнения, пока вы не дойдете до конечной точки и не начнете удивляться, что вы больше ничего не испытаете таким образом, поэтому с этим нужно что-то делать». но еще нет.

В колледже Тед влюбился в красивую и очень уверенную в себе девушку - Стефани Брукс.Их объединяла страсть к лыжам. У нее были длинные темные волосы, разделенные пробором. Тед нашел свое счастье - первая и, наверное, единственная любовь в его жизни, первый секс. Он изучал психологию, втянулся в студенческую жизнь, подрабатывал в магазине, был волонтером в центре экстренной помощи для людей, которые хотели покончить жизнь самоубийством. Совершенно нормальная жизнь для американского мальчика.

Стефани была старше Банди, опытнее и богаче. Она не испытывала к нему такой привязанности, как он к ней.Она утверждала, что Тед был незрелым, не имел четких целей и не знал, куда идет, поэтому, когда она закончила учебу, она рассталась с ним. У мальчика случился нервный срыв, он бросил университет и вернулся на родину. Там он потерпел еще один удар — просматривая старые документы, он узнал, что его сестра на самом деле была его матерью, а об отце он не нашел никаких сведений, кроме имени: Ллойд Маршалл.

Травма, которую он пережил, заставила его принять решение полностью изменить свою жизнь: окончить юридическую школу и стать политиком.Поэтому он вернулся учиться в Вашингтон и стал участвовать в предвыборной кампании в пользу Нельсона Рокфеллера. Он сменил внешность, успокоился и вдруг оказалось, что его новый образ действует на людей как магнит. Он стал особенно популярен, когда спас тонущего трехлетнего мальчика, упавшего в озеро. В этот период он познакомился с Мег Андерс, дочерью-одиночкой. Девушка без памяти влюбилась в Теда и была склонна удовлетворять все более причудливые сексуальные аппетиты своего парня. Она ревновала его и мечтала, что однажды он наконец сделает ей предложение вместо того, чтобы приносить ей подарки (от мелкого воровства).Она терпела странные сексуальные предпочтения своего партнера и притворялась мертвой в постели, когда бы он ни пожелал. Она поддерживала его материально. Теду она нравилась, он чувствовал себя с ней в безопасности, но не так сильно, как Стефани Брукс. Отношения длились до тех пор, пока Теда не арестовали.

Сплинтер

Жизнь Теда Банди, казалось, начала поворачиваться в правильном направлении. Он начал изучать юриспруденцию и планировал стабильное, процветающее будущее. Но что-то все еще беспокоило его. В сердце была царапина.Он не забыл вред, который он перенес от своей первой любви. В конце концов, он решил отомстить. В 1973 году он неожиданно появился у Стефани и предложил ей выйти за него замуж. Очарованная новым имиджем своего старого бойфренда, она решила дать ему шанс. Он соблазнил ее тем, чего она ожидала от него раньше. Однако когда Стефани согласилась выйти замуж за Теда, он внезапно исчез из ее жизни, оборвав все контакты. Это была его месть.

Это не принесло ему облегчения. Наоборот, он потерял мотивацию к работе, бросил учебу и ушел из общественной жизни.Изменилось и его поведение. Он стал раздражительным, и у него были еще большие перепады настроения. Возможно, именно тогда у него начало развиваться биполярное расстройство. Такой диагноз был поставлен позже в декабре 1987 года психиатром доктором Дороти Льюис, которая также заявила, что убийца обычно был активен в депрессивные фазы болезни.

Есть анекдотические подозрения, что Тед Банди впервые убил в подростковом возрасте. Однако убедительных доказательств этому нет. Известно, что после наказания Стефани его убийственные наклонности внезапно вспыхнули и не утихали до ареста.В начале января 1974 года Банди нашел студентку, работающую танцовщицей, по имени Джони Ленц. Он ворвался в дом, который она арендовала в Сиэтле, вырвал металлический прут из ее кровати, сбил ее с ног, а затем изнасиловал. Каким-то образом она пережила нападение. На следующее утро ее нашли в критическом состоянии с проломленной головой и стержнем, вставленным во влагалище. Врачи спасли девочке жизнь, но повреждение головного мозга устранить не удалось. Она осталась калекой.

Банди полностью осознавал, что совершил непростительный поступок.Он был напуган тем, что сделал, но в то же время его тяга к насилию росла. «После первого убийства это было похоже на выход из ужасного транса или пробуждение ото сна», — позже сказал Банди. - На следующее утро ты просыпаешься, ты все помнишь, ты осознаешь, что в глазах закона, в глазах Бога ты, безусловно, в ответе за это. Я был в ужасе от того, что могу это сделать». Потребовался месяц, чтобы зов крови перевесил страх. 1 февраля он снова ворвался в квартиру другой студентки, Линды Энн Хили.Он напал на нее во сне и жестоко избил. Затем он надел штаны и блузку, завернул ее в простыню и засунул «Жука» в свой бежевый «Фольксваген». Только год спустя ее череп и нижняя челюсть были найдены на окраине Сиэтла.

После этого Банди изменил свою стратегию. С тех пор он начал похищать и убивать больше женщин. В то время он работал на обеспечении медицинских пунктов и имел доступ к перевязочным материалам. Через полтора месяца после убийства Линды Донна Гейл Мэнсон собиралась на джазовый концерт, когда к ней пристал красивый мужчина с гипсовой рукой.Он попросил помочь донести книги до машины. Это был последний раз, когда мои друзья видели Донну живой. Та же участь, предшествовавшая подобному сценарию, постигла и Сьюзан Ранкорт. В начале мая другие ученицы — Кэти Паркс и Бренда Болл — пропали без вести. Первый исчез в кампусе, а второй после выхода из бара.

Обычно серийные убийцы убивают чаще, чем Банди. Бывает, что между сериями убийств бывают месяцы, а то и годы перерыва. Тед Банди не останавливался ни на мгновение.Он переходил от одного преступления к другому. Как только тело перестало его радовать, он стал искать следующую жертву. Вот почему через месяц исчезла еще одна девушка — Джорджанна Хокинс. Он преодолел всего 30-метровый участок между общежитиями. Там она наткнулась на симпатичного мужчину на костылях с тяжелым портфелем. Он попросил ее помочь донести чемодан до «фольксвагена». Как только они подошли к машине, он оглушил девушку ломом и похитил ее. Она была изнасилована, задушена и брошена в отдаленном районе.

В июле Банди набрал еще больше оборотов. Свидетели показали, что видели на пляже молодого человека с рукой на перевязи, который просил женщин помочь снять лодку с крыши автомобиля. Он был милым и беспомощным, и в то же время флиртовал с женщинами, предлагая им совместную прогулку на лодке. Три женщины отказались, но две соблазнились. Одним махом Банди похитил обеих молодых девушек: Дженис Отт и Дениз Наслунд. Он держал их в старом сарае, спрятанном в лесу.Там он оскорблял их, насиловал и, наконец, убил. После этого он вступал в половую связь с трупом как можно дольше.

По крайней мере, одна женщина умирала каждый месяц в течение более полугода. Выяснилось, что в этом районе находился похититель. Одна из подруг Теда, Энн Рул, ставшая в те годы журналисткой, описала события исчезновений. В то время она понятия не имела, что ее младший друг был виновником убийств. Банди не вызвал никаких подозрений. Он по-прежнему был любим и популярен.Очарование психопата сработало. Однако, когда в этом районе стали обнаруживать останки похищенных женщин, он сказал, что становится слишком жарко. Он решил перевестись в Университет штата Юта.

Он по-прежнему водил культовый Volkswagen Beetle и продолжал убивать. По пути в новый университет он проезжал через штат Айдахо. Туда он подбросил автостопом подростка, но не домой, а в рощу, где изнасиловал и задушил ее. Ее личные данные так и не были установлены. Тогда он решил немного замедлиться.Однако продержался он недолго. Во время той же поездки он остановился в городе Холладей, где напал на 16-летнюю Нэнси Уилкокс. Он расправился с ней быстро, так как боялся, что ее крики привлекут прохожих.

Добравшись до Юты, он опознал дочь начальника местной полиции. Это была 17-летняя Мелисса Энн Смит. Когда ее тело нашли через девять дней после похищения, выяснилось, что она умерла не сразу — пять дней над ней издевались, избивали, насиловали и, наконец, задушили собственным чулком.Похожая смерть постигла и ее сверстницу Лору Эме, пропавшую без вести во время вечеринки в честь Хэллоуина. Почти год спустя туристы нашли брошенное в каньоне тело девушки.

Через неделю после похищения Лауры Тед сменил стратегию и попытался заманить новую жертву, Кэрол ДаРонч, сыграв роль полицейского, который якобы остановил мужчину, пытающегося проникнуть в ее машину. Женщина отнеслась к этому с недоверием, но ее уговорили «проехать на личном автомобиле полицейского» в отделение милиции.Когда она заметила, что они идут в другую сторону, то начала протестовать. Затем Банди бросился надевать на нее наручники. Во время борьбы он ошибся и замкнул ее на одной руке Кэрол. Благодаря этому ей удалось выпрыгнуть из машины и ударом ноги в пах обезвредить нападавшего. Она остановила встречную машину и обратилась в полицию. На наручниках нельзя было взять отпечатки пальцев, но образец крови Теда был включен в улику. Таким образом, следователи получили еще один осязаемый след убийцы.

Разум Банди был в огне.Он был неудовлетворен и раздражителен. А инцидент с Кэрол выбил его из колеи. Вечером он ждал перед школой, где проходило представление. Он продолжал пробовать новую стратегию — пытался уговорить учителя, а позже и учеников помочь ему найти машину на стоянке, но ни один из них не согласился. Внешний вид мужчины обеспокоил их. Он тяжело дышал, его одежда и волосы были в беспорядке. Но Тед не сдавался. В конце концов, одну из студенток, Дебби Кент, уговорили на более продолжительное интервью.Когда они приблизились к его машине, он оглушил ее ломом, бросил безвольно в машину и увез в глушь. После этого он оставил ее тело на свалке. Останки девушки так и не были опознаны. Только показания Теда помогли связать имя студента с находкой на свалке.

Банди решил ненадолго исчезнуть. Он переехал в Колорадо и там вернулся к своим проверенным путям. Иногда он даже не удосужился притвориться больным. Медсестру Кэрин Кэмпбелл похитили из отеля, где она отдыхала со своим женихом и его детьми.Он заманил 20-летнюю Джули Каннингем, лыжного инструктора, которая помогла ему донести снаряжение до машины, используя «инвалидный» метод, а под мост затащил 25-летнюю Дениз Оливерсон, тело которой так и не нашли. , с ее велосипеда, похитили из школы, затащили в номер отеля, изнасиловали и утопили.

Крутой склон

Он собрал урожай в Колорадо и решил вернуться в Юту. Там, сразу после убийства 15-летней Сьюзан Кертис, он пришел к выводу, что безопаснее продать «Жука», потому что полиция вела обширное расследование.Конечно, он не знал, что находится в списке 25 подозреваемых. 16 августа 1975 года он впервые оказался на грани несчастного случая. Его остановил патруль. Во время планового осмотра полиция обнаружила в багажнике мужчины необычное содержимое: наручники, шерстяную балаклаву, маску-чулок, ледоруб и лом. Кроме того, в машине отсутствовало пассажирское сиденье. Допрос не расстроил Теда. Он спокойно показал, что нашел в мусоре наручники, а маски нужны ему для катания на лыжах.Разумеется, полиция ему не поверила, а свидетели, в том числе Кэрол ДаРонч, опознали в нем недавнего нападавшего. После непродолжительного судебного разбирательства Банди был приговорен к 15 годам лишения свободы без права досрочного освобождения. Он должен был отбыть свой срок в тюрьме штата Юта.

Несмотря на приговор за попытку похищения ДаРонча, полиция подозревала Теда в убийствах. Оказывается, лом из багажника совпадает со следами на черепе медсестры Кэрин Кэмпбелл. Собранных доказательств оказалось достаточно для судебного преследования Банди.Тогда Тед сделал, казалось бы, глупость — уволился со своим адвокатом и заявил, что будет защищаться сам. Это дало ему возможность пользоваться придворной библиотекой. Как только охранявший его офицер ушел за сигаретой, он выпрыгнул из окна и с вывихнутой лодыжкой убежал в горы.

У него было всего шесть дней свободы. Полиция нашла его в украденном Кадиллаке. Он отправился в тюрьму Гленвуд-Спрингс. Там сценарий американского триллера продолжился. Он выманил 500 долларов у одного заключенного и ножовку у другого.Две недели он прорубал себе путь к свободе между софитом и потолком. Отверстие было узким, поэтому Банди несколько дней не ел, чтобы пролезть в щель, ведущую в квартиру тюремного надзирателя. После того, как он отправился с женой на вечеринку, Тед вошел в его квартиру, переоделся и ушел, никем не прерываемый. Исчезновение Банди было обнаружено спустя 17 часов. К тому времени он уже удобно сидел в самолете, направлявшемся в Чикаго, в 2000 км от тюрьмы Гленвуд-Спрингс.

Ночная резня

Флорида была еще одной целью для Теда.Он водил угнанные машины с растущим желанием убивать. 3 января 1978 года, ровно через четыре года после первого убийства, он отправился в ночной рейд. В 3 часа ночи он ворвался в женское общежитие Университета штата Флорида. Он напал на четырех студенток. Двое из них пережили нападение. Маргарет Боуман не так повезло. Банди избил ее с такой яростью, что позже по всей комнате были найдены осколки мозга. Лиза Леви была сильно укушена. Следы его характерного укуса на груди и ягодицах жертвы позже послужили одной из важнейших улик и привели Банди к электрическому стулу.Кошмар в общежитии Чи Омега длился всего 20 минут, а Тед все еще был недоволен. Он ворвался в другое общежитие, избил и изнасиловал еще одну студентку - Шерил Томас. Ей удалось пережить нападение убийцы.

На обратном пути разгоряченный Банди угнал университетский фургон и поехал в Джексонвилл. По дороге он безуспешно пытался похитить 14-летнего подростка. Когда на пути убийцы встал ее брат, он скрылся, но утром в Лейк-Сити похитил еще одну ученицу прямо из школы, 12-летнюю Кимберли Лич.Он изнасиловал ее, убил и бросил ее тело в старом сарае. Он бросил угнанную машину и переключился на другой "одолженный" оранжевый горб. И это был последний раз, когда Тед Банди был за рулем. Он наехал на превышении скорости. Когда его остановила регулировщица, он запаниковал. Погнался, он выглядел как если бы он сошел с ума.Подойдя к нему, он умолял: «Убейте меня, пожалуйста, убейте меня». Анализ отпечатков пальцев быстро показал, что в сеть проник смертельно опасный преступник.

Теда Банди приговорили к смертной казни, но она не была приведена в исполнение до 1989 года. Предстояли судебные процессы по последующим убийствам. Под конец убийца как будто играл последнюю роль в жизни — новообращенного христианина и морализатора. Он исповедовался в своих грехах, хотя считается, что он скрывал многие из них. За день до казни, 23 января 1989 года, в государственной тюрьме Рейфорд, штат Флорида, Банди дал последнее интервью Джеймсу Добсону для программы «Жизнь на грани»: «Я вырос в прекрасном доме, у меня было двое очень любящих родителей, Я был одним из их пяти детей, которые были в центре их жизни.Мы регулярно посещали церковь. (...) Дома также не было ни насилия, ни ссор. В принципе я был обычным человеком. (...) Единственным исключением была эта небольшая, но очень мощная и разрушительная часть моей жизни, которую я держал в полной тайне. (...) Это был процесс, он постепенно усиливался. Мой опыт связан с порнографией, особенно с той, в которой сексуальность сочетается с насилием. Как только вы пристрастились к этому ... (...) Собственное исследование ФБР о нескольких убийцах показывает, что их самый общий интерес - порнография и насилие в СМИ.(...) Мы воспитывались в обычных семьях. Сегодня порнография может похитить ребенка из любого дома. Меня похитили 30 лет назад. (...) В обществе, терпимом к порнографии, нет защиты от такого рода угроз. Благодаря божьей помощи я дошел до того, что чувствую боль и страдание из-за своих поступков».

Последняя речь Банди охотно используется в обучении христианскими кругами. «Обращенный» убийца указывает, что источником всех зол и деградации его личности является порнография и насилие, показанное в СМИ.Правда не так наивна. Исследования показывают, что для того, чтобы объяснить суть этой связи, нужно поменять местами следствия на причину. Именно агрессивные психопаты охотно выбирают экстремальные образы, а не наоборот. И, несмотря на различные декларации, они никогда не берут на себя ответственность за свои действия и решения.

За десять лет до казни Банди в тюрьме он переживал период наибольшей популярности. Каждый день он получал десятки писем от поклонников. Он женился на одной из них за решеткой.От этих отношений родилась дочь, мать которой, к счастью, оправилась от своего увлечения Тедом и сменила имя. Бежевый горбун был куплен частным коллекционером. Миф об американском мальчике живет.

.90 000 пропавших без вести мать и дочь из Ченстохова. Полиция обнаружила тела двух женщин ...

Во время поисков пропавших более недели назад Александры В. и ее дочери Оливии из Ченстоховы, в лесном комплексе недалеко от города Романов (Сленске), полиция обнаружила В понедельник (21 февраля) тела двух женщин, а также туша собаки, сообщили в полиции.

- Скорее всего, это тела 45-летней женщины и ее 15-летней дочери, которые пропали без вести и находятся в розыске уже несколько дней, но проверка личности еще продолжается, - сообщила пресс-секретарь Ченстоховы, заместитель комиссара. полиции Сабина Хира-Гиреш.

Там был отец 15-летней Оливии. Потрясенный мужчина пришел в лес со своими родственниками вскоре после того, как в СМИ появилась новость об обнаружении второго тела. Он нервно спросил журналистов, правда ли это. Вскоре это подтвердила пресс-секретарь ченстоховской полиции. Вернувшись с места обнаружения тела, отец подростка больше не захотел общаться с журналистами. "Бросай это", только сказал он

Тела были найдены в лесу на национальной дороге 91.Чтобы спрятать их там, достаточно было свернуть с оживленной дороги на грунтовую лесную дорогу, перекрытую во время обыска подводами и специализированной пожарной и милицейской техникой. Работал на месте, в том числе около 120 полицейских, в том числе поводыри с собаками-ищейками.

Заболоченная местность заросла густой растительностью, можно увидеть упавшие и покосившиеся деревья - возможно, во время последних бурь -. Дорога извивается и петляет между фрагментами разновозрастных лесов - от густых молодых деревьев до высоких, возрастом в несколько десятков лет.Тела, скорее всего, были спрятаны в мягкой, перекопанной земле, из которой недавно были расчищены остатки старого леса. По словам сотрудников милиции, они были засыпаны метровым слоем грунта, первый был спрятан в десятке метров от дороги, второй - в 5-6 метрах от нее.

Пресс-секретарь подтвердила, что следом, ведущим к этому месту, была информация о том, что автомобиль Александры В., направлявшийся в сторону Катовице, был замечен на близлежащей дороге № 91 между Романовым и Седлец.

Обыск района начался еще в воскресенье и продолжился в понедельник утром.По словам заместителя уполномоченного Чира-Гереся, место, где были спрятаны тела, на первый взгляд не было видно. «Помогло прочесывание местности, опыт в такого рода операциях», — пояснила она.

- Пока рано говорить о том, как сюда было доставлено тело, чем оно было захоронено, что использовал преступник. Это будет предметом дальнейшего исследования; На месте проводятся проверки, которые дадут ответы на вопросы, - добавила женщина-полицейский.

Поиски 45-летней Александры и ее 15-летней дочери Оливии начались больше недели назад.В четверг, 10 февраля, женщины вместе с собакой ши-тцу покинули свою квартиру в Ченстохове по адресу ул. Бень и не выходили на связь со своими родственниками. В минувшую среду 52-летнему другу арестованной Александры Кшиштоф Р. было предъявлено обвинение в двойном убийстве. Подозреваемый вину не признал и никаких объяснений не давал.

Расследование убийства Александры и Оливии взяла на себя окружная прокуратура в Ченстохове. Подробности проведенных мероприятий следователи пока не раскрывают — неизвестно, какие улики доказывают вину Р.были ли и какие следы преступления зафиксированы и каковы могли быть его мотивы.

По сообщениям СМИ, мать Александры В. сообщила, что Кшиштоф Р. делал ремонт в квартире ее дочери и внучки. В то время он должен был установить в комнате подростка веб-камеру и без ведома хозяина квартиры добавить к ней ключи. Веб-камеру, вероятно, обнаружили только после исчезновения женщины и ее дочери.

Сторона обвинения подтвердила, что одно из обвинений, предъявленных Р., касалось ненадлежащей установки видеокамеры в квартире потерпевшего.Он также не признался в этом преступлении и отказался от объяснений. Все указывает на то, что найденные тела принадлежат ченстоховцам, которых предположительно убил их друг Кшиштоф Р. Личность жертв устанавливается.

.

Это место привлекает преступников. "Здесь слышны крики убийц" - Журнал WP

Убийства, кровавые интриги, несчастные случаи со смертельным исходом. По меньшей мере 17 человек погибли на коротком участке Жеранского канала в Варшаве за последние 20 лет. Самым известным стало убийство выпускника средней школы Томека Яворски. Мальчика сожгли и похоронили у озера. Нет недостатка и в других, до сих пор нераскрытых преступлениях. - Это идеальное место для преступников и самоубийц, - говорит криминалист проф.Брунон Холист.

Еще несколько лет назад берег Жеранского канала в варшавском районе Белоленка был диким и необитаемым. Теперь здесь один за другим появляются крупные кварталы со словами «ривьера» и «марина» в названии. Девелоперы будут распилены за землю в этом районе. Вдоль озера проходит популярная велосипедная дорожка. Уже год работает паром, доставляющий туристов на Зегжинское водохранилище. Но с тем же успехом здесь можно организовать круизы по следам преступников.Люди на пароме и даже местные жители понятия не имеют, что проезжают мимо места гибели многих людей, погибших в районе канала.

"Услышь крики убийц"

- Убей меня - сказал 19-летний Томек Яворски одному из своих мучителей. Через несколько мгновений он умер. Нелегко найти место, где произошло это преступление. Прошло двадцать лет с тех пор, как убийцы привезли замученного мальчика на Жеранский канал. Автомобильная навигация ведет через территорию многочисленных предприятий и залов.В какой-то момент я проезжаю знак «Частная дорога» и шлагбаум. Я пользуюсь возможностью, чтобы доехать до конца дороги. Кто-то заранее проделал дыру в заборе, чтобы я мог пройти к краю канала. По всей длине проходит песчаная дорога, которой пользуются рыболовы и бегуны. Наконец можно увидеть узкую замусоренную дорожку. Я поворачиваюсь в него и вдруг из-за деревьев появляется большой обелиск.

Автор: Магда Казикевич

Источник: WP.PL

"Я прожил всего 19 лет, потому что здесь, ночью 14 июня 1997 года, у меня отняли мою земную жизнь.Хотя земля и высохла от кровавого потока, до сих пор слышны крики убийц. Но победила я и у меня в руках книга приговоров - Томек Яворски" - я читал на обелиске, который семья поставила на месте преступления. здесь собираться... Сатанисты

20 лет назад это было идеальным местом, чтобы избавиться от трупа.Залов и административных зданий еще не было.Неудивительно, что никто не заметил людей, приехавших с замученным подростком в машине.

Пытали 20 часов

Это была пятница, 13 июня. Томек Яворски, только что окончивший среднюю школу, только что сдал свой первый экзамен по архитектуре своей мечты в Варшавском технологическом университете. Он позвонил отцу, чтобы похвалиться тем, что у него все хорошо. Он был очень этому рад. Вечером он отправился с группой из 30 друзей, чтобы отпраздновать это событие на поляне в Млочинском лесу. Жители столицы часто устраивают здесь костры и шашлыки.

Перед полуночью вечеринка была сорвана группой пьяных мужчин, которые начали нападать на молодежь с бейсбольными битами. Они поймали Томека Яворски из числа сбежавших выпускников средней школы. Они искали мужчину, который минуту назад повредил их машину, и надеялись, что мальчик его знает. Они очень сильно ударили его. Об голову ему сломали бейсбольную биту. В суде свидетели показали, что Том умолял: "Стой! Не бей меня, я ничего тебе не сделал! Я тебе все отдам!"

Томек Яворски

Источник: PAP

Затем они бросили его в багажник "Фиата" и уехали.Троих мужчин возглавляла 24-летняя женщина. Именно в ее квартиру в варшавском районе Бродно и был доставлен похищенный выпускник гимназии. Чтобы выудить из него имя человека, повредившего их машину, они привязали его тросом к батарее и пытали 20 часов, остригли ему волосы и прижигали плойкой. - Они пьют, едят, смотрят телевизор, занимаются сексом, ходят домой по очереди. Они просто развлекаются. Потому что для них происходящее в квартире — просто развлечение, — сказал судья, зачитывая приговор.

Когда они решили, что Томек знает их лица и сможет указать место содержания, они приняли решение убить его. - Ему больше ничего не будет, - сказала Шиманская. В приговоре судья заявила, что она спланировала и руководила преступлением. Она сказала мне принести нож, бензин и купить веревку. прибл. время. 22 Моника Шиманска, Томаш К. и Марек Ш. они потащили измученного Тома в машину. Он был без обуви, потому что его одежда была в крови, поэтому на него набросили женскую рубашку. Мучители боялись, что это привлечет чье-то внимание.

"Выдернули травку"

Они пошли к Жеранскому каналу. Мужчины ушли в лес, а Шиманская и Томек остались в машине. Она успокоила его, поговорила. В это время ее спутники в нескольких десятках метров от дороги копали ему могилу. По мнению суда, именно Шиманская приказала Томашу К. убить мальчика. Когда его вели на место, Томек Яворски, еле державшийся на ногах, прохрипел: «Убей меня». Мужчина нанес ему четыре удара ножом в область сердца. Шиманская проверила, жив ли Томек, и наступила ботинком на его тело.Когда она услышала грохот, она сказала: «После ножа всегда так». «Мы должны были взять его... потому что, если бы мы этого не сделали, он бы нас выдал», — убеждала она своих спутников. Они облили тело мальчика бензином, подожгли, а затем закопали.

Изначально полиция должна была замять дело об исчезновении выпускника средней школы, убедив его обеспокоенную мать, что он, вероятно, напился и спит с девушкой. Однако на второй день после исчезновения начались поиски.

Один из мучителей, Марек Ш. признался коллеге Роберту У.который вначале был причастен к издевательствам над Томеком из-за того, что мальчик мертв. «Мы собрали травку», — сказал он. В то время, благодаря помощи свидетелей, полиция установила, что на поляне на выпускников школ напали в том числе и человек по прозвищу «Белый». Разыскиваемым оказался Роберт В., который сам сообщил в полицейский участок.

Оперативники установили, что последние несколько дней он провел в квартире Моники Шиманской. Они пошли к ней. На месте были удивлены тем, что несмотря на грязь в квартире, пол был исключительно чистым.В подвале нашли ковер с пятнами и волосами. Через несколько дней анализы подтвердили, что они принадлежали Томеку Яворски.

В ходе допросов задержанных полиция установила место, куда они увезли Томека. - Мы легко узнали их по свежеперекопанной земле. Преступников пинали полчаса. Чем глубже, тем сильнее запах бензина. В какой-то момент мы увидели кусок джинсов. Ребята сложили лопаты и, чтобы не повредить тело, продолжили раскапывать голыми руками… Когда появилось тело мальчика, мы замерли... У мальчика было полностью изуродованное лицо, бритая голова, несколько ножевых ранений в грудь и частично обгоревшие штаны - Гражина Бискупская, ныне пенсионер полиции, затем комиссар следственного отдела окружного штаба Жолибожского района Варшавы, рассказал «Miesięcznik Policja 997».

Моника Шиманская (справа)

Автор: Адам Урбанек

Источник: PAP

Через год начался суд. На скамье подсудимых сидело девять человек.Моника Шиманская, Томаш К. и Марек Ш. предъявлено обвинение в убийстве, остальным шести, в т.ч. участие в вооруженном ограблении, похищении и убийстве, отказ. Во время судебных заседаний женщина не выказывала угрызений совести. Даже спустя много лет после преступления она утверждала, что пыталась спасти Томека и пала жертвой своих друзей. Назначенные судом эксперты-психологи описали ее как человека с интеллектом выше среднего и сильной, доминирующей личностью. - По мнению суда, она является заказчиком этой акции, - сказал судья.

Шиманская и Томаш К. приговорены к пожизненному заключению, Марек Ш. в 25 лет, а Роберт В. на 12 лет лишения свободы за участие в похищении человека. Его освободили после 10. После освобождения он изнасиловал 14-летнюю девочку.

Обосновывая приговор, судья Малгожата Мойковская сказала: - Никакое преступление не может быть оправдано, но такое нагромождение жестокости, расчетливости и беспрецедентного зверства заслуживает особого осуждения.

- Я не скажу, что мне снятся кошмары, потому что это не так.Томек снился мне не раз и всегда живой. Потому что таким я его помню. Мне два сна с ним приснились не так давно, когда скачал файл для проверки. Луг, много зелени. Я мечтаю не грустить, а улыбаться, - сказала Шиманская несколько лет назад в интервью Polityka.

Могила под дубом

На берегу Жеранского канала вдоль улицы Кшижувки за последние годы появились два современных жилых массива. Их жители уже привыкли к виду раскидистого дуба, украшенного талисманами, золотыми лентами и рождественскими гирляндами.Но люди, которые проходят мимо впервые, останавливаются и спрашивают: «Это могила?» Нельзя хоронить человека в таком месте.

Автор: Magda Kazikiewicz

Источник: WP.PL

Под деревом была построена импровизированная могила. Есть небольшой деревянный крест, а горящие свечи защищают бетонные плиты от ветра и дождя. Вокруг разбросаны конфеты, рядом сидит плюшевый мишка, машинка и много других игрушек. Я пытался связаться с человеком, который зажигает свечи и оставляет игрушки.Несмотря на несколько просьб о контакте, никто не ответил. «Гробек» часто посещает мужчина. Ему около 50 лет. Он приедет на велосипеде. Он снимает местность и фотографирует. Однако установить с ним разговор невозможно. Создается впечатление, что он не понимает, что ему говорят.

Что здесь произошло? Игрушки указывают на то, что здесь мог умереть ребенок. Среди всех смертей в этом районе за последние годы есть одна такая история. В первые дни августа 2008 года по Варшаве прошел сильный шторм.на ул. Плохочинской, которая проходит вдоль Жеранского канала, 15-летняя Ивона Д. помогала отцу продавать фрукты и овощи. Когда разразилась буря, они укрылись от дождя и ветра в припаркованной неподалеку машине. Однако на машину упала большая ветка тополя. Девочку в критическом состоянии доставили в Бродненскую больницу. Ей сделали операцию на головном мозге. Она не выжила. «Родители, находившиеся под больничной палатой, обезумели от отчаяния. В шоке мать попросила родных забрать обувь девочки. Отец упал на пол, плакал и просто кричал от беспомощной боли», — писал тогда «СуперЭкспресс». .

"Потому что ты, б..., ты мне не нравишься"

Ровно 17 лет назад на Каналеке Жеранском произошло известное в то время преступление. Данута Д. сообщила в полицию о пропаже своего 24-летнего сына Марека. Мужчина пропал без вести в конце июня 2000 года. Его 20-летняя жена Каролина Д. заявила, что они поссорились и выгнали его из дома. Данута Д. не поверила ее рассказу и неоднократно сообщала об этом в полицию. Через несколько месяцев на Жеранском канале был найден скелет мужчины. Тесты ДНК подтвердили, что это пропавший Марек Д.

Прокуратура воссоздала его последние недели жизни. Со своими убийцами мужчина познакомился, когда рыбачил на Жеранском канале. Его жена вступила в связь с одним из них - Дариушем М. - и уговорила любовника убить ее мужа. Вечером 27 июня 2000 года мужчины уговорили Марека Д. вместе порыбачить. Дариуш М. несколько раз вонзил ему нож в сердце, а Мариуш С. разбил ему голову камнем. Когда мужчина понял, что с ним должно случиться, он спросил, почему они причиняют ему боль. «Потому что ты, к..., мне не нравится" - показал на следствии Мариуш С.

После убийства мужчины встретились с Каролиной Д. Они сожгли их одежду. - Дарек подробно рассказал Каролине о том, как мы его убили. Она приняла это без эмоции.Это было для него что-то обыденное,как кусок хлеба.Я был в ужасе-сказал Мариуш С.Только он признался в причастности к убийству.Дариуш М.и Каролина Д.это отрицают.Убийство было хорошо спланировано.еда так чтобы его близкие узнали, что он принимает наркотики.

Автор: Яцек Марчевски

Источник: Agencja Gazeta

Суд приговорил Каролину Д. к 15 годам лишения свободы, Дариуша М. к 25 годам лишения свободы, Дариуша М. к 25 годам лишения свободы, а Мариуша М. к 25 годам лишения свободы. и рассказал об этом. Он оговорил не только своих сообщников, но и самого себя, - сказала судья Агнешка Закшевская в обоснование приговора. Судья подчеркнул, что осужденные практически избежали наказания. - Только материнское сердце и объяснения Мариуша С.заставило их оказаться в суде, - сказала она.

Несмотря на обвинительный приговор, любовь Дариуша М. к Каролине Д., склонившая его к совершению преступления, не ослабла. «Без тебя я погибну, как цветок в засуху», — писал он ей из-за решетки. Он не получил ответа.

"Кто следующий?"

На бетонном берегу издалека виден белый крест. Она была написана почти 17 лет назад, в декабре 2000 года. Через два месяца после смерти Дамиана. Кто-то написал под ним черным баллончиком: «Какой следующий?». Жеранский канал — популярная тропа для каноэ.Есть любители, но есть и сборная Польши по гребле.

Автор: Magda Kazikiewicz

Источник: WP.PL

22-летний Дэмиан Шиерчиньский, каноэ и Swójnia Warszawa Sports Sports Club, Mondy Swaim Literd Almy Almy Alymp olmy Alymp olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmy olmyst of swójnia warszawa. . Рыболовы приставали к нему несколько раз. Однажды один из них ударил его камнем, потому что мальчик должен был отпугнуть рыбу. В октябре 2000 года Дамиан провел еще одну тренировку. - Мы проплыли около 700 метров.Я ближе к берегу, Дэмиан дальше. Когда мы повернули в сторону Зегже, мы услышали: «Куда ты идешь! Тебе не хватает воды, ублюдок…» - сказал в то время «Газете Выборчей» Кшиштоф Фолтын, лучший друг Дамиана. - Дедушка, что ты бросаешь? Одни... - должен был кричать Дамиан.

Возникла ссора. Байдарочник подплыл к берегу, где ловил рыбу 75-летний Феликс С. Мужчина достал перочинный нож. Друг Дамиана крикнул: «У него нож». Мальчику не удалось убежать. Он выдержал два удара.Они вместе упали в воду. Каноисту удалось выбраться на берег, но он сильно истекал кровью. Он умер на операционном столе.

Феликс С. был приговорен к 3,5 годам лишения свободы на третьем судебном процессе. Он пропустил решетку, потому что судья распорядился о чрезвычайной снисходительности. Суд установил, что рыболов превысил пределы самообороны. В ходе предыдущего судебного разбирательства мужчину оправдали. С самого начала он не признавал себя виновным и утверждал, что на него напали байдарочники.

В устном обосновании приговора судья Пшемыслав Филипковский заявил, что ни одна из сторон трагедии не права.Он подчеркнул, что С. не должен был бросать вызов байдарочникам, а Дамиан не должен был слезать с каноэ. - С. не должен был спрятать нож, а потом ударить его им. Если бы Дамиан остался в байдарке, инцидента бы не произошло, - сказал судья, добавив, что намерением байдарочника было, конечно, не убийство, а, вероятно, "нарушение физической неприкосновенности тела".

Автор: Jacek Marchewski

Источник: Agencja Gazeta

Убитый Hangman

По данным полиции и газетных архивов, в последние 20 лет в районе żera in bialę -in bialę -in bialę человек погибли при различных обстоятельствах, которых не менее 17 человек.В июле 2002 года на берегу был найден палач. Однако самоубийство было инсценировано, о чем свидетельствует огнестрельное ранение. Год спустя один из них погиб во время драки между работниками близлежащей Жеранской ТЭЦ и рыболовами. В 2007 году на канале случайно приземлился легкомоторный самолет. Пилот не смог доплыть до берега и утонул.

В 2012 году на строительной площадке жилого комплекса по ул. Krzyżówki 28 В одном из бараков от охлаждения умер мужчина. Год спустя в канале централизованного теплоснабжения, пролегающем вдоль Жераньского канала, было найдено тело женщины.Зимой это место, где бездомные греются. В свою очередь, в 2014 году полиция обнаружила тело Агнешки Г., 27-летней девушки, пропавшей без вести после того, как она покинула близлежащий центр МОНАР.

Криминолог раскрывает тайну многочисленных смертей на Жеранском канале. проф. Брунон Холист считает, что неслучайно преступники выбирают окрестности Жеранского канала. - Сочетание воды и леса, дикой природы - очень хорошее место для людей, желающих совершить преступление. Они часто выбирают лесные массивы, в глуши, в дополнение к человеческому наблюдению.Здесь легко спрятать преступление, тело. Водоемы привлекают преступников. Говорят, что глаз отдыхает, когда смотрит на зеленый, но вода вызывает у одних агрессию, а у других депрессивное поведение. Следовательно, в таких районах часто встречаются самоубийства, - говорит проф. Святой.

.

Смотрите также