Как я отказалась от приемного ребенка


Как я отказалась от приемного ребенка 40 | Наталия Иванова

Как я отказалась от приемного ребёнка 39.

https://zen.yandex.ru/media/id/605af5c80ab2ac7ae3aeaa31/kak-ia-otkazalas-ot-priemnogo-rebenka-39-606fc93f8ba13d0d04538dcf?from=editor

Когда ушёл из семьи муж старший почувствовал, что папа так быстро по первому звонку не появится, и, можно, "принаглеть".

Был очередной рабочий день, ближе к обеду позвонила воспитатель из детского сада и сказала, что нужно парня забирать, перечислила все, что было до обеда и сейчас не спит воет. В трубку телефона я, действительно, слышала вой. Попыталась,, поговорить, поуговаривать, чего-то пообещать, вой усилился. Сказав воспитателю, что сейчас попытаюсь, отпроситься, пошла отпрашиваться.

Пока ехала домой, поняла, что скоро сойду с ума и нужно с этим типом что-то радикально делать. 8-летний пацан был мне уже по грудь, (а грудь у меня при росте 172 см находилась достаточно высоко от земли), а от антипсихотических и прочих лекарств ещё и упитанный не по возрасту, да и в еде он себе тоже никогда не отказывал. Про ножик он мне уже рассказывал, по жизни я ему мешаю...

В общем такие мысли посетили меня, пока я, ехала с работы в детский сад. На руках было дежурное направление в детское отделение психоневрологического диспансера. Я забрала детей домой, дома купировала приступ капельками и таблетками, вызвала скорую помощь, особой направленности, объяснив ситуацию.

Скорая помощь, не смотря на то что во всю бушевал коронавирус и прочие неприятности приехала через 10 минут. К слову сказать к младшему, у которого была ангина и температура 40, она за месяц до описываемых событий вообще не приехала.

Дети лежали на диване и смотрели мультик И........ Мой хитрый план не сработал. Дядя-психиатр, видавший виды и таких хитрюль как я объяснил, что это нужно, чтобы вся квартира была разгромлена, я ходила с ножом в спине, а это невинное создание, которое сейчас смотрит мультик кидалось и шипело на всех.

А так такого ребенка спокойного, смотрящего мультик, он не имеет право забирать. Ребенок посмотрел на меня умильным взглядом и я поняла....... Да ничего я не поняла, взрослая сорокалетняя баба просто захотела жить. Я долго извинилась перед бригадой медиков за ложный вызов, подарила шоколадку, выпроводила, попросила детей меня не беспокоить и закрылась в своей комнате. Теперь нужен был серьезный план.

Продолжение, ч. 41

Если Вам понравился мой рассказ, ставьте лайки, подписывайтесь.

Как я отказалась от приемного ребенка 19 | Наталия Иванова

Как я отказалась от приемного ребенка 18.

https://zen.yandex.ru/media/id/605af5c80ab2ac7ae3aeaa31/kak-ia-otkazalas-ot-priemnogo-rebenka-18-606050dc188a9f735998dc92?from=editor

От того момента, как я отдала детей в детский дом пока оформляются документы и до момента возвращения их домой прошло около трёх недель. За это время нам успели оформить детский сад рядом с домом, мы несколько раз ездили проведывали детей в детский дом.

Удивительно, но все те красивые мягкие игрушки, которые были подарены нами, были без рук, ног, годов. Книги истерзаны. У детей была аутоимунная агрессия, мы с мужем не агрессировали, конечно, но на всем моем лице выступили огромные красные пятна-лопухи.

Мы старались больше общаться с мальчиками и розовые очки сползали всякий раз все ниже т ниже..... Нет, здесь было не 1- 1, 5 года отставания, намного больше. Насколько должен был рассказать специалист и меня это очень пугало.

Дело в том, что работников детского дома интересуют прививки, простуды... Выявление психических расстройств и заболеваний, как бы не желательно и никому не нужно.

Когда дети были у нас в гостях, мы столкнулись с такими вещами, которые с точки зрения нормальных людей не являются нормальными.

В следующий раз мы спрашивали доктора, показывали ли ребят доктору... Да, да, возили в город...... Назначены гомеопатические препараты.

Когда мы стали заниматься проблемами психического здоровья уже в городе, ребята стали пить нейролептики.

Это я к тому, что разбираться с психикой детей в детском доме никто не будет, наверное, не выгодно. Легче отдать таким как мы, а что люди порядочные, обеспеченные, не пожалеют сил и средств для реабилитации.

Продолжение, ч. 20.

Если Вам понравился мой рассказ, ставьте лайки, подписывайтесь.

их

Откровенный рассказ приемного отца, который не справился

https://ria.ru/20210326/priemnye-1602848330.html

Откровенный рассказ приемного отца, который не справился

Откровенный рассказ приемного отца, который не справился - РИА Новости, 26.03.2021

Откровенный рассказ приемного отца, который не справился

У Геннадия с женой не было детей. Они хотели принять в семью маленькую девочку, а взяли двух подростков — родных братьев. Один из них принялся активно... РИА Новости, 26.03.2021

2021-03-26T12:39

2021-03-26T12:39

2021-03-26T12:39

общество

сироты

подростки

дети

волонтеры в помощь детям-сиротам (фонд)

приемные семьи

опека и попечительство

/html/head/meta[@name='og:title']/@content

/html/head/meta[@name='og:description']/@content

https://cdnn21.img.ria.ru/images/07e5/04/0e/1728308639_0:0:3640:2048_1920x0_80_0_0_f5e17722bcd66c52ac19f0efde91e246.jpg

МОСКВА, 26 мар — РИА Новости, Мария Семенова. У Геннадия с женой не было детей. Они хотели принять в семью маленькую девочку, а взяли двух подростков — родных братьев. Один из них принялся активно испытывать приемных родителей на прочность: убегал из дома, воровал, скандалил. В органах опеки предложили: "Возвращайте". Три года такой жизни Геннадий называет непрекращающимся кошмаром. Но самое страшное воспоминание — момент, когда он подписал отказ."Устроил нам веселую жизнь"Геннадий и Ирина (все имена в этой истории изменены) и не думали усыновлять двух мальчиков-подростков, которые большую часть жизни провели в детдоме. Все началось с того, что Ирина стала волонтером в общественной организации, занимавшейся поиском наставников для детей-сирот. Познакомилась с Петей. "Мы хотели маленькую девочку, но жена общалась с Петей, они сроднились. Решили забрать его", — рассказывает Геннадий.Трудности возникли сразу. Во-первых, оказалось, что нельзя принять одного мальчика — органы опеки никогда не разлучают сиблингов, а у Пети был младший брат Аркадий, они жили в одной комнате. У них было тяжелое детство: "Отца убили, мать умерла от передозировки, когда Пете было четыре. Их старшую сестру забрала бабушка, а братьев отправили в приют".Взяли обоих: Пете тогда было тринадцать, Аркадию — двенадцать. Опеку оформляли с трудом, все отговаривали, предупреждали, что с подростками будут сложности. Так и получилось. "Петя очень хотел в семью. Но, видимо, в его голове быть в семье — значит, делай что хочешь. Идеальная картинка не совпала с реальностью. Он просто не знал, что здесь есть обязанности. Первые две-три недели была радость, а потом пошли будни", — вспоминает Геннадий.Петя стал прогуливать уроки. "Уходил утром, возвращался в 16-17 часов, но в школе не появлялся. Я узнал об этом, когда дней через десять позвонил классный руководитель и спросил, где вообще ребенок. У меня и мысли не возникало, что он не на занятиях. Побеседовал с ним, Петя дал слово: "Буду ходить". Но обещание не сдержал. Я объяснял: "Петя, тебя заберут от нас, и я не смогу этому помешать". Опека уже упрекала, что я не выполняю отцовские обязанности. Сказали: "Отдавайте обратно". Мы обращались к психологам, однако Петя с ними просто не разговаривал. Перевели его в частную школу, думали, там ему будет легче — ничего не изменилось", — продолжает опекун.Проблемы росли как снежный ком. Петр убегал из дома, принялся воровать.Затем начались кражи. Из открытого ящика ("Не прятал никогда, не так воспитан") исчезли деньги, новые часы Геннадия — коробку от них он нашел в комнате приемного сына. Супруги стали запирать спальню на ключ, но Петя подгадал момент и сделал дубликат. Пропала модная сумка Ирины и что-то из украшений. Геннадий радовался хотя бы тому, что подросток не тратил украденное на алкоголь или наркотики — возвращался трезвым.Когда Пете исполнилось пятнадцать, супруги поняли: до его совершеннолетия просто не дотянут. Но сразу решили, что в детский дом мальчика не вернут, подождут, пока он поступит в колледж и переедет в общежитие: опекуном в этом случае становится руководитель учебного заведения."Это был постоянный ужас. Вечное напряжение. Но как его обратно в детдом? Мы же его взяли, на нас ответственность. Опека наседала: "Отдавайте!" Он прогуливал уроки, а они тоже за это отвечают. Но идти в колледж Петя сразу согласился — что-то у него щелкнуло. Голова-то у него светлая. Месяца за два-три с репетиторами подготовили его к ОГЭ, даже сдал на четверки. Я писал в опеке отказ, и это одно из самых моих ужасных воспоминаний в жизни. Петя ничего не сказал, но обиделся".Аркаша, младший приемный сын, по-прежнему с семьей, а Петя через год окончит колледж — учится на повара-кондитера. Как сирота он получил квартиру — уже делает там ремонт.И напоследок говорит: "Вы только не пугайте людей. Напишите, что обязательно нужно брать детей". Геннадий и Ирина собираются еще раз стать приемными родителями — ищут дочь."Мама, давай Ваню отдадим?"Главное, что отличает детдомовских от тех, кто растет в семье, — отсутствие авторитетного взрослого, человека, рядом с которым можно расслабиться, почувствовать себя в безопасности. Значимым взрослым становится и опекун. Но если он отказывается от ребенка, для малыша или подростка рушится мир.Приемная мать Наталья Городиская рассказывает, как ей удалось вернуть доверие детей, переживших возврат, — таких в семье трое."Сложнее всего было с Полиной. Я ее увидела, когда работала замдиректора центра поддержки семьи "Красносельский". Кровная мать отказалась, удочерили — а потом та женщина умерла, девочку приняла в семью ее подруга. И в конце концов привела к нам со словами: "Она невыносимая, не можем с ней справиться". К шести годам ребенок пережил три потери. Я долго искала ей семью — безрезультатно. В итоге мы сами ее удочерили. Страх потерять родителей еще раз, думаю, жив в ней до сих пор, хотя она об этом не говорит. Но первое время у нее были бесконечные истерики, она кричала: "Я плохая, вы меня все равно отдадите". У нас есть Ваня с синдромом Дауна, хулиганистый мальчишка. Однажды Полина ко мне подошла: "Мам, а давай мы с тобой Ваню отдадим? Ну он же плохо себя ведет". И так периодически она высказывалась о разных детях, проверяя меня. Потом перестала. Я рада, что мы ее взяли: если бы это были новички, Полинка бы вновь оказалась в системе", — говорит Наталья.Выгорание и розовые очкиПсихолог и приемная мать Елена Мачинская много лет работает с опекунами, занимается семейным устройством сирот. Тех, кто отказался, объясняет она, условно можно разделить на несколько типов.Первый — опекуны-родственники. Они берут сирот не потому, что хотели стать приемными родителями, а в силу обстоятельств: если в тюрьму попала дочь или погибла сестра. Часто это пожилые люди — они пытаются спасти внуков от детдома, но потом возраст берет свое.Вторая группа, к которой можно отнести и Геннадия, — те, кто годами пытался установить нормальные отношения, но в итоге сдался. Обычно такие опекуны сталкиваются с психологическими или психиатрическими проблемами ребенка, из-за чего его пребывание в семье становится угрозой для других детей."Самая многочисленная группа — те, кто не справляется эмоционально. Они долго пытаются найти подход к ребенку, полюбить его, нащупать точки пересечения. Это не плохие родители. Они борются, ходят к психологу, но постепенно у них возникают симптомы неврастении. Нередко развивается депрессия, преследуют головные, сердечные боли. Они выглядят измотанными, постаревшими, уставшими, их действительно можно пожалеть", — отмечает Мачинская.И последняя категория — люди в розовых очках. "Они рисуют себе пасторальные картинки: детские ножки топают по дому, сирота будет их всю жизнь благодарить. Это и бездетные пары, и благополучные родители, и пережившие негатив в собственной семье: "Вырастила неблагодарного человека, а сейчас возьму сиротку — станет мне отрадой, в старости принесет стакан воды". Оформляют опеку, и когда что-то идет не по плану, обвиняют во всем ребенка. Бывает, говорят: "Заберите этого, я себе нормального возьму" или "Это же ужас, кого вы мне подсунули". Подобные отказы происходят очень быстро, иногда в первые же дни. Здесь нет борьбы, надрыва, только разочарование в иллюзиях", — говорит психолог.Пример молниеносного возврата приводит Юлия Леснова, директор центра помощи семьям фонда "Найди семью": "Приемная мать вернула здорового двухлетнего малыша. У нее двое кровных детей: одному два года и девочке-инвалиду десять, не было собственного жилья, постоянного дохода. Ее предупреждали, что нет ресурса на приемного ребенка. Но она пробивала стену. Создала в соцсети группу для кандидатов, которым отказали "злые опеки". В общем, вела борьбу ради борьбы. Потом борьба закончилась, и остался малыш, которому нужна мама. Женщина активная, байкер, а тут пришлось мотоцикл отложить и заниматься ребенком, который постоянно плакал. Через две недели написала мне, что ненавидит себя, но и приемного видеть не может"."Не помогают, а контролируют"Алена Синкевич подчеркивает: перед тем как оформить опеку, родителям надо все взвесить, в этом им должны помочь специалисты. "Необходимо проанализировать риски, связанные с конкретным ребенком, и собственные ресурсы. Но жизнь есть жизнь. У человека может быть хорошее здоровье, стабильный доход, супруг, мама, готовая помогать. А потом ресурс меняется: опекун заболел, супруг или супруга пожалели о решении стать приемным родителем, умерла мама, на чью помощь рассчитывали, уволили с работы... И вся конструкция теряет устойчивость", — рассуждает Синкевич.Другая проблема в том, что сотрудники Школы приемных родителей (все опекуны по закону обязаны ее пройти) часто сами не понимают особенностей детей-сирот. "В ШПР, к сожалению, есть люди из других сфер, не осознающие специфику. Там могут сказать: "Детки будут вам благодарны". На самом деле в семье ребенок какое-то время продолжает жить по тем правилам, к которым привык: прячет еду, пускает в ход кулаки. Это механизмы выживания, они не выключаются по щелчку. К одной моей знакомой, тренеру ШПР, часто приходят с установкой: "Зачем нам дурацкая школа, мы пятерых вырастили". И она всегда задает вопрос: "Вы когда-нибудь избивали ребенка? Забывали его на улице? Не кормили по несколько дней?" Будущие родители падают в обморок: "О чем вы говорите?" И тогда она отвечает: "Теперь поймите, что вы растили других детей", — объясняет Елена Мачинская.Столкнувшись с проблемами, люди идут в органы опеки, но там часто предлагают лишь одно: "Возвращайте". В результате семьи боятся говорить о трудностях. Примерно девять процентов приемных детей возвращают. Эта статистика изменится, если приемным родителям будут квалифицированно помогать, а не только их контролировать.

https://ria.ru/20210224/otkazniki-1598341895.html

https://ria.ru/20210203/opeka-1595723241.html

https://ria.ru/20201221/opekunstvo-1589898551.html

https://ria.ru/20210128/usynovlenie-1594778960.html

https://ria.ru/20200921/vich-1577465868.html

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2021

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdnn21.img.ria.ru/images/07e5/04/0e/1728308639_909:0:3640:2048_1920x0_80_0_0_64a43cdee380831e835267782cee6a8a.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

общество, сироты, подростки, дети, волонтеры в помощь детям-сиротам (фонд), приемные семьи, опека и попечительство

МОСКВА, 26 мар — РИА Новости, Мария Семенова. У Геннадия с женой не было детей. Они хотели принять в семью маленькую девочку, а взяли двух подростков — родных братьев. Один из них принялся активно испытывать приемных родителей на прочность: убегал из дома, воровал, скандалил. В органах опеки предложили: "Возвращайте". Три года такой жизни Геннадий называет непрекращающимся кошмаром. Но самое страшное воспоминание — момент, когда он подписал отказ.

"Устроил нам веселую жизнь"

Геннадий и Ирина (все имена в этой истории изменены) и не думали усыновлять двух мальчиков-подростков, которые большую часть жизни провели в детдоме. Все началось с того, что Ирина стала волонтером в общественной организации, занимавшейся поиском наставников для детей-сирот. Познакомилась с Петей. "Мы хотели маленькую девочку, но жена общалась с Петей, они сроднились. Решили забрать его", — рассказывает Геннадий.

Трудности возникли сразу. Во-первых, оказалось, что нельзя принять одного мальчика — органы опеки никогда не разлучают сиблингов, а у Пети был младший брат Аркадий, они жили в одной комнате. У них было тяжелое детство: "Отца убили, мать умерла от передозировки, когда Пете было четыре. Их старшую сестру забрала бабушка, а братьев отправили в приют".

24 февраля 2021, 08:00

"Иногда лучше в детдом, чем к родителям". Страшные судьбы беззащитных

Взяли обоих: Пете тогда было тринадцать, Аркадию — двенадцать. Опеку оформляли с трудом, все отговаривали, предупреждали, что с подростками будут сложности. Так и получилось. "Петя очень хотел в семью. Но, видимо, в его голове быть в семье — значит, делай что хочешь. Идеальная картинка не совпала с реальностью. Он просто не знал, что здесь есть обязанности. Первые две-три недели была радость, а потом пошли будни", — вспоминает Геннадий.

Петя стал прогуливать уроки. "Уходил утром, возвращался в 16-17 часов, но в школе не появлялся. Я узнал об этом, когда дней через десять позвонил классный руководитель и спросил, где вообще ребенок. У меня и мысли не возникало, что он не на занятиях. Побеседовал с ним, Петя дал слово: "Буду ходить". Но обещание не сдержал. Я объяснял: "Петя, тебя заберут от нас, и я не смогу этому помешать". Опека уже упрекала, что я не выполняю отцовские обязанности. Сказали: "Отдавайте обратно". Мы обращались к психологам, однако Петя с ними просто не разговаривал. Перевели его в частную школу, думали, там ему будет легче — ничего не изменилось", — продолжает опекун.

Проблемы росли как снежный ком. Петр убегал из дома, принялся воровать.

"Первый раз он убежал, когда не хотел делать то, что я попросил. Не помню, что именно, но что-то простое, вроде выбросить мусор. Я, естественно, испугался, пошел в полицию. С тех пор он исчезал каждый месяц на два-три дня, потом возвращался. Приходил всегда днем. Грязненький, ночевал в каких-то круглосуточных ТЦ, кинотеатрах — так он мне говорил. У него был друг из детдома, с ним и проводил время в основном".

Затем начались кражи. Из открытого ящика ("Не прятал никогда, не так воспитан") исчезли деньги, новые часы Геннадия — коробку от них он нашел в комнате приемного сына. Супруги стали запирать спальню на ключ, но Петя подгадал момент и сделал дубликат. Пропала модная сумка Ирины и что-то из украшений. Геннадий радовался хотя бы тому, что подросток не тратил украденное на алкоголь или наркотики — возвращался трезвым.

Когда Пете исполнилось пятнадцать, супруги поняли: до его совершеннолетия просто не дотянут. Но сразу решили, что в детский дом мальчика не вернут, подождут, пока он поступит в колледж и переедет в общежитие: опекуном в этом случае становится руководитель учебного заведения.

3 февраля 2021, 08:00

Как "инопланетянин" Лешка оказался в московской семье

"Это был постоянный ужас. Вечное напряжение. Но как его обратно в детдом? Мы же его взяли, на нас ответственность. Опека наседала: "Отдавайте!" Он прогуливал уроки, а они тоже за это отвечают. Но идти в колледж Петя сразу согласился — что-то у него щелкнуло. Голова-то у него светлая. Месяца за два-три с репетиторами подготовили его к ОГЭ, даже сдал на четверки. Я писал в опеке отказ, и это одно из самых моих ужасных воспоминаний в жизни. Петя ничего не сказал, но обиделся".

Аркаша, младший приемный сын, по-прежнему с семьей, а Петя через год окончит колледж — учится на повара-кондитера. Как сирота он получил квартиру — уже делает там ремонт.

"После нескольких месяцев в общежитии он снова начал с нами общаться. Удивительно, сейчас это совсем другой человек. Характер у него сложный, но как изменилось отношение к нам — небо и земля. Звонит сам, приходит в гости. Несколько месяцев жил у нас, когда была пандемия и в колледже не учились. И да, бытовые конфликты случались. Однако они были абсолютно нормальными. Спрашиваю: "Почему ты мусор не вынес?" Петя бурчит, а через 15 минут смотрю — сделал. Он теперь если и не любит нас, то ценит и прислушивается к нам. Может, мы просто не дотерпели? Всю жизнь буду задавать себе этот вопрос", — сожалеет Геннадий.

И напоследок говорит: "Вы только не пугайте людей. Напишите, что обязательно нужно брать детей". Геннадий и Ирина собираются еще раз стать приемными родителями — ищут дочь.

"Мама, давай Ваню отдадим?"

Главное, что отличает детдомовских от тех, кто растет в семье, — отсутствие авторитетного взрослого, человека, рядом с которым можно расслабиться, почувствовать себя в безопасности. Значимым взрослым становится и опекун. Но если он отказывается от ребенка, для малыша или подростка рушится мир.

"Один возврат, он, возможно, преодолеет. А если больше, решит: "Меня все равно вернут, зачем мне привязываться к новому человеку". Он не может нормально развиваться из-за постоянного стресса. Ситуация становится безвыходной: появится прекрасный, очень ответственный родитель, но ребенок уже не готов к сближению. Поэтому мы так боимся повторных возвратов", — комментирует проблему Алена Синкевич, психолог фонда "Волонтеры в помощь детям-сиротам".

Приемная мать Наталья Городиская рассказывает, как ей удалось вернуть доверие детей, переживших возврат, — таких в семье трое.

21 декабря 2020, 08:00

Как брат и отец борются за право воспитывать семилетнюю сироту

"Сложнее всего было с Полиной. Я ее увидела, когда работала замдиректора центра поддержки семьи "Красносельский". Кровная мать отказалась, удочерили — а потом та женщина умерла, девочку приняла в семью ее подруга. И в конце концов привела к нам со словами: "Она невыносимая, не можем с ней справиться". К шести годам ребенок пережил три потери. Я долго искала ей семью — безрезультатно. В итоге мы сами ее удочерили. Страх потерять родителей еще раз, думаю, жив в ней до сих пор, хотя она об этом не говорит. Но первое время у нее были бесконечные истерики, она кричала: "Я плохая, вы меня все равно отдадите". У нас есть Ваня с синдромом Дауна, хулиганистый мальчишка. Однажды Полина ко мне подошла: "Мам, а давай мы с тобой Ваню отдадим? Ну он же плохо себя ведет". И так периодически она высказывалась о разных детях, проверяя меня. Потом перестала. Я рада, что мы ее взяли: если бы это были новички, Полинка бы вновь оказалась в системе", — говорит Наталья.

Выгорание и розовые очки

Психолог и приемная мать Елена Мачинская много лет работает с опекунами, занимается семейным устройством сирот. Тех, кто отказался, объясняет она, условно можно разделить на несколько типов.

Первый — опекуны-родственники. Они берут сирот не потому, что хотели стать приемными родителями, а в силу обстоятельств: если в тюрьму попала дочь или погибла сестра. Часто это пожилые люди — они пытаются спасти внуков от детдома, но потом возраст берет свое.

Вторая группа, к которой можно отнести и Геннадия, — те, кто годами пытался установить нормальные отношения, но в итоге сдался. Обычно такие опекуны сталкиваются с психологическими или психиатрическими проблемами ребенка, из-за чего его пребывание в семье становится угрозой для других детей.

28 января 2021, 08:00

"Отец остается, бабушка — за дверь". История отчаянной битвы за сироту

"Самая многочисленная группа — те, кто не справляется эмоционально. Они долго пытаются найти подход к ребенку, полюбить его, нащупать точки пересечения. Это не плохие родители. Они борются, ходят к психологу, но постепенно у них возникают симптомы неврастении. Нередко развивается депрессия, преследуют головные, сердечные боли. Они выглядят измотанными, постаревшими, уставшими, их действительно можно пожалеть", — отмечает Мачинская.

И последняя категория — люди в розовых очках. "Они рисуют себе пасторальные картинки: детские ножки топают по дому, сирота будет их всю жизнь благодарить. Это и бездетные пары, и благополучные родители, и пережившие негатив в собственной семье: "Вырастила неблагодарного человека, а сейчас возьму сиротку — станет мне отрадой, в старости принесет стакан воды". Оформляют опеку, и когда что-то идет не по плану, обвиняют во всем ребенка. Бывает, говорят: "Заберите этого, я себе нормального возьму" или "Это же ужас, кого вы мне подсунули". Подобные отказы происходят очень быстро, иногда в первые же дни. Здесь нет борьбы, надрыва, только разочарование в иллюзиях", — говорит психолог.

Пример молниеносного возврата приводит Юлия Леснова, директор центра помощи семьям фонда "Найди семью": "Приемная мать вернула здорового двухлетнего малыша. У нее двое кровных детей: одному два года и девочке-инвалиду десять, не было собственного жилья, постоянного дохода. Ее предупреждали, что нет ресурса на приемного ребенка. Но она пробивала стену. Создала в соцсети группу для кандидатов, которым отказали "злые опеки". В общем, вела борьбу ради борьбы. Потом борьба закончилась, и остался малыш, которому нужна мама. Женщина активная, байкер, а тут пришлось мотоцикл отложить и заниматься ребенком, который постоянно плакал. Через две недели написала мне, что ненавидит себя, но и приемного видеть не может".

"Не помогают, а контролируют"

Алена Синкевич подчеркивает: перед тем как оформить опеку, родителям надо все взвесить, в этом им должны помочь специалисты. "Необходимо проанализировать риски, связанные с конкретным ребенком, и собственные ресурсы. Но жизнь есть жизнь. У человека может быть хорошее здоровье, стабильный доход, супруг, мама, готовая помогать. А потом ресурс меняется: опекун заболел, супруг или супруга пожалели о решении стать приемным родителем, умерла мама, на чью помощь рассчитывали, уволили с работы... И вся конструкция теряет устойчивость", — рассуждает Синкевич.

21 сентября 2020, 08:00

Почему право быть родителями приходится отстаивать, несмотря на закон

Другая проблема в том, что сотрудники Школы приемных родителей (все опекуны по закону обязаны ее пройти) часто сами не понимают особенностей детей-сирот. "В ШПР, к сожалению, есть люди из других сфер, не осознающие специфику. Там могут сказать: "Детки будут вам благодарны". На самом деле в семье ребенок какое-то время продолжает жить по тем правилам, к которым привык: прячет еду, пускает в ход кулаки. Это механизмы выживания, они не выключаются по щелчку. К одной моей знакомой, тренеру ШПР, часто приходят с установкой: "Зачем нам дурацкая школа, мы пятерых вырастили". И она всегда задает вопрос: "Вы когда-нибудь избивали ребенка? Забывали его на улице? Не кормили по несколько дней?" Будущие родители падают в обморок: "О чем вы говорите?" И тогда она отвечает: "Теперь поймите, что вы растили других детей", — объясняет Елена Мачинская.

Столкнувшись с проблемами, люди идут в органы опеки, но там часто предлагают лишь одно: "Возвращайте". В результате семьи боятся говорить о трудностях. Примерно девять процентов приемных детей возвращают. Эта статистика изменится, если приемным родителям будут квалифицированно помогать, а не только их контролировать.

С чем столкнулись знаменитости, воспитывая приемных детей

Сергей Безруков заявил о желании усыновить ребенка из детского дома. По словам актера, на такой шаг они с супругой Анной Матисон планируют пойти, когда подрастет их новорожденный сын Василий. «Газета.Ru» рассказывает, кто из российских знаменитостей воспитывает приемных детей и с какими трудностями они столкнулись.

Алексей Серебряков, актер

До недавнего времени Алексей Серебряков проживал в Канаде со своей избранницей Марией, с которой воспитывает ее дочь Дарью от первого брака. После неудачных попыток завести собственных детей они решили усыновить двоих подростков — Даниила и Степана.

«В своей жизни ничего более важного, чем они и моя жена Маша, я не нашел — поделился Серебряков в интервью с Юрием Дудем — Дело в том, что у нас с Машей два раза не получилось с детьми. А я ее так люблю, что не стал больше устраивать этих провокаций. Мы поняли, что можем это сделать. И Степа, и Даня — родные для нас дети».

Актер отметил, что иногда проявляет строгость, но в целом воспитание детей происходит в дружелюбной, толерантной и уважительной атмосфере. Серебряков также признался, что хотел бы еще детей, но из-за «закона Димы Яковлева», запрещающего усыновлять российских детей иностранным гражданам, — это невозможно, потому что его жена — гражданка Канады.

Сергей Зверев, стилист

В 1996 году звездный стилист Сергей Зверев усыновил трехлетнего мальчика из иркутского детдома. Приемного сына шоумен назвал в свою честь. Отец брал ребенка на все мероприятия, желая однажды сделать его своим преемником и передать ему наследство. Однако накануне совершеннолетия Зверев-младший обнаружил, что его отец ему — не родной.

Отношения Зверева и приемного сына ухудшились после того, как последний решил жениться без одобрения отца. И хотя Зверев-младший развелся после нескольких месяцев семейной жизни, масла в огонь подлил второй брак, который отец также не одобрил. Парикмахер счел новую избранницу сына меркантильной и выписал его из квартиры. Тот пытался оспорить это решение в суде, но проиграл. Стилист говорил, что готов пойти на примирение, если Зверев-младший разведется и устроится на работу.

Евдокия Германова, актриса

Звезда театра на «Таганке» и героиня фильма «Розыгрыш» Евдокия Германова усыновила Николая Ерохина из дома малютки в 2001 году. После того, как мальчик пошел в школу, она стала замечать за ним странное поведение. Учителя начали сообщать ей о необычных приступах ребенка и его неуспеваемости. Когда актриса привела Колю к врачу, тот поставил ему диагноз «шизофрения».

Тогда Германова отдала ребенка на лечение в психиатрическую больницу. Когда мальчика выписали в восемь лет, он узнал, что актриса отказалась от него. Колю отправили в детский дом. После совершеннолетия Ерохин пытался возобновить общение с матерью, но безуспешно. Тогда он рассказал журналистам, как актриса якобы издевалась над ним в детстве. По словам Ерохина, актриса назвала его психически больным, чтобы не выглядеть плохим опекуном в глазах окружающих.

Татьяна Овсиенко, певица

«Подарок судьбы» — так называет своего приемного сына певица Татьяна Овсиенко. Двухлетнего Игоря экс-солистка группы «Мираж» встретила в доме малютки в Пензе. Тогда она часто исполняла концерты в детских домах. Во время одного из таких визитов Овсиенко вместе с мужем и продюсером Владимиром Дубовицким решила взять на воспитание мальчика.

Сначала сотрудники детдома отговаривали их, поскольку у ребенка был врожденный порок сердца. Чету Овсиенко это не остановило — они перевезли мальчика в Москву, где ему сделали операцию. О том, что он усыновленный, Игорь Дубовицкий узнал в 14 лет. Сегодня уже взрослый сын проживает с супругой в Майами, а с приемной матерью продолжает поддерживать теплые и доверительные отношения.

Михаил Барщевский, адвокат и политик

Юрист Михаил Барщевский с женой усыновил двойняшек из детского дома. У супругов также есть родная дочь Наталья. Уже много лет Барщевский с женой Ольгой занимается благотворительностью и финансовой помощью детским домам, поэтому решение воспитывать приемных детей не было спонтанным. Когда двойняшкам Дарье и Максиму исполнилось шесть, родители рассказали им, что они приемные. Сегодня обоим детям уже по 16 лет.

«Это просто огромное счастье. Я полагаю, усыновить детей в районе 50 лет, когда свои уже выросли, — это реальный путь ко второй молодости», — делился родительским опытом Барщевский в программе «Максимальное приближение» на телеканале «Москва 24».

Роман Авдеев, бизнесмен

Бизнесмен Роман Авдеев вместе с третьей женой Еленой воспитывает 23 детей — шесть биологических и 17 усыновленных. Каждому из них предписана своя программа обучения. Младшие дети ходят в детский сад с билингвальным обучением, а старшие — в общеобразовательную школу. Всем детям прививают любовь к спорту и английскому языку.

«Помочь с жильем, с образованием, помочь устроиться – это да. Я готов дать удочку, а не рыбу. Родители должны сделать так, чтобы дети смогли выбрать собственный путь, за который сами будут нести ответственность. Дети вообще могут прожить любую жизнь – главное, чтобы свою», — рассказал бизнесмен в интервью Tatler.

«Детей мы распределяем не в какие-то идеальные семьи, а в те, которые есть в нашей стране»

В Петербурге прошла первая научно-практическая конференция по подготовке и сопровождению замещающих семей «Дома лучше», на которой некоммерческие организации, приемные родители и чиновники Минпросвещения обсуждали нашумевший законопроект о новых правилах в сфере семейного устройства сирот. Президент благотворительного фонда «Дети ждут» Лада Уварова рассказала специальному корреспонденту “Ъ” Ольге Алленовой о том, как должно измениться законодательство о приемной семье, чтобы семьи и дети были лучше защищены.

«Ребенку нужно время в новой семье на адаптацию»

— Больше года прошло с тех пор, как Министерство просвещения и Следственный комитет предложили изменить правила подготовки приемных семей, а также их сопровождения. В течение этого года ваша организация в числе других НКО участвовала в доработке законопроекта, и сейчас его рассматривает правительство. Какие у вас впечатления от этой работы?

— Когда вынесли на обсуждение законопроект, было много шума, потому что приемные семьи увидели там много угроз для системы семейного устройства детей. Но за последний год законопроект сильно изменился, из него убрали спорные моменты, например ограничение количества детей на одну семью. Сейчас в нем нет численных ограничений. Есть только ограничение на частоту приема детей в семью — не чаще чем один раз в год. Я могу сказать, что это правильная, на мой взгляд, норма. Ребенок приходит в чужую семью, ему нужно время адаптироваться к родителям, а родители должны адаптироваться к нему. На это нужно время. Но могу сразу сказать, что это ограничение не касается детей, которые являются друг другу братьями-сестрами или воспитывались вместе, даже если они не кровные родственники. А также детей, усыновляемых из-под опеки.

— Бывают такие люди, которые рождены воспитывать детей, и они могут брать в семью чаще одного раза в год.

— Бывают. Я считаю, что это скорее исключение, чем правило. Есть мировая практика, которая говорит, что ребенку нужно время в новой семье на адаптацию. И не надо изобретать велосипед.

Но вот если у нас появится наконец закон о профессиональной семье, то тогда вот такие семьи и смогут принимать детей чаще и больше, потому что профессиональная семья — это люди, которые берут любого ребенка, временно, на тот период, пока ему ищут постоянную семью. И они не выбирают, кого им брать. Но профессиональная семья — это не окончательное семейное устройство.

«В том или ином виде этот закон будет принят»

— Этот законопроект Минпросвета в среде приемных родителей уже назвали ужесточающим и антисиротским.

— Даже не знала. Он сейчас очень изменился по сравнению с первой версией. И он предлагает много изменений, которые, прямо скажем, нам нужны.

Может быть, для кого-то это и правда ужесточение. Оно направлено, естественно, не на тех, у кого все хорошо и они справляются, а на тех, у кого нехорошо и кто не справляется. Как я вижу, именно с этими людьми государству хочется урегулировать отношения.

— А зачем вообще их урегулировать еще больше? Разве нынешнего законодательства недостаточно?

— Нынешнее законодательство в области опеки и попечительства — очень замшелое. Старое. В него вносились изменения, например, в 2012-м, когда школы приемных родителей ввели. Но это такие «заплатки».

При этом надо отметить, что институт приемных семей в стране сформировался за последние десять лет. Когда детей брали мы и наши единомышленники, это был 2006–2007 годы, то такое поведение считалось из ряда вон выходящим, каким-то социальным экстримом. Сейчас это не так — у многих людей есть приемные дети. Семьи с приемными детьми появились в окружении каждого человека. Этот институт, скажем так, стремительно сформировался. А правила остались старые.

Когда вводили закон Димы Яковлева, мотивировали его тем, что в Соединенных Штатах есть случаи насилия в отношении детей. Было очевидно: они нас опережают по развитию этого института, но при этом у них есть такие случаи — значит, такие случаи есть всегда и везде, где есть институт приемной семьи. И странно было бы предполагать, что у нас будет развиваться этот институт, а случаев насилия не будет.

Сегодня мы получили огромное количество приемных детей в семьях. Если дети появились в семьях — в семьях будет происходить не только хорошее. И теперь государство, как я понимаю, вышло к обществу и предложило новые правила игры.

— Зачем?

— Для безопасности детей. Для актуализации законодательства. Для введения более понятных правил. Сейчас интересная ситуация — закон еще не принят, его изучают в правительстве, и пока не знаю, вернут на доработку или одобрят в таком виде. Но я понимаю, что в том или ином виде, сейчас или позже, но этот закон будет принят. Потому что законотворчество следует за развитием жизни. Понятно, что должен быть адекватный законодательный отклик на то, что происходит в стране, на формирование института приемной семьи со всеми его плюсами и минусами.

«В 36-метровую "однушку" двое взрослых могут взять двоих детей»

— Давайте поговорим про то, что предлагает этот законопроект.

— Давайте.

— Он вводит норматив по площади, на которую может быть принят ребенок. Это вызвало очень негативный отклик у приемных семей.

— На самом деле это та норма общей площади, которая определена социальным законодательством как минимальная.

Если у тебя в семье меньше этой нормы на человека, то ты ставишься на очередь как нуждающийся в жилье. На мой взгляд, справедливо — если у тебя жилья меньше, чем полагается для того, чтобы соблюдались санитарные нормы, ты должен встать на очередь как нуждающийся в жилье. Разве ребенок из детского дома не заслуживает того, чтобы устраиваться в условия, где у него, кроме кровати, будет что-то еще для жизни?

— Но вы же знаете, как работают органы опеки. Если семье не хватит одного метра по нормативу, ей не дадут ребенка.

— Я в этом вопросе сторонник четких правил. Вот по Петербургу этот норматив — 9 м общей площади на одного человека в семье. То есть, в 36-метровую «однушку» двое взрослых могут взять двоих детей.

На мой взгляд, куда больше? В этом месте часто говорят: «А как же дети с инвалидностью?» А что, ребенку с инвалидностью меньше места надо? Наоборот.

При этом я понимаю критику, которая сегодня есть. Люди задают резонные вопросы: «А что, если есть прекрасная семья, которая чудесно справится с детьми, но они будут спать на двухъярусной кровати в "однушке",— им откажут?» Я думаю, что в ряде ситуаций нужно подходить индивидуально — исходя из знаний специалистов о семье, из ресурса семьи.

Но мы находимся в ситуации, когда нужны какие-то правила. У нас был совершенно противоположный случай. Сколько-то лет назад мы судились в Краснодарском крае за приемную семью Натальи Клименко, есть такая широко известная в наших кругах мама, которая берет очень тяжелых по состоянию здоровья детей. У нее нет ни одного ребенка с легкой инвалидностью.

Опека не понимала, зачем брать таких тяжелых детей. Я, например, понимаю, что бывают такие люди, подвижники, я их видела. Редко, но бывают. А опеке это кажется странным, подозрительным, она боится, что потом ей придется что-то неприятное расхлебывать.

И опека в очередной раз отказала Наталье в приеме двоих детей в семью. На том основании, что в 250-метровом доме осталась только одна комната для новых детей, и это 25-метровая, проходная комната. И опека написала, что считает ее неподходящей для детей. Мы столкнулись с совершенно обратной ситуацией. Если бы было четко указано в законе, что 9 м общей площади на ребенка, то опека не смогла бы возражать в такой ситуации, в какой оказалась Наталья. А пока все — на усмотрение опеки.

— Самый неоднозначный пункт этого законопроекта — обязательное социально-психологическое обследование для кандидатов в приемные родители. Непонятно, кто и как будет обследовать, но инструмент для отказа человеку стать приемным родителем — мощный.

— Мы в Петербурге проводим социально-психологическое обследование кандидатов уже много лет, у нас это на региональном уровне есть.

— Погодите, оно же не обязательное.

— Да. Но договор приемных родителей составлен так, что ты его пройдешь. И хотя это не урегулировано федеральным законодательством, у нас на уровне порядка подготовки это есть. Если родитель проходит школу приемных родителей (ШПР), он получает свидетельство о прохождении школы и отдельно — социально-психологическое заключение о степени готовности к приему ребенка. В любой петербургской опеке у него попросят такое заключение, без него кандидат ребенка не получит.

— Но ваш кандидат может выехать в любой другой регион и без заключения усыновить ребенка?

— Да, пока такой нормы нет в федеральном законодательстве. Как раз в связи с этим расскажу один случай. К нам в школу приемных родителей ходила женщина 66 лет. Женщина странная, детей никогда не было, не так давно похоронила мужа. И она хотела взять младенца. Уже только на основании ее возраста я бы не советовала ей это делать. У нас в законе нет ограничений по возрасту в отличие от некоторых зарубежных государств, где оно есть. Например, в ряде стран 45 лет — это максимальный разрыв, который может быть у приемного родителя с ребенком. То есть, в 48 он может взять трехлетнего, в 50 — пятилетнего, в 60 — 15-летнего. Насколько я знаю, это ограничение вводилось для того, чтобы пожилые приемные родители возраста бабушек не оказывались родителями подростков. Но у нас нет таких ограничений.

Женщина эта собрала все справки, в том числе от психиатра. Она рассказывала нашему психологу, что хочет отнести ребенка на могилу мужа, чтобы покойник там его благословил, и чтобы малыш стал по-настоящему его ребенком.

Так вот, наши специалисты в заключении описали ситуацию и риски. Но мы видели, что наше заключение ее не сильно интересует. Она собиралась ехать в другой регион за ребенком, где не надо предъявлять заключение. По закону мы не можем не выдать свидетельство о том, что человек прошел ШПР,— если вы прослушали весь курс, посетили все занятия, мы обязаны выдать его в трехдневный срок. А заключение о социально-психологическом обследовании у кандидата точно спросят только в Петербурге. Человек, имея на руках «плохое» заключение, в нашу опеку не пойдет, а поедет туда, где у него не спросят такое заключение. И это меня пугает.

— Все-таки сегодня даже в Петербурге любой человек может оспорить в суде действия опеки, которая требует от него заключение о социально-психологическом обследовании.

— Может. И есть люди, которые идут в суд. Но какой-то барьер эта норма все-таки создает. И я за то, чтобы она была федеральной.

Я считаю, что социально-психологическое обследование — это благо при его квалифицированном проведении. В стране большое количество возвратов приемных детей, это каждый раз трагедия. И давайте прямо скажем, детей редко, но убивают.

Да, это происходит и в кровных семьях, но раз мы взялись решать судьбы осиротевших детей, то нужно сделать все возможное, чтобы им не пришлось столкнуться ни с насилием, ни с повторным возвратом.

— У вас в фонде работают хорошие специалисты, в Петербурге, в Москве они есть. А где их взять в небольших райцентрах? Кто будет их обучать, кто будет контролировать, как они работают? Ведь вы судьбу ребенка передаете в их руки, от их решения зависит, останется он в детском доме или уйдет в семью. Вы читали знаменитое заключение подмосковного органа опеки о том, что у кандидата «вакуум в сфере красоты и искусства»?

— Тут я соглашусь. Мне однозначно нравится эта затея, когда я думаю о наших специалистах, потому что я хочу, чтобы к их мнению прислушивались. Но зная, какая ситуация в стране с кадрами, я пока не понимаю, где взять психологов по всей РФ. Мы и в Петербурге ищем по полгода психолога сопровождения, который бы нас устроил. Минпросвет считает, что нужно передать ответственность за подготовку таких кадров главам регионов. Если у них появится такая задача и такая ответственность, то это подтолкнет к развитию индустрии в подготовке кадров. Если мы это не сделаем, у нас через 20 лет будет пустота в этой сфере. Это их позиция, которая не лишена логики.

— Региональные чиновники будут стараться кто во что горазд.

— Я рассчитываю на то, что Минпросвет подготовит очень внятные методические рекомендации, чтобы на местах имели представление, что и как делать. А также разработает обучающие программы для специалистов. На конференции в Петербурге мы как раз планируем этот вопрос обсуждать.

Но надо понимать, что в такой большой стране, как Россия, невозможно унифицировать все.

Вот мы однажды имели беседу со специалистами из Ямало-Ненецкого округа, они рассказали нам про проблемы, которые к Санкт-Петербургу вообще не имеют никакого отношения, хотя мы в одной стране живем. А проблемы у них такие: должно быть обязательное среднее образование у ребенка, поэтому детей изымают из стойбищ, и они обучаются в интернатах, очень далеко от стойбища. Редко видят своих родителей. Приезжают только на каникулы. Закончив интернат и получив это самое обязательное образование, ребенок не может уже жить в стойбище, потому что он отвык, корни обрубили. И в городе тоже не может жить, потому что не городской он. И эти дети выросшие болтаются между городом и тундрой, неприкаянные. Вот такая региональная специфика.

То есть, принимая какие-то единые для всех законы, мы должны понимать, что у нас очень разные регионы, и они должны дополнять на региональном уровне «нормативку» так, чтобы их особенности учитывались в законодательстве. Но единые рамочные правила все равно должны быть.

— Все равно не понимаю, зачем при отсутствии системы подготовки кадров делать обязательным такое заключение. Есть четкие требования к кандидатам: справка об отсутствии судимости, медицинские документы, подтверждающие отсутствие тяжелых заболеваний, в том числе психических, обследование жилья. Тут все понятно. Но ведь социально-психологическое обследование даст повод отказывать людям. Опека всегда перестраховывается. Семейное устройство зависнет.

— Смотрите, сейчас закон требует только справку об отсутствии судимости самого кандидата. Члены его семьи могут быть даже рецидивистами. Например, муж, старшие дети. И мы знаем случаи, когда именно член семьи издевался над приемным ребенком. А новый законопроект обязывает хотя бы мужа предоставить такие документы. При проведении социально-психологического обследования наш специалист выходит в семью и знакомится со всеми, кто будет проживать с ребенком. Да, это тоже не гарантия, что он все увидит, но это значительно больше, чем вообще никакой информации. И это давно надо было сделать.

Что касается справок от психиатра — это сейчас скорее формальность. Психиатр видит человека в текущий момент, во время приема, который длится 15 минут. Что за это время можно увидеть?

Дополнительная мера в виде социально-психологического обследования как раз поможет в такой ситуации. Но, оговоримся. Психолог не может и не должен выявлять психиатрию. Это должны делать психиатры.

Люди, с которыми я разговаривала в Министерстве просвещения, в Следственном комитете, видят страшные вещи. Это вообще не те проблемы, о которых мы с вами сейчас говорим. Это не повторные возвраты или не надлежащее воспитание. Они, к сожалению, видят полный ужас, и у них определенным образом картина мира сформирована, и они хотят, чтобы этого ужаса не было.

Та дичь, о которой они рассказывают, по большей части связана с приемными родителями или членами их семей, у которых алкоголизм, наркомания, невыявленное психическое заболевание в анамнезе. Они делали страшные вещи по отношению к детям, но у нас таким образом сформировалась законодательная база, что вопрос углубленного психиатрического обследования не может решать Минпросвет, это должна быть более глубокая и системная реформа, в том числе изменение закона о психиатрической помощи. А это уже Минздрав. Но то, что мы можем сделать, так это социально-психологическое обследование кандидата. Хоть что-то. Хотя я говорила и говорю о необходимости качественного психиатрического обследования.

В целом я хочу сказать, что люди все-таки в большинстве не безумны и не лишены здравого смысла. И в опеке, как правило, работают люди, которые понимают, что ребенку нужна семья. Этот законопроект отсечет крайние случаи, сомнительные. У меня большой личный опыт, я сама усыновитель, я три раза проходила эту процедуру, и никогда у меня не было проблем с опекой, хотя, она у меня самая обычная, просто потому, что у нас совершенно понятная, не вызывающая вопросов семья.

— Ну вы достаточно известный в Петербурге человек.

— Нет, когда мы брали первого и второго ребенка, я не была известным человеком. Но у нас все было понятно: как живут, где живут, на что живут, как будут жить дети. И что ресурсов достаточно.

А вот если ресурсы семьи вызывают сомнения, то тут надо очень внимательно смотреть и все взвешивать.

Я знаю очень много великолепных приемных семей. И очень много хороших. Их — большинство.

Но вот месяц назад мне написала семья, которая взяла семилетнего мальчика, о том, как они хотели маленькую девочку, но вот поняли, что это их сынуля. Он такой хороший! Правда, он лежал в психиатрии один раз, но они считают, что это не страшно, просто нервный срыв. И как они счастливы. А на днях эта же мама мне написала, что мальчик оказался очень проблемным, и он снова попал в психиатрию, потому что у него затяжные истерики и агрессия. И они от него отказались. Вот такой переход от эйфории до отказа за месяц. И возврат.

В неопытную семью разместили непростого ребенка. Это можно было предвидеть.

«Мы никогда не можем гарантировать, что у семьи не ухудшится материальное положение»

— Если социально-психологическое обследование станет обязательным, тогда нужно сразу понимать, как можно оспорить заключение специалистов, где можно получить независимую оценку.

— Разумеется. В законопроекте говорится о том, что должен быть разработан механизм оспаривания, механизм независимой экспертизы. И конечно, сама процедура защищена законом о защите персональных данных, это тоже есть в законопроекте. То есть результат обследования, заключение специалистов может быть передано на руки только кандидату. И только он сам, по своему желанию, может передать этот документ в органы опеки.

— А если не передаст?

— Тогда пакет документов будет неполный, у него не примут документы.

— А на сотрудников органов опеки будет распространяться закон о защите персональных данных?

— Конечно. Эти моменты появились как раз после внесения замечаний общественными организациями.

— Законопроект предлагает обследовать жилье приемной семьи не только перед помещением туда ребенка, но и в том случае, если семья куда-то переехала. Это не является вмешательством в частную жизнь?

— Если мы говорим о приемной семье, а не об усыновлении, то тут ребенок все-таки государственный, и государство имеет право знать, где и в каких условиях он живет. Семей с усыновленными детьми эта мера не касается.

И это очень понятная норма. Государство в первый раз посмотрело, куда отдает ребенка, и именно в эти условия его разместило. Если приемные родители их меняют, государство должно видеть, как дальше будет жить ребенок в этой семье. Я очень надеюсь, что в большинстве случаев решения принимают разумные люди, и они увидят, что вот тут семья реально захотела улучшить свои бытовые условия, и поэтому живет в доме без отделки, но потихоньку его приводит в порядок, а вот тут детей увезли в какой-то подвал, и это для них опасно.

У меня на глазах был такой случай в Петербурге — взяли ребенка, а потом зачем-то переехали очень быстро в депрессивную область, отдаленный край, в избе три окна. Недобросовестный поступок по отношению к детям, но сейчас по закону имеют право.

С другой стороны, мы никогда не можем гарантировать, что у семьи не ухудшится материальное положение. Оно может ухудшиться, но это не значит, что ребенка надо отнимать, об этом вообще речи нет. Подход должен быть очень гибким.

«В органах опеки нет ничего для работы с кризисом»

— У вас в Питере недавно был скандал — у глухой женщины опека изъяла двух детей, хотя мать не пьющая. Суд вернул детей матери. Это говорит об уровне подготовки сотрудников в органах опеки.

— Тут скорее история о том, как у нас работают с кризисом. В опеке ничего нет для работы с кризисом, у нее только ответственность есть. Это была кризисная мама, с которой опека взаимодействовала как могла. Но у женщины оказались такие соседи, которые бесконечно сообщали в опеку о том, как все плохо.

Сидит в опеке сотрудник, заваленный бумагами, а ему капают: ужасные проблемы в семье, ужасные проблемы, ужасные проблемы. В какой-то момент эта сотрудница несчастная понимает: уже восемь сигналов от соседей, а если что случится, меня же посадят.

И тут вот как раз надо говорить о том, что нужно менять законодательство в сфере опеки, нужно разгружать органы опеки и попечительства. Сейчас эти три сотрудницы на район не в силах выполнять всю ту работу, которая на них взвалена. А еще приемных семей стало так много. И подготовка их тоже возложена на органы опеки, и сопровождение.

Я считаю, что приемными семьями не должна заниматься опека. Специалисты, которые работают в опеке, в подавляющем большинстве случаев не имеют собственных приемных детей, и не имеют специального образования никакого, и, принимая решение, руководствуются здравым смыслом — кухонным, бытовым. Один специалист так на это смотрит, другой — иначе. И при этом органы опеки не располагают никаким ресурсом ни для оценки, ни для подготовки, ни для оказания помощи, но за все несут очень большую ответственность.

Это вообще нарушение законов мироздания, потому что ответственность не может быть больше, чем полномочия и возможности. Должна быть реформа, которая изменит эту ситуацию. Этой сферой должны заниматься те, кто в ней разбирается. А сейчас тот же законопроект носит несколько изолированный от ресурсов характер. Вот, на мой взгляд, это основной к нему вопрос. Если мы его начинаем рассматривать при реально имеющемся ресурсе, то понимаем, что ресурсы, мягко говоря, недостаточны.

Но повторюсь, изменения назрели. Полно случаев, которые нас всех беспокоят и которых не должно быть просто в принципе, а они все время попадают в информационное поле, связанное с приемными семьями.

Есть еще одна большая проблема — ментальная, я бы сказала. Сиротство — это же не изолированная проблема, это следствие низкого уровня жизни, алкоголизма, наркомании, бедности, отсутствия кризисной поддержки. И проблемы в приемных семьях — это тоже следствие низкого качества нашей семьи в целом. Еще совсем недавно в нашем детстве читали рассказы про то, что хороший положительный отец-труженик, конечно же, даст сыну ремня, если тот провинился. И к нему никаких вопросов не было — конечно, нормально, мальчишке дали ремня.

Мы в этом выросли, у нас очень высокая культура насилия и решения вопросов силовыми методами. Это в ментальности нашей сидит. Детей мы распределяем не в какие-то идеальные семьи, прилетевшие с Луны, а в те, которые есть в нашей стране.

И нельзя сидеть и ждать, пока родители бьют детей, и насилие воспроизводит новое насилие. С этим надо много работать.

— Подготовка приемных родителей сейчас проводится в ШПР, а сопровождение — где придется, и оно не обязательное. Законопроект предлагает обязательное сопровождение. Но кто должен его осуществлять?

— Я вообще считаю, что те, кто готовит приемного родителя, должны его сопровождать. В процессе подготовки специалисты школы выстраивают хорошие длительные отношения с будущими приемными родителями. Вот сейчас нет обязательного сопровождения, а родители, которых мы готовим, взяв ребенка, сами начинают к нам ходить. Потому что в нашей ШПР работают люди, которым эти родители доверяют, которых они считают экспертами, с которыми могут посоветоваться. И с которыми они чувствуют себя в безопасности, это тоже очень важный момент, понимаете? И очень хорошо, что в законопроекте говорится об обязательном отделении сопровождения семьи от контроля за семьей. Это то, о чем мы говорили чиновникам, и они нас услышали.

— Сегодня в России много дублирующих форм приемной семьи — безвозмездная и возмездная опека, приемная семья, где родители считаются работниками и получают зарплату. Почему нельзя сделать единый тип профессиональной семьи? И отдельно от нее — родственная опека и усыновление. Как в западных странах.

— Я думаю, что мы к этому еще не готовы. Я не раз спрашивала приемных родителей на наших встречах: уважаемые приемные мамы, скажите, пожалуйста, кто бы усыновил своих приемных детей, если бы мог сохранить все меры господдержки? И большинство мам ответили, что они бы усыновили. И я считаю, что нужно сохранять для усыновителей те меры поддержки, которые сейчас есть у приемных семей,— льготы, пособия. По деньгам мы не проиграем, но огромное число детей получат новый статус. Однако в таком случае нужно отменять тайну усыновления, этот вопрос тоже давно назрел. А если не отменять, то никакой поддержки не будет.

Приемный ребенок станет своим, если этого захотеть

«Приемный ребенок станет своим, если этого захотеть»

В последнее время увеличилось количество тех, кто потенциально готов стать опекуном, усыновителем или приемным родителем. К решению о приемных детях люди приходят разными путями: кто-то долго думает, готовится, запасается информацией. Кому-то достаточно однажды увидеть трогательное фото ребенка в одном из множества объявлений в соцсетях, чтобы начать собирать документы. И наверняка найдутся те, кто вдохновился примером других приемных родителей. О своей семье и рассказали Ольга и Александр, мама и папа семерых детей, четверо из которых – приемные.

Как вы пришли к решению воспитывать приемных детей?

–Знаете, нам всегда хотелось, чтобы у нас была большая семья,– рассказывает Ольга. – В 1995 году у нас родилась старшая дочь, Людмила. Тогда мы жили в Токсово, у нас была коза и строительный вагон… А мы были очень счастливы. В 1999 году, уже после переезда в Петербург, родилась Катя. Во время родов возникли осложнения, была вероятность, что мы больше не сможем иметь детей. Наверное, тогда у меня впервые появилась мысль о том, чтобы взять в семью приемного ребенка. К тому же, для меня приемные дети – норма. Так вышло, что в моей семье практически в каждом поколении воспитывались приемные дети. Мы, кровные братья и сестры, росли вместе с ними, не подозревая о том, что кто-то – приемный. Все были одинаково родными. Поэтому для меня семьи с приемными дети не являются чем-то особенным, исключительным, странным.

–Десять лет назад у нас родился Федор, – продолжает рассказ супруги Александр, – все в нашей жизни было прекрасно, и мы были уверены, что никого счастливее нас и быть не может. Когда в семье есть трое детей, не задумываешься о ее расширении. Да, мы допускали, что однажды станем приемными родителями для какого-нибудь малыша или малышки, поэтому прошли обучение в Школе приемных родителей, но конкретных планов не было.

Однажды к нам за помощью обратилась знакомая, которая работала в Доме малютки, попросила договориться об обследовании новорожденного ребенка у кардиолога. Мы договорились с врачом, показали ему девочку… и незаметно для самих себя так прикипели к Ане, решили, что она станет частью нашей семьи. Так что у нас не было долгого периода сомнений, обсуждений, выбора ребенка. В общем, всего того, через что проходят приемные родители… все произошло само собой, и сложилось очень гармонично. Не мы выбрали приемную дочь, а она – нас.

Желание принять в семью ребенка возникло у вас спонтанно, было естественным порывом. Но ведь вы обсуждали это с родственниками, с детьми. Как они к этому отнеслись?

–Анечке не было и двух месяцев, когда она появилась в нашей семье, – рассказывает приемный отец. – Людмила и Катя были уже достаточно взрослыми, чтобы понять, что нами двигало, понять мотивы. Они позитивно отреагировали на нашу новость. Федору было четыре года, и он был вовсе не против появления младшей сестрички.

–Нас ведь было трое, поэтому мы прекрасно понимали, что такое большая семья, как хорошо, когда рядом есть родные люди, – рассказывает Катя, средняя из детей Александра и Ольги. – Наверное, будь я единственным ребенком, мне было бы сложно смириться с необходимостью делиться вниманием родителей. Мне кажется, когда мама с папой привезли Аню, наша семья сплотилась еще больше. Она была такой маленькой, такой худенькой… О ревности и речи быть не могло! Все старались позаботиться о новом члене нашей семьи.

–Действительно, у Анечки был недобор веса, - вспоминает Ольга. – Она отказывалась от еды, и первое время кормить ее требовалось очень часто. Все принимали в этом участие, старались оберегать ее. Помню, в то время лучшим подарком для нашей семьи было детское питание, все друзья об этом знали и часто привозили нам запасы.

Аня была первым приемным ребенком, потом у вас появился Руслан. Как это произошло?

-Как и в случае с Аней, решение принять в семью Руслана было спонтанным, – рассказывает Ольга. – Я просто увидела его фотографию на стенде в отделе опеки и попечительства. Желающих взять его в семью, не было. Можно сказать, отсутствие очереди за ребенком и стало решающим фактором. Руслана мы забрали из того же Дома малютки, что и Аню. Он был очень забавным, таким щекастеньким, сразу нас очаровал.

После малышей в вашей семье появился Анатолий. Почему вы решили принять в семью подростка?

–Я училась с Толей в одном классе, – рассказывает Екатерина. – В середине девятого класса он просто пропал: перестал ходить в школу, не пришел ко мне на день рождения. Как оказалось, приемная семья, где он тогда жил, отказалась от него.

–Катя однажды пришла из школы и рассказала, что Толя вместе со своей семьей уезжает в другую страну, – продолжает Ольга. – О том, что на самом деле произошло, мне рассказал классный руководитель дочери. До того момента мы и не догадывались, что Толя – приемный. Это никогда не афишировалось.

Узнав, что он вновь помещен в детский дом, мы решили помочь. Пришлось подождать, пока информация об Анатолии не появилась в Федеральном банке данных о детях-сиротах и детях, оставшихся без попечения родителей, чтобы выяснить, в какое учреждение определен подросток.

–Если бы детский дом, куда его отправили, находился в Санкт-Петербурге, мы бы не так переживали. Здесь у него хотя бы были друзья, привычное окружение. Мы знали его достаточно долго как одноклассника нашей Кати, поэтому не могли безразлично отнестись к такому повороту событий. Какое будущее могло быть у выпускника девятого класса, детдомовца? Не самые благоприятные перспективы: грубо говоря, его ждала работа автомеханика или повара, – считает Александр.

–Тогда мы начали рассматривать варианты, как сделать так, чтобы вернуть его в привычную среду, – рассуждает Ольга. – И мы столкнулись с проблемой: ни одно образовательное учреждение не хочет брать на себя ответственность за несовершеннолетних, выступать в качестве их опекуна. И это реальная проблема: скольким хорошим ребятам отказывают в обучении только потому, что они остались без попечения родителей? В общем, как мы поняли после консультаций со специалистами, если мы действительно хотим помочь, то оформление опеки над Анатолием – единственный вариант. Конечно, мы рассказали о желании помочь, о своей семье, спросили его мнения… И он согласился. Так у нас появился еще один сын.

Надо сказать, директор детского дома, откуда мы забрали ребенка, оказался прекрасным человеком, искренне переживающим за судьбу своих воспитанников. Он очень нас поддерживал, стремился помочь. Помочь, в первую очередь, Анатолию.

Когда приемный ребенок приходит в семью, он приходит туда с уже имеющимся у него опытом. И этот опыт всегда травматичный, без исключений. У каждого приемного ребенка есть история, которую его родители должны уважать. Важно понимать, что принимая ребенка в семью, придется проживать с ним его проблемы, утраты, перенесенный урон. Так или иначе, приемный ребенок — не то же самое, что ребенок кровный. Вам приходилось сталкиваться с особенностями развития ваших приемных детей, приобретенными в связи с их жизненным опытом? Какие нюансы вы можете отметить в процессе их взросления?

–Если говорить об Ане и Руслане, то мы не видим чего-то такого, с чем нам не приходилось сталкиваться, пока росли наши кровные дети. Они ведь растут с нами практически с рождения, и никогда не знали другой семьи. Думаю, приемная семья отличается от обычной только первое время, когда все ее члены только адаптируются к новым условиям жизни, к появлению нового ребенка. Когда происходит принятие, семья перестает чем-то отличаться. Что же касается нюансов, думаю, они есть в каждой семье без исключения, вне зависимости от того, есть в ней приемные дети, или же нет, – размышляет Ольга. – С Анатолием другая история: та ситуация, что ему пришлось пережить, не могла не оставить свой след на состоянии подростка. Толя до сих пор очень выборочно идет на контакт с взрослыми. Он очень долго привыкал к нам, мне кажется, первое время относился с опаской. Но это понятно: он пережил предательство близких дважды, и потерянное доверие восстановить сложно. Мы думаем, Толя адаптировался к жизни в нашей семье: он очень любит проводить время с малышами, чинит их игрушки, если они ломаются. Вообще он очень хозяйственный парень, может приготовить что-нибудь вкусное, например. И прекрасно рисует.

–Наверное, поведение нашего младшего, Никиты, тоже несколько выделяется на фоне остальных детей, – считает Александр.

–Иногда Никита в общении с взрослыми ведет себя так, будто ищет что-то, заглядывает в глаза, проверяя, можно ли человеку доверять, - Ольга продолжает мысль супруга. – Мы знаем Никиту практически с момента его рождения. По сути, в нашей семье он пока гостит, мы оформили опеку по заявлению. Понимаете, бывают такие ситуации, когда кажется, что буквально все настроено против тебя, настоящая черная полоса в жизни. Так произошло с его мамой, и мы старались помочь ей, как могли. В какой-то момент она посчитала, что не сможет обеспечить его всем необходимым, и ему будет лучше с нами. Это было непростым, но взвешенным решением. Разумеется, мы советовали ей одуматься, пытались отговорить ее… Первые две недели после оформления опеки постоянно находились в ожидании. Думали, она передумает и вернется за сыном. И хотели, чтобы она вернулась, чтобы сохранила семью. Единственную семью, которая у нее есть. Но этого не произошло, и нам не оставалось ничего иного как принять этот выбор.

Любой ребенок требует внимания, но ребенок приемный – особенно. Как вам удается компенсировать недостаток внимания кровным детям?

–Не знаю почему, но среди наших детей никогда не было ревности. Поначалу мне казалось, что Никита может ее спровоцировать, но – нет. Как мне кажется, младшие дети просто решили, что он им не конкурент, - смеется Ольга. – Аня, конечно, часто спрашивала, где мама Никиты, когда она его заберет. Но эти вопросы были спровоцированы не нежеланием делить свою маму с еще одним человеком, а жалостью к его маме. «Ей же без него плохо, она, наверное, плачет», - говорила Анечка. Вообще, как-то само собой получается, что с каждым из детей мне удается проводить время наедине, поговорить по душам. В школе приемных родителей этому учат, но у меня выходит само собой.

Вы открыто рассказываете историю своей семьи в присутствии детей. Получается, все ваши приемные дети знают о своем происхождении?

–По совету психолога, мы рассказали Анечке о ее рождении только тогда, когда это стало важно для нее самой, – отвечает Ольга. – Вопросов у нее не возникало достаточно долго, а когда она наконец спросила, мы были к этому готовы и рассказали ей, что дети иногда остаются без родителей. Так случается, но они ищут друг друга, и мы очень верим, что однажды всех детей найдут, как мы нашли ее и Руслана. Конечно же, Аня сразу поделилась этой информацией с Русланом: «а знаешь, Руслан, нас родила другая тетя!». Но ему до этого пока нет дела. Мы задумывались, что если бы Аня была единственным приемным ребенком в нашей семье, было бы сложнее объяснить ее происхождение, другую фамилию и отчество, а ей – понять и принять это. А так, когда она знает, что есть и другие приемные дети, она не чувствует себя не такой как все. Правда, она уже заявляла, что она сменит фамилию, когда вырастет: «не хочу фамилию как у Руслана, хочу как у Феди!». Но это может и подождать. А вот имя, видимо, придется менять в порядке судебного разбирательства. Дело в том, что Аня при рождении названа иначе, но не признает свое имя, хочет быть Анечкой. Но изменить имя невозможно до наступления 14 лет. Специалисты ЗАГС на наш запрос ответили: «не положено, вы лишаете ее национальных родовых корней». О каких корнях идет речь, если дети – отказники? Нет никакой информации об их родителях. Вместо имен отца и матери в свидетельствах о рождении – прочерки. В общем, на случай судебного решения о смене имени не в нашу пользу, мы сказали Ане, что у нее два имени: одно ей дали при рождении, а второе – при крещении.

С появлением в вашей семье приемных детей, в вашей жизни появились социальные службы, специалисты органов сопровождения, отдел опеки и попечительства, к примеру. Как вы относитесь к их вмешательству в жизнь вашей семьи?

–Специалисты сопровождения нас особо не тревожат. Они корректно относятся к нашей семье, - говорит Ольга. – Да, не раз нам приходилось слышать о сложностях, которые возникают в семьях с приемными детьми из-за вмешательства специалистов социальных служб. Но нам, как мне кажется, всегда сопутствовала удача, и все специалисты, с которыми мы сталкивались, шли нам навстречу. Нашу семью сопровождали трое специалистов отдела опеки и попечительства, и все они – замечательные люди, о которых мы не можем сказать ни одного плохого слова.

В целом, особого вмешательства в нашу жизнь мы не видим. Да и не считаем, что нуждаемся в постоянном сопровождении и непрерывном контроле. Но в случае необходимости можем и сами обратиться к специалистам: к примеру, мы иногда обращаемся за консультацией к психологу Школы приемных родителей, где мы проходили обучение. Отдел опеки регулярно приглашает нас  в театры и другие детские мероприятия. Мы очень рады!

В последние несколько лет приемным семьям стало гораздо проще с точки зрения отчетности, систему упростили на законодательном уровне. А в 2011 году нам еще приходилось отчитываться за все. Помню, как мы всей семьей собирали чеки: дети садились за стол и аккуратно приклеивали их. А однажды, это был, кажется, первый год, когда мы взяли под опеку Аню, у нас все чеки выгорели на солнце! Мы страшно волновались, но, к счастью, стоимости путевок в санаторий хватило для покрытия отчетности. Хорошо, что эту систему упразднили.

Ваша семья – особенная. Приходилось ли вам сталкиваться с негативной оценкой социума в силу особенностей вашей семьи?

О каком обществе идет речь? - спрашивает Александр. - Не думаю, что мы так сильно выделяемся, что абстрактному обществу есть до нас дело. Да, детей у нас больше, чем у большинства знакомых нам семей, но мы ведь не рассказываем всем о том, что среди них есть и приемные. И никому не навязываем свою модель семейной жизни. Что касается друзей, знакомых, родственников, здесь тоже не приходилось сталкиваться с негативным отношением. Недоумение – вот более подходящее слово. Да, вопрос «зачем?» мы слышали не раз. Людям, как правило, понятно желание взять в семью приемных детей, когда нет кровных, но когда их трое, - это вызывает вопросы.

Есть ли у вас пожелания, советы, напутствия для тех, кому только предстоит стать приемными родителями?

–Общепринятое мнение: в процессе воспитания приемных детей возникает гораздо больше проблем, чем в процессе воспитания детей кровных. Но нам кажется, что это не так, - заявляют Ольга и Александр. – Проблемы с приемными детьми появляются в тех семьях, где родители не могут избавиться от мысли, что их ребенок – приемный. Если постоянно заострять внимание на этой мысли, то жизнь в семье станет очень сложной для всех. Так что, единственное, что мы можем пожелать приемным родителям – не бояться! Приемный ребенок станет своим, если этого захотеть.

 

Светлана Залаутдинова

Ксения Гимадеева

Если ваши друзья стали приемными родителями: что нужно и что не нужно делать | Благотворительный центр "Соучастие в судьбе"

Как вести себя с малышом? Что принести в подарок? Какие темы лучше не трогать в разговоре с родителями? Что пойдет на пользу, а что навредит? Эту памятку мне, как приемной маме, хочется оставить в подарок каждому — чтобы и приемным родителям, и их друзьям было проще!

Казалось бы — ребенок и ребенок. Зачем строить кучу сложностей? Но так случилось, что норм по поводу приемного родительства у нас в обществе как-то и нет. Принято или говорить «герои», или игнорировать историю появления детей в семье — мол, ребенок и ребенок, как все. Так как усыновление долго делали скрытым и соблюдали тайну, то никто в окружении обычно не знал, чем вызваны особенности поведения, и как стоит себя вести, чтобы ребенку и его родителям было легче. А между тем такие советы есть, и они могут помочь!

Я спросила приемных родителей, что им больше всего мешало в первое время ребенка дома, а что помогало. И вместе с ними постаралась составить памятку, которая объясняет все те вещи, которые обычно у мамы, занятой адаптацией, объяснить не получается.

Шесть главных «не»

Первое и главное — понять: ребенок проходил то, что дети обычно не проходят, и жил в условиях, не предназначенных для детей, где много взрослых сменяют друг друга, и каждый со своими правилами. Он приспособился к этим условиям и выработал свои способы существовать. Например, очаровывать взрослых, стараться им понравиться (от этого зависит выживание), угадывать их настроение, играть на жалости… И зависеть только от себя, не доверяя взрослым. Это были лучшие его способы в тех, худших условиях.

Не оспаривать главенство родителей ни в чем

Но сейчас условия изменились, и чтобы спокойно развиваться дома, малышу важно принять маму и папу как единственных взрослых. Только в этом случае он сможет расслабиться. Как только он чувствует себя в прежних условиях, там, где любой взрослый мог влиять на его судьбу — его захлестывает тревога и откатывает назад, в прежнее состояние, в панику и стресс.

Мамина задача — снимать эту тревожность. Иногда это может выглядеть как слишком строгие запреты — ну например, запрет взять у вас, друга семьи, игрушку или конфетку. Но это для пользы ребенка. Для снижения его тревожности, его вскинувшегося стремления вас очаровывать, вам нравиться, «работать» на вас. Все это тормозит его выздоравливание. Именно поэтому самым лучшим будет беспрекословно соблюдать то, что сказала мама.

К сожалению, взрослые, особенно те, у кого есть дети, нередко принимают это за ревность, и не видят, что нарушением границ наносят большой вред ребенку. Например, простая фраза «ой, да ладно, что ты его все гоняешь, я сама себе чашку возьму» может сильно повредить ребенку и его только выстраивающейся иерархии и подкрепить различные расстройства привязанности.

Если его «тыл» все время подвергают сомнению — ребенок начинает чувствовать себя не в безопасности.

А если он не в безопасности — значит, он снова должен думать, как выживать. И это кажется ерундой, мелочью, но именно это чаще всего наносит столько вреда, хотя и совершается от добрых побуждений — нежелание верить, что к ребенку нельзя так же, как ко всем детям: прийти с подарком в руках, потрепать по голове, обнять, поболтать с ним о том о сем, отдельном от родителей. В первые полгода дома, а иногда и дольше, важно соблюдать карантин, чтобы ребенок смог перестроиться и немножко привыкнуть к новой жизни. И всем, кроме мамы и папы, кто появляется в жизни ребенка, важно следить за тем, чтобы не становиться на ведущую роль. Не претендовать на нее. И аккуратно вышагивать из этой роли, если ребенок ставит вас в нее сам.

«Я как-то настойчиво сказала, будучи в гостях, мол, не бойся, я «своя». Ведь кажется важным не напугать ребенка, которого видишь впервые. Но по факту для него я точно никакая не своя, да и для мамы еще не особо своя была, и в принципе про свой-чужой родители должны бы говорить. Но будучи пришлым чужаком, человеку вне темы сложно психологически принять, что он не значим, и более того — должен остаться не значимым, так как значимые тут только родители. Вот это важно повернуть в сознании, мне кажется».

«Если ребенок начнет перед вами читать, петь, плясать, просите прекратить это делать»

«Не брать на руки, не тискать, не трогать, не гладить, даже если дети этого хотят. Под страхом «ты мне не подруга» ничем не прикармливать детей. Пусть это будет даже витаминка: еду, питье, сладости и прочее, что можно положить в рот, ребенок получает от матери, а не от чужого (!) человека. Приходите некоторое время без подарков. А если принесли что-то, то, как бы ребенок (от 0 до 18 лет) ни просил, вручайте родителям. И если ребенок начнет перед вами читать, петь, плясать, просите прекратить это делать. Потому что дети за свою жизнь в детском доме выработали рефлекс: незнакомый человек переступил порог — надо бежать ласкаться, смотреть глазами кота из Шрека, исполнить номер — танцы, стихи, пение. Тогда добрый человек даст что-то вкусное, погладит по голове, сфотографируется, а еще и подарок вручит. Правила не обсуждаются. они написаны нервам, психическим (порой и психиатрическим) состоянием, а также жизнями этих детей. Горько читать, как приемный подросток выпрашивает селфи или пытается рассказать стишок доставщику еды из магазина или просится жить у гостя. А гость добрый — он дал телефон и конфетку (втихую, несмотря на предупреждение), и еще на коленях подержал, по головке погладил».

Чтобы не было сомнений, можно представлять себе ситуацию так: вот вы после операции на желудке. Лежите в больнице. А друзья приходят и суют вам гамбургеры, сало и чипсы — ну, побаловать вкусненьким. Вы от этого можете умереть, пищеварительная система не выдержит. Нельзя-нельзя, кричит врач, вам сейчас только физраствор, медсестра все принесет. А друзья продолжают тихонечко подсовывать дары. И если на вашем месте будет ребенок, он может и не выдержать и возьмет что-то «вкусное». Принесет ли это ему добро?

«При общении с детьми ни в коем случае не брать на руки и не обнимать, даже если дети лезут со страшной силой обниматься сами. Мягко отодвигать и говорить, что обниматься — это с мамой, а мы можем пожать руки друг другу, например».

«Не высказываться по поводу решений/указаний матери ребенку (типа: ой, да ладно, зачем это твоя мама запрещает шоколад, он же вкусный! сегодня можно!)»

«Все, все, все через маму — подарки, обнимание, вкусняшки. Если сомневается — спроси у мамы. И всегда брать сторону мамы перед ребенком. Короче, стрелка всегда к маме».

Не жалеть ребенка

Да, как ни странно это прозвучит. На самом деле вдумайтесь — а за что жалеть? Наоборот, ура же! У него теперь есть свой любящий взрослый, дом, комната и даже может быть кошка. Если у ребенка имеются особенности здоровья, развития — тем более ни в коем случае не нужно делать за него какие-то вещи или причитать над ним. Он и без того привык использовать эту кнопку в обращении с миром — и это совсем не делает ему добра.

«Не бежать спасать этого самого ребёнка с особенностями, если он упал/истерит/типа не может идти/ползти/надеть/снять и др. Если мама это видит и не бежит спасать — значит, это концерт для вас, зрителя, не поддавайтесь».

«Не подчеркивать нестандартность ситуации для ребенка — все так, как и должно быть».

«Не говорить при ребёнке, что он несчастный сирота, даже если кажется, что он не слышит. Потому что он уже не сирота».

«Не общайтесь с ребёнком за спиной родителя. Ни виртуально, ни в гостях тихонько: ну как тебе тут? Трудно приходится?»

«Не солидаризоваться с ребенком против мамы в его нездоровых порывах, мелких и крупных. Не соблазнять его. Если кажется, что ребенка держат строго — не только не подрывать этот «строгий режим», потакая свободолюбию, но и не критиковать его. Ни при ребенке, ни вообще».

«У меня каждый раз ощущение, что я просто не могу нормально объяснить, почему этого делать не стоит. И потому что это подрывает таким трудом выстраиваемое доверие. И что это кормит ребеночью игру в «бедного сиротку», от которой его самого уже тошнит!!! Но невозможно ж отказаться. Что это просто не хорошо, что всякое тайное вредно для всех. Блин. Кто-то понимает с полуслова. Кто-то никогда».

«Отдельно для «добрых» волонтеров, «друзей», родственников — не давать ребенку, находящемуся в семье , денег, без согласования с родителями!»

«Вспоминаю наше.

— А чего таких взрослых? Они же уже большие/самостоятельные, мама-то им зачем? (у нас дети в семью подростками пришли. Каких в родблоке выдали, таких и взяли. А мама нужна каждому).

— Да что ты, пусть сидит спокойно, я сама поставлю, что, загоняла тебя мамка уже? Ну дает! (Да, у нас такие правила и график дежурств, не надо его подрывать, передайте вашу грязную чашку дежурному).

— Ну что, уже 18 скоро? Получит свою квартиру и все? (Как получит, так получит, живём в привычном режиме. А вы своих детей в 18 лет и 1 день выставили за дверь?)

— А вы генеееетики не боитесь? (если только своей — у меня прадед НКВДшником был, страшно?!)

​И да, дружбанство с моими детьми и попытки обесценивания моих слов или правил!!»

Не задавать такие вопросы

А он уже зовет тебя мамой? А как зовет? А почему? А кто его настоящие родители? А других там не было? А откуда он? ОТКУДА?!! А что так далеко? А поближе нельзя было? А учится как?

«То есть факт уже свершился. Точка. Но вопросы прямо заставляют оправдываться за своё решение. Да ещё и с намёком, мол, и нафига такие трудности в такой дали».

Про школу вообще — честное слово — спрашивать не нужно вовсе. Сразу примите за точку отсчета, что оценки будут не очень. И это нормально. Уровень стресса у детей в детском доме — как при бомбежке. Если бы ваш дом бомбили из года в год, вы бы делали успехи в принудительном изучении китайского языка?

Не спрашивать при ребенке: «а что с родителями?»

«Я бы сказала «не обсуждать при ребёнке ничего про прошлую жизнь, про адаптацию, здоровье». Блин… это наверное называется «быть тактичным», но лучше расшифровать».

«Пожалуйста, не спрашивайте: а ты можешь отдать его обратно?»

«Фраза моей подруги: «он должен общаться только с такими, как он сам!» Это с какими такими? С такими — с приемными! Почему? Потому что он должен ненавидеть обычных детей!»

Кстати про словарь. Есть слово «кровные», есть слова «не кровные» или «приемные». Слово «свои» тоже есть, и оно обозначает всех детей, живущих в семье. Чужих в семье нету. А слово «родные» подходит всей семье.

Если в доме есть и кровные дети, не надо акцентировать, даже полунамеком — а «свои» как отнеслись к «не своему». Не удивляться «а почему они похожи», или не искать эту похожесть. Но вообще обычно все дети начинают быть похожими на своих взрослых через полгода-год. Просто потому, что перенимают мимику, пластику, способы морщить бровь. Которые вы когда-то переняли у своих родителей точно таким же способом.

Не сравнивать

Ни с возрастными нормами («Такой большой и сосет пальчик?»). Ни со своими детьми («Надо же, а моя в три уже читать начинала»). Не пытаться объяснить все трудности универсальными возрастными проблемами («ну он же подросток», «ну мальчики все с характером», «да у меня дочка тоже такая была»). Лучше вообще не произносить »а вот мой так делал, но мы исправили». Скорее всего, речь идет о несопоставимом опыте, потому что у недавно принятых в семью детей есть своя история, скажем честно, совсем не похожая на историю вашей семьи, и травматический опыт, и скорее всего не пройденные возрастные кризисы. Просто потому что для проживания кризисов нужна безопасная среда. Так что они скорее всего начнутся только дома (да, и кризис трех лет в пятнадцать. Легко!). Обычная шкала не очень применима — а маме нужна поддержка, а не примеры вашей родительской успешности.

Не удивляться маминому поведению

Да, это такое специальное время, когда мама, давно вам знакомая, может быть слегка… неузнаваемой. Не отвечает на звонки, говорит невпопад, смеется или плачет — поддержите, это пройдет. Адаптация — непростая штука.

Дина Магнат
Руководитель школы приемных родителей «Институт развития семейного устройства«, системный семейный психолог

«Любой психолог, работающий с приемными семьями, знает, какой это сложный период: адаптация, привыкание ребенка и семьи друг к другу. Даже если ребенок совсем маленький; даже если он уже далеко не первый, и все члены семьи уже много раз проходили этот этап. Все равно – все меняется, все надо перестраивать: привычки, образ жизни, отношения, семейные роли.

Вновь пришедшему ребенку приходится привыкать еще и к новому дому, новому образу жизни, новой школе, детскому саду; представьте, что вы внезапно оказались где-нибудь в Японии и живёте теперь в японской семье среди японцев – вот как-то так чувствует себя ребёнок на этой стадии. Только снаружи никому не видно, что мы для него японцы, кажется, ну что тут такого-то, ну подумаешь — даже наоборот, это раньше ему было плохо, в детском доме жил, без мамочки, а теперь-то чего там сложного, теперь у него всё хорошо. У него, конечно, хорошо. Будет. И у семьи будет. Только сначала надо выучить японский, научиться есть палочками суши и сидеть на циновках, не забывая при этом снять обувь, когда вошел в дом.

Так что если среди ваших знакомых есть семья, которая недавно приняла некровного ребенка, по возможности учитывайте, что им сейчас непросто и все их силы уходят на то, чтобы привыкнуть друг другу, научиться друг друга понимать, жить вместе. Это большая и важная работа. Что нам нужно, когда мы полностью во что-то погружены? Нам нужно, чтобы ничто другое не отнимало у нас сил, и в этом как раз и могут помочь окружающие нас люди. Просто дайте своим друзьям или родным возможность сделать это».

Не героизировать

«Нам иногда говорят — вам надо памятник при жизни ставить. А мы говорим — да не надо, мы еще пожить хотим…»

Конечно же, это говорится от чистого сердца. С желанием похвалить! Но к сожалению, это работает против приемных родителей. Мало того, что это затыкает рот маме и папе, которые устали, хотят поныть, как нормальные люди — но им нельзя, они же герои, так это еще и запирает их поступок в рамке чего-то такого, что не для обычных людей вовсе. Отделяет, выталкивает за границы нормы. И обижает.

А как себя вести-то?

Да так же, как если бы ваши друзья только что родили младенчика. И это нормально, что они немножко не в себе, и что времени и сил у них ни на что, кроме малыша, не хватает. И что ребенок, даже если он такой большой, по сути совершенный младенец — он тоже только учится быть с мамой и папой, жить в семье, быть в этом мире. Как младенца из рук мамы не стоит выхватывать, так и тут. И всех их нужно просто поддержать и поберечь. У них нет сейчас сил на то, чтобы рассказывать вам, как именно: в этом и сложность адаптации, она сильно отнимает ресурсы. Собственно, как и у только что родившей женщины.

И поможет — много поддержки, уверения, что все идет совершенно нормально, что вы рядом, готовы выслушать или наоборот просто принести еды и ни о чем не спрашивать.

«После того, как в первые месяцы адаптации у меня сильно поредел ближний круг (кто-то сам отошел, на кого-то не хватило сил мне), одна моя подруга на мое очередное «не могу с тобой встретиться» без объяснения причин (у меня сил не было что-либо кому-нибудь объяснять — у нас у всех была очень жесткая адаптация) ответила: «Я поняла, тебе сейчас не до меня. Ты когда отойдешь, или будет надо что — позвони или приходи, я пока приставать не буду. Телефон помнишь». Вот реально — с того момента я почувствовала, что у меня в жизни есть нечто очень важное — такие друзья».

«Помочь по дому, да просто самой себе чаю налить, и маме. Обожаю гостей, которые сами шарятся в моем холодильнике, варят сосиски, без слов и реверансов. Но это от человека зависит, конечно. Еще очень актуально куда-то сбегать, отнести какие-то документы».

«Мне нужно было, чтобы зашли, по головке погладили, кофе вручили и… всё»

«А мне нужно было, чтобы зашли, по головке погладили, кофе вручили и… всё. Вроде и люди живые, и все понимают сами, и не лезут сильно, и еду маме выдали. Вот было б идеально. Но на тот момент рядом не было, в других городах. Кому-то нужно другое, на трубке висеть и все страхи выслушать и угукать в ответ».

«Привозить подарки, если хочется — своим друзьям, то, что может их порадовать и ими будет одобрено. И им же и вручать, а не ребенку, и не торжественно, а буднично. Моя подруга совсем не отказывалась от памперсов и одёжек на новую в семье дочку, я знаю, что им можно привозить фрукты/творожки, например. То есть своё желание привезти подарки можно реализовывать деликатно и именно в формате «помочь облегчить бытовуху» самим друзьям, согласовав с ними, а не в формате сотой машинки ребенку».

«Не вмешиваться и не комментировать ни родителям, ни ребёнку, что бы на ваших глазах ни произошло. Мои друзья как-то приехали в гости в разгар истерики у маленького. Я им безумно признательна, что они спокойно занимались своими делами, пока ребёнок не успокоился, и потом вели себя как ни в чем не бывало без нотаций и советов и жалости».

«А мне просто хотелось, чтобы нас поздравили, как поздравляют родителей с рождением малыша»

«Предлагать помощь не в формате «ну чем тебе помочь», а в формате: я могу два раза в месяц отпустить тебя на маникюр. Выбери дни. Я могу раз в месяц сводить детей туда-то… куда идем? И быть готовым к тому, что эту помощь примут. И быть готовым, что от нее откажутся».

«В нужный момент дорогой друг не только нашел мне нужные номера психологов, но и сам позвонил предварительно узнать — цены, график и прочее. На огненный период адаптации на это уже не было ресурса! Очень ценно».

«А мне просто хотелось, чтобы нас поздравили, как поздравляют родителей с рождением малыша».

«Когда я только-только забрала свою дочь домой, никаких торжественных поздравлений мне не было, при том что на работе были в курсе дел и даты, и у нас вечно все эти сборы были — на свадьбу, на ребенка. А через пару месяцев после того как дочка дома оказалась, с меня жизнерадостно потребовали «вот, сдавай, с каждого по 500, С. рожает, такое событие большое». Я отказалась, а потом ушла в туалет и ревела. От неравности этой, от несправедливости и от того, что люди-то все хорошие, просто не подумали».

Последняя история — моя. Да, даже такие простые бытовые штуки тоже важны бывают очень — потому что они про принятие. Принятие коллегами, друзьями и в конечном итоге обществом. А если вам все это кажется слишком сложным, можно запомнить одно, самое-пресамое простое правило. Просто верить маме с папой и делать только так, как они просят. И этого будет достаточно, правда!

Источник информации: «Домашний Очаг» https://www.goodhouse.ru/

Вконтакте

Twitter

Google+

90 000 Мой ребенок не будет жить со мной 90 001

Магдалена Пехачик удочерила девочку со своей командой Вниз. Она сделала это, чтобы доказать миру и, прежде всего, всем моей дочери, что она может нормально функционировать, быть счастливой и сделать в жизни хорошо.

Магда длительное время контактировала с детьми с синдромом Дауна. Ее муж психолог и терапевт в ассоциации во Вроцлаве "Остоя", занимающаяся, в частности, помощью для людей с этим синдромом. Как это повлияло на ее жизнь? Как оказалось - огромный.Она решила позаботиться об одном из этих детей. Не часами в какой-то центр или фонд, но все время дома. Короче - усыновить. Четыре года назад. У Ани тогда было всего несколько недель, она была брошенным ребенком, ее биологическая мать не она хотела. Девушку уже подозревали в болезни синдром дауна.

Название болезни не произнесено
- Помню, брала на руки ребенка, медсестры в роддоме подошла и осторожно сказала мне: «ты знаешь, что у нее есть?.."- рассказывает Магдалина. - Я кивнул, что знаю. Нет медсестры она не могла произнести слова «синдром Дауна». Но с первого в тот день, когда моя мать и сестра приняли мое решение. Все время мне они помогают, удивительные женщины.

Магда и ее муж сначала были приемной семьей для девочки, и вот уже два года маленькую Аню носят в их честь.

- Вопрос, который я слышу снова и снова, заключается в том, было ли это сложно решить усыновить такого ребенка? - говорит Магда. - Нет. Нет Я чувствовала себя сильной женщиной.Потому что синдром Дауна - это не болезнь. Нет Мне нравится, когда его так называют. У Ани лейкемия и порок сердца, это болезни. С синдромом Дауна она сможет учиться, работать и функционировать в обществе. В будущем она будет жить одна, потому что я Я не воспитываю дочь, чтобы она жила со мной до конца жизни дней.

- Всегда, будучи маленькой девочкой, я знала, что хочу воспитать приемный ребенок. Позже я встретила своего мужа, у него тоже был сам сон. Две родственные души встретились при усыновлении так что сомнений быть не могло, - вспоминает он.

Аня — ее третья дочь. Два биологических здоровы. Для этого «Ангел» чаще всего говорит его младший ребенок. - Потому что это с небес у нас есть. Я часто слышу, как ей повезло быть Наша семья. Но повезло нашей семье, потому что Анечка она «дополняла» нас.

Экзамен сдается каждый день
- Воспитание ребенка - это экзамен, который сдаем все день. Вне зависимости от того, болен ребенок или нет, говорит она Магда.

Ханя и Вероника, ее старшие дочери, ходят в школу.Аня делать в детские сады теперь можно не ходить. Сначала у нее были занятия с логопед, гимнастика, бассейн и массаж. Однако позднее, в январе 2008 год, пришла лейкемия и борьба с ней. Клиники реабилитация выпадает. В химии надо немного выделить буквально от всего и всех.

- Ангел в возрасте обучения речи. Это очень важно для меня. Я начала бояться - отсутствия реабилитации, факторов, ослабивших ее от внутрь, биохимия, пункция костного мозга, трансфузии, частое пребывание в больница.Я так боюсь, что все это ее не ослабит только то, что он замкнется в том, где он есть, и не будет сил идти дальше - волнуется мама.

В последнее время здоровье девушки настолько улучшилось, что пользуется услугами частных реабилитационных центров. Раз в неделю по полтора часа. Однако это совершенно не означает, что у вас есть заболевание удается победить. Ничего особенного. Это все еще ужасно, разрушительно тело ребенка, это будет долгая и ожесточенная битва.


Отправляется ко всем родителям
В апреле 2007 года Магдалена начала работать в Нижнесилезском воеводстве. Ассоциация людей с синдромом Дауна «Вместе».- От реабилитаторов, я узнаю о ребенке, который рожает во Вроцлаве с синдромом Дауна, - говорит Магда. - Я иду в больницу прямо сейчас его родителям. Всегда одно и то же, печаль в семье, даже траур. Немудрено, обманывать нечего, надо забыть. Но я здесь, чтобы убедить их, что это не так. приговор для их ребенка. У нас 21 век и возможности, которые сделать так, чтобы ребенок мог полностью реабилитироваться и улучшать.

В начале 2008 года стала президентом ассоциации.За важнейшей целью ее деятельности было убеждение родителей дети с синдромом Дауна, это не приговор сыну или дочери шансы нормально развиваться, нормально жить в будущем.

- Люди с синдромом Дауна ассоциируют кого-то с тучный человек, у которого есть проблемы с движением и координацией двигательные навыки, не в состоянии справиться с повседневными делами. Нет упомянув, что он тоже не может закончить школу Работа. Ну, он способен победить большинство людей, как и другие люди. барьеры.Сегодняшняя медицина и реабилитация предлагают такие возможности - говорит Магда.

Ассоциация объединяет родителей детей с синдромом Дауна, которые они тоже в это верят. Дети — не лучшее слово для этого, потому что сюда также входят взрослые с синдромом Дауна. Это, на самом деле около пятидесяти из них. Не только из Вроцлава, но и из воеводства, потому что ассоциация работает по всей Нижней Силезии.

Они не должны быть одни
К сожалению, члены ассоциации сталкиваются с препятствиями.Самая большая из них – это отсутствие собственного места. Они встречаются в одном из начальных школ. У них встречи раз в месяц в Нижнесилезском воеводстве. Совета инвалидов. Там встречаются все родители дети с синдромом Дауна, ассоциированные в ассоциацию.

Важнейшей целью ассоциации является люди, у которых есть дети с синдромом Дауна, не одиноки в своей жизни. Они должны помогать друг другу, советовать и давать адреса врачей, реабилитологов, вместе бороться за улучшение условий ухода с вашими детьми.

«Все эти вещи создают серьезные проблемы», — говорит он. Магдалена. - Просто контакт, поток информации на линии пациент - врач не достаточно. Обычно жалуются на Польская служба здравоохранения. Но я узнал, что есть места и поддающиеся лечению специалисты, которые нас понимают. Многие люди вообще не знают об этом. И это узнает только ты нас.

Ассоциация также пытается собрать средства для уставных целей - спонсоры, 1% налоговый вычет.Помимо актерского мастерства активно, шансы получить поддержку города также увеличиваются. Однако ничто не может заменить участие родителей в их развитии. ребенок.

- Реабилитолог с ним временно, родитель практически с ним круглосуточно, - подчеркивает Магдалена. - Повторю еще раз: дети с синдромом Дауна могут нормально функционировать в будущем, но родители должны сделать много работы здесь. Это как о классах реабилитацию, которой они должны учиться у терапевтов, но также игры и упражнения, все, что позволит детям развиваться интеллектуально.Это работа, тяжелая работа и борьба, которая делает принесет пользу в будущем.

Это не драма, это вызов
Миссис Магда работает полный рабочий день в крупной торговой компании. Ранее она была помощником в правлении, теперь она координатор имеет значение организация продаж. Она занимает большую часть своего свободного времени деятельность в ассоциации. Конечно, она хотела бы, чтобы это произошло со временем. он получил свое собственное место. Но есть и другие мечты гораздо важнее.

- Я хочу войти в больницу и не видеть там траура медицинского персонала в связи с тем, что ребенок родился с Синдром Дауна.Я хочу, чтобы мои родители знали, что это не драма. Потому что это вызов, с которым им придется столкнуться, чтобы остаться одинокими в жизни счастливы и что их ребенок может быть счастлив.

.

Новости - Блог ДЛЯ ЖЕНЩИН

Наркотики, вопреки видимому, очень популярные и легкодоступные вещества. Когда ребенок тянется к нему, родители обычно этого не замечают. Бывают ситуации, когда подозревают неладное, к сожалению, подросток может эффективно скрывать свою зависимость. Поэтому крайне важно, чтобы родители своевременно реагировали на любые тревожные признаки. Первый, главный шаг – оставаться на связи со своим малышом. Второй шаг — проявлять бдительность и проверять наличие симптомов, указывающих на то, что ваш ребенок употребляет наркотики.Тест на наркотики по слюне может быть идеальным решением.

Поведение и внешний вид ребенка, принимающего наркотики.

Симптомами, которые могут свидетельствовать об употреблении наркотиков ребенком, являются, прежде всего, резкие изменения поведения, произошедшие за короткое время. У ребенка могут быть частые перепады настроения, он мгновенно наполняется энергией, но через некоторое время становится вялым и апатичным. Видимый аспект – это также проблемы с концентрацией внимания, повышенная чувствительность к словам критики и личные неудачи.Ребенок, зависимый от наркотиков, также часто вступает в конфликты в школе с учителями и сверстниками, отказывается от своих прежних интересов, привычек или меняет свой циркадный ритм. Наркомания также может трансформироваться в стремление к изоляции, дети, употребляющие наркотики, становятся более закрытыми из-за необходимости скрывать правду о себе. Возможны ситуации, когда ребенок избегает общения с родственниками или запирает свою комнату на ключ и часто остается в ней один.
Особо подозрительно использовать ароматические палочки или освежители воздуха в комнате, проветривать комнату или создавать сквозняк, особенно если ребенок никогда раньше этого не делал. Родители также должны вмешиваться, когда замечают, что из дома пропадают деньги или мелкие, ценные вещи. Каждый из вышеперечисленных симптомов напрямую не указывает на проблему с наркотиками, но может свидетельствовать о собеседовании и углубленном анализе проблемы. Что касается внешности, то в первую очередь следует обратить внимание на такие симптомы, как налитые кровью глаза, расширенные или суженные зрачки, не реагирующие на свет.Неразборчивая речь, проблемы с памятью и концентрацией часто идут рука об руку. Ребенок, принимающий наркотики, может внезапно похудеть или набрать вес. Очень часто при курении марихуаны мы ощущаем сладкий запах, который надолго остается на одежде или волосах.

Анализ слюны на наркотики

Тест на наркотики по слюне Home Lab позволяет проверить многие виды наркотиков, включая кокаин, героин, гашиш, марихуану и амфетамины. Наличие морфина, героина и кокаина в слюне выявляется через 12-24 часа после приема наркотиков, амфетаминов через 20-50 часов, а марихуаны и гашиша ок.14 часов. Опрос очень прост в проведении и может быть выполнен быстро по соглашению сторон. Тест состоит из тестовой пластины, пробоотборника и чашки для образцов. Для проведения теста слюну следует собрать изо рта с помощью пробоотборника в виде специальной губки. Затем слюну необходимо отжать в емкость, снабженную крышкой с дозатором, из которой ввести по 3 капли слюны в каждое из двух реакционных полей на тестовой пластине. .90 000 ограничение родительской ответственности компендиум adv. Марлена Слупиньска 9000 1

Ограничение родительской ответственности часто сопровождает распад брака, но не обязательно. Это может быть вызвано разными причинами – от некорректного поведения родителя до проживания на расстоянии друг от друга. Ограничение родительской ответственности может принимать различные формы, но решение всегда принимает суд. Что стоит знать об ограничении родительских прав и его последствиях? В следующей статье мы представляем сборник знаний об ограничении родительской ответственности .

Если вы в процессе развода или боретесь за детей, я могу помочь. Имею большой опыт ведения семейных дел. Консультирую онлайн и по телефону клиентов со всей Польши. Мы также можем встретиться в моей юридической фирме в Познани или Свеце. Не стесняйтесь обращаться к нам - A плата за развод Познань (нажмите!) !

Что такое родительская ответственность

Однако, чтобы показать вам, что такое ограничение родительской ответственности, нам нужно начать с основ.Я объясню вам, что такое родительская ответственность. Ну и родительские права состоят из 3-х видов прав:

Следовательно, родительская ответственность – это право, по которому вы решаете:

Как видите родительская ответственность это совокупность ваших прав и обязанностей, в рамках которых вы сами решаете как вы будете ухаживать и как будете воспитывать собственного ребенка .

Родительская ответственность

Каково ограничение родительской ответственности?

На практике ограничение родительской ответственности может иметь место в двух случаях:

Это два очень разных обстоятельства. То, как суд ограничивает вашу родительскую ответственность, зависит от того, какое из этих обстоятельств применимо к вам. Чаще всего суды используют совсем другие способы ограничения ответственности родителей при разводе, и совсем другие, если это делается в случае угрозы благополучию ребенка. В обоих этих случаях ограничение родительской ответственности заключается в другом.

Я опишу обе эти ситуации отдельно.

Ограничение родительской ответственности

Ограничение родительской ответственности – правовая основа

Но сначала я покажу вам, каковы правовые основания для судебных решений в каждой из этих ситуаций. Ну, это выглядит так:

Я не буду приводить здесь эти два положения. Во-первых, потому что они очень обширны. Во-вторых, потому что они будут подробно рассмотрены далее в этом исследовании.

90 112 Есть ли ограничение родительской ответственности - раздельное проживание родителей (развод)

Одной из наиболее распространенных ситуаций, при которых происходит ограничение родительской ответственности, является разлучение матери и отца .Чаще всего это результат развода. Однако иногда это происходит по другим причинам (например, один из родителей живет за границей).

В таких ситуациях может быть наложено ограничение родительской ответственности, так как предполагается, что родители, проживающие далеко друг от друга, могут иметь проблемы в ее совместном осуществлении. Однако это не обязательно означает, что родитель, чьи родительские обязанности были ограничены в таких обстоятельствах, является плохим родителем . Этот тип ограничения носит чисто практический характер, хотя и может навредить.

Если родители разлучены, суд может принять одно из двух решений:

Однако, , для того, чтобы суд оставил родительскую ответственность за обоими родителями, они должны представить консенсуальное соглашение о порядке осуществления родительской ответственности и поддержания контактов с ребенком .При отсутствии такого соглашения (например, в случае конфликта между родителями) обоим родителям может быть трудно сохранить родительскую ответственность.

Если суд принимает решение об ограничении родительской ответственности одного из родителей конкретными обязанностями или полномочиями, он должен очень точно сформулировать решение. Суд должен четко указать, что будет разрешено решать родителю, который имеет ограниченные полномочия в отношении ребенка. Такой каталог разрешений может быть сформулирован, например.следующим образом:

Если перечень прав родителя с ограниченной родительской ответственностью сформулирован таким образом, то это означает, что помимо указанных вопросов родитель вправе решать и другие вопросы, касающиеся ребенка. Но это не все! Что ж, даже в этих вопросах он должен консультироваться с другим родителем, за которым остаются все родительские права.

90 112 Что такое ограничение ответственности родителей - угроза благополучию ребенка

Гораздо более серьезная ситуация обычно возникает, когда ограничение родительской ответственности происходит из-за угроз благополучию ребенка . Такая ситуация может возникнуть в случае:

В таких ситуациях возможно ограничение родительской ответственности как на одного, так и на обоих родителей. Все зависит от того, кто, по мнению суда, является источником проблемы.

Если способ осуществления родительской ответственности родителями угрожает благополучию ребенка, суд может принять 2 вида постановлений: постоянные и временные . Суд должен выбирать их таким образом, чтобы они могли положительно повлиять на благополучие ребенка и не слишком его раздражали.По возможности суду следует избегать самых репрессивных мер , например помещения детей в приемную семью.

постоянных таинств включают, среди прочего:

Экстренные приказы вытекают из конкретных обстоятельств ребенка. Они могут принимать форму приказа о проведении ребенку операции или хирургического вмешательства, определенных расходов на имущество ребенка или подачи заявления о возбуждении уголовного дела (например,если ребенок подвергся насилию). Издание таких приказов не обязательно означает, что семья неблагополучная. Иногда это результат кратковременного поведения, несовместимого с объективно понимаемым благополучием ребенка или с мировоззрением родителей.

90 244 угроза благополучию ребенка

Ограничение родительской ответственности - условия

Как уже было сказано, есть 2 обстоятельства, при которых наступает ограничение родительской ответственности.А именно:

Таким образом, предпосылки для ограничения родительской ответственности будут зависеть от того, с каким из этих обстоятельств мы имеем дело.

Предпосылкой ограничения родительской ответственности при раздельном проживании родителей в подавляющем большинстве случаев является их развод. Однако на практике это не единственное условие.Речь идет о ситуациях, когда родители не живут вместе и не ведут общее хозяйство. Им даже не обязательно жить далеко друг от друга.

Однако при ограничении родительской ответственности по ст. 107 КРиО, мы также можем заниматься (кроме развода) в случае таких помещений, как:

Как видите, в случае развода или раздельного проживания, основания для ограничения родительской ответственности обычно сводятся к сумме 2-х обстоятельств: не совместного проживания и отсутствия договоренности между супругами о гармоничном осуществлении родительских ответственность .

С другой стороны, ограничение родительской ответственности в случае возникновения угрозы благополучию ребенка, предпосылками, как правило, являются более серьезные обстоятельства, свидетельствующие о том, что семья испытывает серьезные внутренние неурядицы .Неважно, живут супруги в согласии или конфликте, и имеют ли они связное видение заботы и воспитания ребенка. Важно, что, по мнению суда, то, как они ухаживают за детьми, ставит под угрозу их благополучие.

К наиболее частым основаниям для ограничения ответственности родителей в связи с риском нарушения благополучия ребенка (ст. 109 КРиО) относятся:

Ограничение и лишение родительских прав

Последствием ограничения родительской власти является ограничение прав родителя в ситуации, когда (по мнению суда) такое решение уместно с точки зрения ребенка. Ограничение родительской ответственности в связи с раздельным проживанием обычно сводится к ограничению степени влияния родителя на воспитание ребенка. С другой стороны, ограничение власти в интересах ребенка обычно сводится к временному урегулированию кризисной ситуации в семье.По истечении такого времени ситуация часто нормализуется и к родителям возвращаются полные права.

Также стоит помнить, что родитель, чья родительская ответственность была ограничена, все равно имеет право на контакт с ребенком.

Что касается лишения родительских прав , то оно влечет за собой полную утрату права принимать какие-либо решения относительно дел ребенка. Лишение родительских прав регулируется ст. 111 КРиО.Это положение предусматривает 3 обстоятельства, при которых родительские права могут быть лишены:

Родитель, лишенный родительских прав, сохраняет за собой право на общение с ребенком, если только суд не запретит ему это.Однако в случае лишения родительских прав запрет на общение применяется судами гораздо чаще, чем в случае ограничения родительской ответственности.

90 373 лишение родительских прав

Виды ограничения родительской ответственности

Ограничение родительской ответственности может применяться к одному или обоим родителям.

В случае развода обычно речь идет об одном из родителей – том, с кем после развода дети не проживают.С другой стороны, если имело место нарушение благосостояния ребенка, ограничение родительской ответственности может произойти - и часто имеет место - также в отношении обоих родителей.

На практике подход к ограничению родительских прав для матерей и отцов зачастую немного отличается. Ниже я опишу основные различия между ними.

Ограничение родительской ответственности матери

За делами, где ограничиваются родительские права матери, часто скрываются человеческие трагедии.Такие ситуации обычно возникают, когда ограничение ответственности родителей имеет место в связи с нарушением наилучших интересов ребенка (ст. 109 КРиО).

Мать ограничена в родительской ответственности, если она неправильно заботится о ребенке. Таким образом, на практике это может быть, например, грубая небрежность, отказ от ребенка, насилие или алкоголизм.

Гораздо реже встречается ограничение матери в родительской ответственности в случае развода .После развода дети относительно часто остаются с матерью. В частности, если они еще достаточно малы, то для своего благополучия им все же следует прятаться с матерью.

Ограничение родительской ответственности отца

Суд также может принять решение об ограничении родительской ответственности отца . Конечно, это также часто бывает, когда благополучие ребенка находится под угрозой (алкоголизм, насилие, сексуальное насилие).

Однако гораздо чаще родительская ответственность отца снижается после развода супругов. И это наихудшие ситуации, потому что вы очень часто встречаете замечательных отцов, которые хорошо заботятся о своих детях и отлично с ними общаются . И все же они теряют контроль над воспитанием своих детей, несмотря на то, что не имеют к ним абсолютно никакого отношения.

Ограничение родительской ответственности для обоих родителей

Если есть ограничение родительской ответственности для обоих родителей, то в 99/100 случаях в семье очень плохо.Это сигнал о том, что в семье происходит драма – к сожалению, драма ребенка. Конечно, есть некоторые исключения из этого. Они возникают в ситуациях, когда ограничение родительских прав носит случайный характер (например, судебное решение о лечении, заборе крови, вакцинации). Такие ситуации могут иметь место в идеально функционирующих семьях.

ограничение родительской ответственности после развода

Ограничение родительской ответственности – область применения

Это факт, что ограничение родительской ответственности может доходить до разных пределов.На самом деле все зависит от суда и усердия вашего адвоката.

В судебной практике очень часто произносятся фразы, которые вы часто задаете на консультациях. Речь идет о совместном решении дел ребенка, а также о получении информации о его жизни. Ниже я кратко объясню, о чем идет речь.

90 112 Ограничение ответственности родителей до совместного решения важных вопросов ребенка

Ситуация, при которой родительская власть ограничивается совместным решением важных дел ребенка, заключается в том, что один из родителей обладает 100% родительской властью, а другой родитель может решать только самые важные дела ребенка .

Помните, что эти наиболее важные вопросы должны быть определены (перечислены) судом. Обычно речь идет о следующих вопросах: место жительства ребенка, смена гражданства, выезд за границу, согласие на выдачу паспорта, лечение, выбор школы и участие во внеклассных мероприятиях, а также изменение имени и фамилии ребенка.

Остальные вопросы решает другой родитель - тот, у кого есть все родительские права.

Ограничение родительских прав на запросы

Если родительская ответственность ограничивается получением информации о существенных делах ребенка, родитель, родительская ответственность которого ограничена, не имеет права совместно решать какие-либо вопросы ребенка.Он может только узнать о том, что происходит с ребенком.

На практике родитель теряет влияние на процесс воспитания ребенка . Поэтому для многих родителей это серьезное заболевание, которое серьезно влияет на их отношения с детьми.

как восстановить родительскую ответственность?

У меня ограничены родительские права - что дальше?

Держите голову выше. У вас есть шанс бороться за детей! 😊

Решение суда, ограничивающее вашу родительскую ответственность, не должно иметь обязательной силы до конца вашей жизни. Вы можете запросить восстановление вашей родительской ответственности или расширение сферы действия .

Потребуется еще одна судебная тяжба, но успокойтесь. Способ есть! Ваша задача будет заключаться в том, чтобы убедить суд в том, что нынешнее положение дел в вашей семье таково, что наилучшие интересы ребенка требуют восстановления или распространения власти на вас.

Таким образом, на практике вам придется показать, что изменилось с момента последнего предложения, что на этот раз ваша родительская ответственность должна быть расширена.К такому делу нужно очень хорошо подготовиться, терпеливо собирать улики и аргументы . Также стоит привлечь для помощи юриста, потому что вопрос родительской ответственности является одним из самых сложных вопросов в польском семейном праве.

Если вам нужна помощь юриста, свяжитесь со мной - Адвокат по семейным делам Познань (нажмите!)

Нужен адвокат? Вы боретесь за детей?

Если вы хотите воспользоваться моей помощью, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться ко мне.Я работаю в следующих городах: Познань, Любонь, Гнезно, Срем, Срода Велькопольска, Гродзиск Велькопольски, Сважендз, Лешно, Пила, Косцян, Яроцин, Вжесня и Вольштын. У меня также есть филиал в Свеце , работающий в таких городах как Грудзёндз , Хелмно и Тухола .

Я работаю по всей Польше в сложных вопросах, касающихся детей! 90 533

Я также провожу консультации по телефону и онлайн-консультации .Помните, что нет ничего важнее борьбы за детей, поэтому стоит воспользоваться помощью адвоката или юрисконсульта.

Есть вопросы? Написать! Позвоните мне!

Адвокат

Марлена Слупиньска-Стрисик

электронная почта: [email protected]

телефон: 61 646 00 40

тел.: 68 419 00 45

тел.: 52 511 00 65

Комментарии:

.90 000 Усыновители не могут выдавать себя за биологических родителей ребенка - Gdańska Poradnia Psychologiczno-Pedagogiczna Lingwista

(Из авторской программы)

1. Прошлое и личность
Все дети должны узнать о своем прошлом и ответить на вопрос: "Почему меня бросили?"
Чувство уверенности и идентичности вашего усыновленного ребенка также зависит от восприятия его другими людьми.Усыновители — благополучные, хорошо приспособленные граждане, которые ожидают от своих детей успеха в обществе, в то время как средний человек (человек с улицы) имеет неоднозначные или заниженные ожидания от человека, помещенного в такую ​​семью. Где-то между этими двумя очень разными наборами ожиданий усыновленный должен найти свой собственный уровень функционирования.
Один приемный ребенок рассказал приемному брату такой рассказ о своих родителях; ЛИЗА - «Моя мать, должно быть, была хорошенькой, а у моего отца, должно быть, была красивая борода, и они, должно быть, были очень богаты».
В этот момент прошлое полностью темнеет. Лиза представляет версию, которую ей легче принять.
Было обнаружено, что все дети в какой-то момент своей жизни воображают, что они рождены не от собственных родителей 1 .
Их реакции на действительность напоминают их окружение - в цитируемом монологе Лизы это ее брат Петр, который заявляет: «Не глупи, старуха! Если бы твои родители были богатыми… тебя бы здесь не было 2 .

2. Чувство права
Это означает чувство родителей права называть себя родителями своего ребенка.Это чувство собственности является довольно сложным и зависит от многих факторов. Как они стали его приемными родителями? Нужен ли ребенок в них так же сильно, как они в нем? Готовы ли они принять именно такого ребенка, есть ли в их сердцах образ другого ребенка?
Из рассказа приемной матери, усыновившей ребенка-инвалида «Мы со своей стороны стараемся избавиться от всех мечтаний об «идеальной семье». Его не облегчают собственные домашние воспоминания или распространение модельных объявлений для счастливых семей» 3 .
Чувство силы и родительской ответственности, которое оно влечет за собой, играют важную роль в взрослении ребенка. Индивидуальная личность формируется через биологическое, а также социальное наследие.
Если у молодой особи развиваются такие черты, как темперамент, напоминает образ жизни, отличный от образа жизни приемных родителей, это требует взаимного уважения, чувства принадлежности к единой семье. Родители должны контролировать это, потому что они являются взрослой и зрелой стороной семейных отношений.

Стереотипное мнение, что биологическую семью невозможно заменить

Общество обычно относится к усыновлению сенсационно и относится к нему как к крайней мере, и культивирует биологическое отцовство. Если бы эту истину можно было принять как данность, не было бы детских домов и повторяющихся сообщений о том, что детей бросают или избивают их собственные родители. Эти факты противоречат утверждению о том, что единственной и правильной формой родительства является естественная семья.Для ребенка не имеет значения, воспитывается ли он биологическим или приемным родителем, главное, чтобы у него была семья, функционирующая в атмосфере правды и честности по отношению к его собственному жизненному пути. Когда возникают сомнения, какая форма родительства лучше, возникает размышление, какая из моих семей бросила меня, а какая спасла. Иногда такое суждение бывает слишком радикальным и суровым, потому что причины отказа родителей от ребенка могут быть более сложными и потому несправедливыми. Примером может служить письмо молодой девушки, когда-то отданной на усыновление, в котором она благодарит свою биологическую мать: «Дорогая Мать, подарившая мне жизнь».«Много лет назад ты дал жизнь красивой девушке, с которой никогда не встречался. Должно быть, это было болезненное чувство, когда тебя разлучили с собственным ребенком». Ты отдал меня на усыновление. Мои родители замечательные. Они никогда не критикуют ваше решение, уважают вашу близость и умеют перебороть свое любопытство. Независимо от того, кто вы и где вы живете. Именно благодаря вам я получил жизнь, и благодаря вашей любви я получил дар усыновления» 4 . Это специальное исследование понимания собственной судьбы.Для нас, однако, должно быть важным правильное понимание приемного родительства. Ведь в том, что девушка так замечательно оценивает ситуацию, виноваты исключительно ее праведные родители. Они не претендовали на роль биологических родителей, не искали аргументов, отпугивающих дочь от матери, и добились того, чего заслуживали – огромной любви приемного ребенка. Не стоит жить во лжи, притворяясь кем-то другим, чем ты есть на самом деле, потому что это не окупится.
Как сказал Иоанн Павел II: «Истина — это основа доверия и сила любви. И в силе любви человек готов принять даже самую трудную и требовательную истину».
Эмоции, сопровождающие процесс усыновления, оказывают огромное влияние на его ход. Они самые настоящие советники. На пути к усыновлению кандидаты сталкиваются с различными ожиданиями со стороны окружения, как собственной семьи, так и людей, которые должны оценить их предрасположенность к тому, чтобы взять на себя роль родителей. Поэтому они вынуждены приспосабливаться к этой ситуации: стараются быть позитивно воспринятыми во время встреч с педагогом или психологом, заботятся о своем идеальном образе личности, поэтому на всякий случай не задают вопросов, которые (по их мнению) могут быть получены ошибочно, например, они также не перемещаются.В своих ближайших родственниках они создают такую ​​атмосферу, чтобы убедить всех, что усыновление – это нормально, и даже идеально в их жизненной ситуации.
Однако в глубине души они остаются верны своим эмоциям, что очень естественно в таком сложном жизненном решении, как усыновление ребенка.
И успех усыновления зависит от иерархии этих подлинных потребностей. Если потребность любить и быть любимым, а также контакт и близость (типичные эмоциональные потребности) имеют большое значение для такого человека, можно предположить, что любые возможные неудачи, связанные с усыновлением, будут преодолены.Самым важным будет то, что потребность, вытекающая из глубокой убежденности в том, что любовь и принадлежность являются самыми важными вещами в жизни, была удовлетворена.

БИБЛИОГРАФИЯ:
1 «Бремя любви» А. Монтель-Жирод, Гданьск 1994, стр. 143
2 там же
3 там же, стр. 145
4 90 1998, статья. пт «Мать, подарившая мне жизнь»
5 «Быть ​​человеком совести», Иоанн Павел II, Краков, 1998 г., стр. 219

Подготовил: Богумила Михальчик
Авторские права защищены

.90 000 Удочерили 8-летнюю девочку из Украины. Их жизнь превратилась в кошмар

Эта история звучит как законченный сценарий фильма. Кристин и Майкл решают усыновить 6-летнюю девочку из Украины, чтобы обеспечить ей счастливый дом. Проходит несколько месяцев. По словам родителей, приемная дочь превращает их жизнь в кошмар. Пара помещает девушку в психиатрическую больницу, чтобы помочь ей, и неожиданно покидает страну. Однако выводы следователей показывают, что в браке намеренно отказались от ребенка и вынудили его соврать.Кто говорит правду об этом?

Посмотреть фильм: "Ваш ребенок избалован?"

1. Хотели помочь маленькой девочке из Украины

В 2008 году Кристин и Михаил познакомились с очаровательной 6-летней девочкой из Украины. О браке было известно в СМИ и раньше, потому что пара была родителями гениального аутиста Яцека, который учился в колледже в возрасте 12 лет.

6-летняя Наталья Грейс, которая страдала карликовостью , сразу покорила сердца Кристин и Майкла.Они обнаружили, что помогут ей начать новую жизнь и усыновят ее. Все процедуры заняли два года.

Adoptowali 8-latkę z Ukrainy. Ich życie zmieniło się w koszmar Они удочерили 8-летнюю девочку из Украины. Их жизнь превратилась в кошмар (Facebook)

Наконец, все формальности, связанные с усыновлением, были улажены и девочка переехала жить в приемную семью. Поначалу ничто не вызывало подозрений у родителей, даже тот факт, что прежние опекуны отказались от удочерения Натальи.

2. Приемная дочь начинает вести себя странно

Однако со временем поведение девушки стало все более и более тревожным по отношению к ее опекунам.

В одном из интервью 45-летняя Кристин сказала, что Наталья вела себя странно, когда появлялась у них дома. Женщина посчитала, что поведение ребенка искусственное и «нормально не ходит».

Однажды семья пошла на воду и проблемы с передвижением исчезли.Наталья без проблем добежала до океана. Кристин была в шоке, потому что накануне девочка плохо могла ходить .

Женщину также озадачил тот факт, что у такой маленькой девочки, , уже была менструация и волосы на лобке. Кроме того, маленькая Наталья говорила лучше своих сверстников. Ее также не интересовали типичные детские игры. Ее поведение было более зрелым, чем указывал ее возраст.

45-летнего также беспокоило то, что Наталья очень хорошо говорит по-английски .Интересно, что у девушки были проблемы с общением на ее родном языке . По словам женщины, когда она пыталась убедить ее поговорить с подругой из Украины, девочка не понимала ни слова.

- Я волновался, но сначала не хотел паниковать без надобности . Но я забеспокоилась, когда увидела рисунки Натальи, потому что на них была изображена вся наша семья, которая умерла, — вспоминает Кристин.

3. Неоднократно угрожал им смертью

Кристин призналась, что Наталья неоднократно угрожала ей смертью и несколько раз толкала. Женщина жила в постоянном страхе. Согласно ее рассказу, однажды девушка налила ей в кофе отбеливатель . 45-летний мужчина описывает, что Наталья неоднократно мучила семью :

- Мы проснулись ночью, а она стоит над нами. Мы ее боялись и прятали от нее все острые предметы .Однажды я видел, как он подсыпал отбеливатель в мой кофе. Когда я спросил, что она делает, она ответила, что пытается отравить меня - говорит она.

Adoptowali 8-latkę z Ukrainy. Ich życie zmieniło się w koszmar Они удочерили 8-летнюю девочку из Украины. Их жизнь превратилась в кошмар (Facebook)

Кристин надоело жить в постоянном беспокойстве , поэтому она решила пойти с дочерью к врачу. Наталья, вопреки более ранней информации, было вовсе не 8, а 14 .Когда правда вышла наружу, девушка стала вести себя еще хуже. мучил других, желал им смерти и нападал на .

Кристин и Майкл неоднократно пытались связаться с полицией и медицинскими экспертами, чтобы узнать, сколько на самом деле лет Наталье, и, прежде всего, узнать правду. По их словам, свидетельство о рождении ребенка было подделано непосредственно перед приездом в США, а сами они стали жертвами мошенничества.

В 2012 году опекуны Натальи решили, что поместит их дочь в психиатрическую больницу , а через год они сами уехали из США, оставив приемную дочь и уехали в Канаду.

Женщина рассказала, что постоянно контактировала с Натальей и оставила ее на попечении. Усыновители арендовали девочке квартиру , занимались служебными делами и обеспечивали ее продовольственными талонами.

Однако через некоторое время контакт оборвался. 45-летняя женщина беспокоилась, что Наталья может обмануть другую семью , снова , а использовать ее болезнь .

4. Выводы полиции

Однако история не так очевидна, как кажется.Согласно второй версии событий, представленной офисом шерифа штата Индиана, Кристин и Майкл отказались от своего усыновленного ребенка , и истории, которые они рассказывают, не соответствуют действительности.

По версии властей, брак вынудил Наталью подтвердить свою версию событий. Кроме того, исследования, которые проводились в детской больнице, подтвердили, что за 3 года до отъезда Наталье было около 8 лет. Такие выводы были сделаны на основании генетических тестов .

До сих пор неизвестно, кто говорит правду по этому поводу. Нам остается только ждать дальнейших договоренностей.

5. Процедуры усыновления

Усыновление ребенка является серьезным решением и требует согласия обоих супругов. Если материальное положение супругов позволяет им содержать ребенка, а сами они не имеют серьезных проблем со здоровьем, затрудняющих уход за ребенком, они могут уверенно справляться с формальностями юридической процедуры усыновления .

Процедуры усыновления часто вызывают тревогу и неуверенность у будущих родителей. Прохождение всевозможных родительских тестов может быть тревожным и разочаровывающим, но крайне важно, чтобы процедура прошла успешно.

Строгая процедура усыновления заключается в проверке того, что супруги способны заботиться о ребенке и являются приемными родителями .

Есть новость, фото или видео? Отправьте нас по истории.wp.pl

Рекомендовано нашими экспертами
.

Это фото облетело все США. Мать хотела продать своих

детей

Когда Тимоти Шарноут в детстве проказничал, он услышал от своей матери, что, если он будет шалить, его продадут, как и задумала ее мать. Он думал, что это шутка, пока не увидел фотографию, сделанную в конце 1940-х годов, на которой его матери, Сью Эллен Шалифу, было два года. Рядом с ним была табличка с надписью « 4 ребенка на продажу».

Она продала свою дочь, чтобы сыграть в бинго

На фото также были Лана, 6 лет, Рара, 5 лет, и Милтон, 4 года.Их мать тогда была беременна пятым ребенком, которого она также намеревалась продать. Шокирующая фотография впервые появилась 5 августа 1948 года в The Vidette Messenger. Под ним было написано следующее описание:

Большая вывеска «Продается» на заднем дворе в Чикаго безмолвно рассказывает трагическую историю Шалифу, которым грозит выселение из их квартиры. Не видя другого выхода, безработный водитель угольного грузовика и его жена решают продать своих четверых детей.Миссис Люсиль Шалифу отворачивается от камеры, а ее дети смотрят с любопытством.

Личность автора этой фотографии остается неизвестной. Изображение, скорее всего, было из фотоагентства; в пресс-релизах под ним размещалась только надпись Exclusive International Soundphoto . Затем фотография появилась в газетах Огайо, Висконсина, Мичигана, Нью-Йорка, Пенсильвании, Айовы и Техаса. Некоторые члены семьи Шалифу утверждали, что матери заплатили за то, чтобы она сделала фотографию.

Выдержка из оригинальной публикации 1948 г.

(© Vidette Messenger / автор неизвестен)

Два года спустя биологическая мать бросила своих пятерых детей. Ри и ​​Милтон оказались в семье Зутманов, но им не очень-то хотелось о них заботиться. Приемный отец Джона бил детей и заставлял их много работать в поле. Ри утверждала, что номер был продан 27 августа 1950 года за два доллара, чтобы дать ее матери деньги на бинго.

В возрасте 17 лет Ри была похищена и изнасилована. Она забеременела и попала в дом для одиноких матерей. Больше к Зоэтеманам она не возвращалась. Спустя годы она нашла своего брата Милтона в социальных сетях.

История фото Нсала, или Ад в частной колонии короля Бельгии

Пара английских миссионеров как раз заканчивала свой завтрак, когда один из местных мужчин сел на крыльцо их дома. Новичок поставил...

Условия в доме приемных родителей сделали Милтона импульсивным и агрессивным. Он рассказал, что в первый день его связал и избил Джон Зутман. Затем он должен был услышать от него, что он ожидает, что он будет его рабом на ферме. Из-за ссор в доме Зутманов к ним часто приезжала полиция.

Встречи после

Мильтону наконец поставили ультиматум: его отправят в исправительное учреждение или психиатрическую больницу. Наслушавшись ужасных историй о исправительном учреждении, он выбрал больницу. Он утверждал, что у него диагностировали шизофрению и приступы ярости.Он был освобожден в июне 1967 года.

В 2013 году братья и сестры узнали о судьбе других сестер. О Лене мало что известно, кроме того факта, что она умерла от рака в 1998 году. Сью Эллен утверждала, что она была усыновлена ​​​​семьей Джонсонов на законных основаниях. Дэвид — пятый ребенок, который был в утробе матери на фотографии 1948 года — был усыновлен семьей по имени Макдэниел. Его приемный отец был требовательным, но защищающим. В своей взрослой жизни Дэвид стал участвовать в военных действиях, в том числе.в участие во Вьетнамской войне.

Выпил радиоактивную воду. У него отвалилась челюсть

Эбен Байерс был известным американским игроком в гольф и промышленником. Однако в историю он вошел не только благодаря своим спортивным достижениям, но и...

Когда Ри исполнился 21 год, она решила навестить свою мать. По ее словам, женщина не выказала ни раскаяния, ни сожаления. Ри говорит, что впервые в жизни она испытала любовь Джона Зотемана.Это произошло как раз в тот момент, когда мужчина уже был на смертном одре. Затем он обнял Ри и сказал, что любит ее.

Дэвид, который тоже познакомился со своей матерью, когда был взрослым, не держал на нее зла. - Как только мама увидела меня, она сказала: Ты очень похож на своего отца . Она никогда не извинялась передо мной, но тогда речь шла о выживании. Кто мы такие, чтобы судить ее? Все мы люди. Мы все делаем ошибки. По его словам, она могла думать о детях и не хотела, чтобы они погибли.В 2017 году в интервью The Times он обвинил своего биологического отца в том, что он ушел из семьи.

Эти фотографии стали символами измены. Горец почтил память оккупанта

- Meine liebe Kameraden (нем. Мои дорогие товарищи), мы стонали 20 лет под властью Польши, и вот мы снова под крыльями великого народа...

Милтон познакомился со своей матерью в 1970 году. Он прожил с ней месяц, пока женщина не выгнала его из дома после того, как он подрался со своим вторым мужем.- Моя биологическая мать никогда меня не любила. Она не извинилась передо мной за то, что продала меня. Она так меня ненавидела, что ей было все равно, сказал Мильтон.

Сью Эллен умерла в июле 2013 года от болезни легких. Когда она давала журналистам последнее интервью за два месяца до смерти, она была слишком слаба, чтобы говорить. Когда ее спросили, что она думает о своей биологической матери, она написала на листе бумаги: «Она должна жариться в аду». Со своим вторым мужем, Люсиль Шалифу, она воспитала четырех дочерей.Даже Давид, который был единственным, кто простил свою мать за то, что она сделала, сожалел: «Она сохранила их, а не нас».

У вас есть новости, фото или видео? Отправьте нам
через czassie.wp.pl

Источник: Fotoblogia.pl

.

Музей Дворца короля Яна III в Вилянове

Толомео и Алессандро – третья опера, поставленная в Палаццо Зуккари под патронажем Марии Казимиры Собеской и ее сына Александра. Автором либретто стал поэт и секретарь вдовы королевы Карло Сиджизмондо Капече, музыку написал Доменико Скарлатти. Официальная премьера произведения состоялась 19 января 1711 года в Королевском театре.

Анонимные летописцы сообщали, что произведение считалось лучше других, исполнявшихся в то время в римских театрах.В «Avvisi di Roma» от 24 января 1711 года читаем: «В понедельник вечером королева Польши начала в своем доме на Trinità de Monti исполнять оперу с участием певцов и хороших музыкантов [инструменталистов], которая была широко распространена. признан лучше других». С другой стороны, анонимный автор в «Folio di Foligno» сообщил: «Королева Польши инициировала пастырскую оперу, которую она исполняет с музыкой в ​​своем домашнем театре, получая преимущество перед всеми другими [операми], представленными в других театрах. "В свою очередь, недавно обнаруженные телеграммы из Рима содержали следующее сообщение: «В понедельник вечером опера впервые была представлена ​​королеве Польши, таким образом, открылся четвертый музыкальный театр [в Риме]. Там трое женщин и трое мужчин, и работа прошла успешно и собрала большую аудиторию в последующие дни своих презентаций».

В argomento , предшествующем печатному либретто Tolomeo et Alessandro Capece сослался на исторический источник, который он использовал.Это был отрывок из Книги XXXIX Historiarum Philippicarum T. Pompeii Trogus Libri XLIV латинского историка Юстиниана: постыдно, поскольку у него было двое детей от нее), она заставила его отправиться в изгнание, взяв с собой младшего сына Алессандро, которого она сделала король в покоях своего брата. Она не только довольствовалась свержением своего сына с престола, но и преследовала его со своей армией на Кипре, где он жил в изгнании.Она осудила генерала своей армии на смерть за то, что он позволил ему бежать живым; Толомео действительно покинул остров, устыдившись вести войну против своей матери, не столь слабее по отношению к ее силам».

Капече также раскрыл темы, которые он добавил: пребывание Толоме на Кипре под вымышленным именем Осмина, замаскированного под простого пастуха; череда несчастий, выпавших на долю его жены Селевки, преподнесенной в дар правителю Сирии, с последующим счастливым спасением Селевки и прибытием ее на тот же остров в облике девушки-пастушки и под вымышленным именем Делия; поиски Толоме, предпринятые его братом Алессандро, который хотел отдать ему корону Египта; люблю стычки между героями; любовь королевской крови Дорисбе к Араспе, которую он когда-то соблазнил и бросил, и которая живет на острове под вымышленным именем Клори и переодевается садовником.В либретто фигурируют следующие лица: Толомео — царь Египта, принявший имя пастуха Осмина; Алессандро - его брат; Селевки - жена Толомео, под псевдонимом пастушка Делия; Араспе — король Кипра; Элиза – его сестра; Дорисбе — дочь Изауры, герцога Тирского, под вымышленным именем садовника Клори.

В либретто исследователи находят аллюзию на события, происходившие в Речи Посполитой после смерти Яна III и заточения князей Якуба и Константина Собеских армией Августа II в крепостях Саксонии.Действительно, после отречения Августа II король Швеции Карл XII поддержал кандидатуру князя Александра на польский престол, но Александр — к удивлению самих шведов и его соотечественников, благосклонных к семье Собеских, — отказался принять Это. Свое решение он объяснил страхом за жизнь братьев. Он сослался на публичные угрозы Августа II, объявившего об истреблении заключенной семьи Собеских, если Александр провозгласит себя королем. Он должен был ответить, что не намерен «восходить на трон над трупами своих братьев и носить пурпур, запачканный их кровью».Даже письма, отправленные его матерью в Рим, не смогли изменить его решительного настроя. Это видение подтверждается в объяснении Джованни Марии Крескимбени, посетившего семью Собеских: «Но мудрый Метисто [К. Capece], тем не менее благородная душа дает выход чувствам Армонте [Александра Собески], превращая эту историю в сказку; потому что он возродил в ней, как в сияющем зеркале, один из чистейших и героических подвигов того же Армонте; который, как и Александр, получивший возможность занять престол в результате смерти своего брата, избрал для себя частную жизнь из правила братоубийства; таким образом, имея возможность владеть отцовским царством от народа, он был готов скорее отказаться от него, чем причинить вред своему старшему брату; и это было настоящей целью Метисто, которую он указал в ходе драматического акта 2, сц.9, где он сказал, что «Александр не хочет царского одеяния / чья братская кровь дает богохульную окраску»».

Аналогичные толкования можно найти и в других источниках XVIII в., в т.ч. в сонетах Rime di diversi, опубликованных после премьеры оперы, autori per lo nobilissimo dramma del Tolemeo, et Alessandro Rappresentato nel Teatro Domestico della Sacra real Maestà di Maria Casimira Regina di Pollonia, посвященный alla Maestà Sua . Они прославляют Александра как человека, презиравшего престол ради высшей цели.И вот в четвёртом сонете, написанном поэтом, скрывающимся под аркадскими именами Клидемо Тривио, читаем: «этот щедрый и достойный пример / показывает, что для АЛЕКСАНДРА стоит / больше Славы, чем желание царствовать».

.

Смотрите также